С тех пор, как Е Ли очнулась от беспамятства, она впервые почувствовала такую сильную головную боль. С момента падения прежней династии прошло уже более двухсот лет, и, по крайней мере, в последние десятилетия не было слышно никаких вестей о том, что уцелевшие приверженцы прошлого строя стремятся восстановить государство. Однако, кто может до конца разобраться в таких вещах, как государственная вражда и семейная ненависть? Хотя дом Динго-вана и не принадлежал нынешним властителям Поднебесной, как минимум половина побед в войне, приведшей к краху прежней империи, была одержана первым Дин-ваном — Мо Ланьюнем. Поэтому Е Ли не могла с уверенностью сказать, кого же эти выжившие подданные прошлого ненавидят больше, императора Великого Чу или Дин-вана. И сейчас она, очевидно, оказалась в месте, где собрались потомки тех самых людей. К счастью, за исключением нескольких высокоуважаемых старейшин, местные жители, похоже, ничего не знали о смене династий и явно не проявляли интереса к тому, кто именно сейчас занимает трон.
Видя, что она подпирает подбородок рукой, а выражение её лица постоянно меняется, Дайфу Линь не стал ничего говорить, ведь подобные новости действительно было непросто принять обычному человеку.
— Шифу… он хочет восстановить династию? — спустя некоторое время Е Ли привела в порядок свои путаные мысли и задала этот вопрос как бы невзначай.
— Восстановить династию? — дайфу Линь посмотрел на неё со странным выражением лица, будто съел что-то неподобающее, помолчав немного, он фыркнул. — Ты когда-нибудь видела, чтобы люди, скрывающиеся в этих глухих горах несколько десятилетий, восстанавливали династию? К тому же… я лекарь, с помощью чего мне это делать? Отравить Мо Люфана и Мо Цзинсюаня?
Е Ли сделала глоток некрепкого чая и спокойно произнесла.
— Это Мо Цзинци и Мо Сюяо. Мо Люфан и Мо Цзинсюань скончались много лет назад.
Дайфу Линь сердито взглянул на неё и, странно нахмурившись, пробормотал.
— Нынешнего Дин-вана зовут Мо Сюяо? Помню, сына Мо Люфана при рождении назвали Мо Сювэнем…
На этот раз Е Ли поверила, что дайфу Линь действительно не выходил во внешний мир десятилетиями. Она серьезно ответила.
— Мо Сювэнь был прежним Дин-ваном, он умер девять лет назад.
— А ты, девчонка, осведомлена об этом довольно хорошо, — Дайфу Линь взглянул на неё.
Е Ли улыбнулась.
— Шифу сам ведь сказал, что я происхожу из знатной семьи. Как я могла не знать о таких важных событиях?
Дайфу Линь махнул рукой и с некоторым раздражением произнес.
— Государственная вражда и семейная ненависть… Прошло больше двухсот лет, кто теперь разберет те дела? Более того, даже если сейчас народ чем-то недоволен в правящей семье Великого Чу, неужели они станут тосковать по прежней династии?
Если бы это было так, то прежняя династия не пала бы. В те времена императоры последних нескольких поколений были никчемными и слабыми, а жизнь простых людей была невыносимой. Даже если последний император и желал провести реформы и обновить страну, ему не хватало таланта правителя. В конце концов, он не смог обратить вспять мощный поток и был вынужден наблюдать за гибелью своего государства и семьи. Честно говоря, в этом нельзя слишком сильно винить Тайцзу Великого Чу. Проще говоря, победитель становится правителем, а проигравший — разбойником1.
— Что именно нужно Линь Юаню? Почему вы, шифу, так настойчиво отказываетесь отдавать это ему? Если вам больше нет дела ни до восстановления государства, ни до того, что происходит снаружи, тогда почему…
Дайфу Линь вздохнул и, посмотрев на неё, горько усмехнулся.
— Дело не в том, что я не хочу отдавать, а в том, что… у меня нет того, что ему нужно. То, чего он жаждет, это сокровища из усыпальницы Гаозу прежней династии.
Е Ли нахмурилась. То, что в императорских гробницах сокрыты сокровища, было делом вполне естественным, и она не понимала, что Дайфу Линь имел в виду под словом «нет».
Дайфу Линь бесстрастно продолжил.
— Усыпальница Гаозу действительно находится здесь. Жители этой деревни потомки самых верных стражей, следовавших за императором Гаозу. После его кончины эти люди принесли клятву во веки веков охранять императорское захоронение. Чтобы среди потомков не нашлось непочтительных сыновей, они установили правила, младшим поколениям запрещено обучаться грамоте, и на протяжении всей жизни им нельзя переступать границы окрестностей усыпальницы, покидать деревню и уходить в горы. Более того, тайна императорской гробницы передается из поколения в поколение только цзячжу деревни. Даже сами жители никогда не знали о своем происхождении.
Е Ли не знала, как это оценить, поэтому предпочла промолчать. Подняв голову, она спросила.
— Какие у вас теперь планы, шифу? Если Линь Юань обнаружит, что его подчиненные не принесли вещь обратно, вернется ли он лично?
Дайфу Линь кивнул и, немного подумав, спросил Е Ли.
— Сейчас… в мире неспокойно?
Если бы в Великом Чу царили мир и процветание, и надежды на восстановление прежней династии совсем не осталось бы, Линь Юань не стал бы забивать себе голову мыслями об усыпальнице.
Е Ли не стала скрывать правду и кивнула.
— Действительно, сейчас царит некая смута. Если не случится ничего непредвиденного… Армия семьи Мо и императорская семья Великого Чу, скорее всего, окончательно разорвут отношения…
— Разорвут отношения… — дайфу Линь с некоторой безысходностью вздохнул и задумчиво произнес. — В те годы говорили, какими крепкими узами братства связаны Тайцзу Великого Чу и основатель государства Дин-ван, и как величественно они вместе сражались за власть над миром. Кто бы мог подумать, что теперь эти две семьи дойдут до открытого разрыва. Неудивительно… неудивительно… Ладно, до этих дел мне, старику, нет дела. Девчонка, собирайся, нам нужно как можно скорее уйти отсюда.
Е Ли невольно замерла.
— Уйти? А, как же жители деревни?
Дайфу Линь хмыкнул.
— Я, разумеется, оставлю послание и сообщу ему. Будет лучше, если он не тронет этих людей.
Е Ли подняла бровь.
— И он тебя послушает?
Дайфу Линь холодно усмехнулся.
— Если он не согласится, я отдам эту вещь Мо Сюяо…
Е Ли промолчала, в душе не переставая восхищаться своим новоиспеченным шифу. Вы сами даже не знаете, есть ли в усыпальнице сокровища и что они собой представляют, а уже смеете натравливать на это дело Мо Сюяо? Вы хотите смерти Мо Сюяо или Линь Юаня?
— Шифу, может, выберете кого-нибудь другого? Как насчет Чжэньнань-вана Западной Лин, Лэй Чжэньтина? — искренне посоветовала Е Ли.
Судя по поведению дайфу Линя, у него всё же сохранились какие-то чувства к Линь Юаню, и Е Ли в глубине души не хотела, чтобы тот столкнулся с Мо Сюяо, дабы в будущем это не разрушило их отношения.
Дайфу Линь искоса взглянул на неё и, прищурившись, подозрительно спросил.
— Девчонка, а ты кем приходишься Мо Сюяо? Кажется, я слышал от тех двоих оболтусов, что Мо Сюяо сейчас тоже находится неподалеку от города Хунчжоу, какое совпадение, что ты…
Е Ли слегка улыбнулась.
— Шифу, сейчас не важно, кто я такая, не находите? Тебе достаточно знать, что твоя ученица никогда не сделает ничего, что могло бы тебе навредить.
Дайфу Линь пристально разглядывал её довольно долго. Е Ли не шевелилась, спокойно сидя на месте и позволяя ему изучать себя. Спустя добрую паузу Дайфу Линь хмыкнул и кивнул, соглашаясь закрыть эту тему.
Покинуть такую закрытую маленькую горную деревушку было не так-то просто, особенно когда в путь должны были отправиться старик старше шестидесяти лет, совершенно не владеющий боевыми искусствами, и беременная женщина. Что еще хуже, дорога, по которой им предстояло идти, пролегала через императорскую усыпальницу, по которой раньше никто не ходил. С их составом, старик и беременная, им даже не стоило мечтать о том, чтобы выбраться из огромного горного хребта, полного опасностей даже для взрослых мужчин. К тому же на пути они с большой вероятностью могли встретить Линь Юаня или его людей. Поэтому тот путь, который, по слухам, вел из усыпальницы во внешний мир, был их единственной надеждой.
Е Ли невольно вспомнила некоторые романы о расхитителях гробниц, которые читала в прошлой жизни. Она надеялась, что эта императорская усыпальница не окажется столь же опасной и жуткой, как описывалось в тех книгах, иначе… Если бы у неё был выбор, Е Ли предпочла бы дождаться рождения малыша и уйти безопасным путем. Но, сейчас никто не знал о её личности, а как только появится человек по имени Линь Юань, всё может измениться. Если он действительно одержим так называемыми амбициями или честолюбивыми замыслами по восстановлению государства, то ни за что не пропустит тот факт, что она, жена Мо Сюяо, жена главы семьи Динго-ванфу. И, тогда проблем не оберешься.
________________________________
- Победитель становится правителем, а проигравший — разбойником (成者王侯败者寇, chéng zhě wáng hóu bài zhě kòu) — китайская поговорка, означающая, что успех оправдывает любые действия, а поражение всегда осуждается. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
