Дифэй эпохи процветания — Глава 561. Вантайнюй Аньси. Часть 2

Время на прочтение: 7 минут(ы)

 

Стоило ей лишь на миг замереть, как Мо Цзинли уже увидел ее. В такой ситуации она не могла просто развернуться и уйти, поэтому Е Ли оставалось лишь подойти и сдержанно кивнуть.

— Ли-ван.

В эти дни все важные люди в особняке Дин-вана были крайне заняты. Хватало забот не только с делами самого поместья и подготовкой к праздничному пиру, но и с такими людьми, как Мо Цзинли, которые от нечего делать заявлялись в гости ради пустых разговоров. Е Ли не знала, о чем именно Мо Цзинли хотел потолковать с Мо Сюяо сегодня, однако по выражению его лица было ясно, что беседа не заладилась.

Мо Цзинли преградил Е Ли путь. Он молчал, лишь пристально смотрел на нее. Под этим взглядом Е Ли недовольно нахмурилась и холодно произнесла.

— Если Ли-вану больше нечего сказать, то Бэньванфэй еще нужно обсудить дела с нашим Ванъе. Позвольте откланяться.

Мо Цзинли не сводил с нее глаз.

— Ты обязательно должна говорить со мной в таком тоне?

Е Ли оторопела, на мгновение совершенно растерявшись. Она в замешательстве посмотрела на Мо Цзинли, абсолютно не понимая, что он имеет в виду. Она полагала, что в ее словах и поведении не было ничего неподобающего.

Мо Цзинли казался раздраженным. Он свирепо уставился на Е Ли и процедил.

— Тогда я расторг нашу помолвку, и ты до сих пор так сильно ненавидишь меня, что обязана помогать Мо Сюяо идти против меня? Теперь Мо Сюяо захватил Чуцзин, ты довольна?

Е Ли невольно закатила глаза и безмолвно вопрошала небеса¹, что это за безумная логика? Слегка выдохнув, Е Ли спокойно ответила.

— Ли-ван дянься, полагаю, вам следует помнить, лишь после того, как вы сами оставили Чуцзин, Дин-ван отправился на помощь городу, вернее, на помощь Чансину. Мы вовсе не отнимали его из ваших рук.

Мо Цзинли на секунду лишился дара речи, а затем с помрачневшим лицом резко бросил.

— Даже если так, он все равно принадлежит Великому Чу. Более того, разве нападение Бэйжуна и Бэйцзиня на Великое Чу не было частью замысла Мо Сюяо? Если бы ты не помогала Мо Сюяо, разве смог бы он так быстро захватить Силин?

Е Ли рассмеялась от крайнего возмущения.

— Ли-ван дянься, какое отношение имеет нападение Бэйжуна и Бэйцзиня на Великое Чу к нашему Ванъе? Неужели это наш Ванъе подговорил их напасть на Великое Чу? К тому же, я, Дин-ванфэй. Кому мне еще помогать, если не собственному мужу? И еще, много лет назад Бэньванфэй уже говорила Ванъе одну фразу, интересно, помнит ли ее Ванъе?

Мо Цзинли слегка нахмурился, явно не понимая, о какой фразе идет речь.

Е Ли неспешно произнесла.

— Бредовые фантазии, это болезнь, которую нужно лечить². Прошу Ванъе получше обдумать это. Бэньванфэй откланивается.

Договорив, она, не дожидаясь реакции Мо Цзинли, обошла его и направилась в сторону кабинета.

— Е Ли! — внезапно выкрикнул Мо Цзинли и протянул руку, чтобы схватить ее за запястье.

Но разве Е Ли была обычной слабой женщиной, которой так легко коснуться? Она вскинула руку, блокируя его движение. Мо Цзинли глухо произнес.

— Мне нужно кое-что сказать тебе!

— Бэньванфэй не о чем разговаривать с Ли-ваном, — безразлично отозвалась Е Ли.

Мо Цзинли потянулся другой рукой, намереваясь схватить ее за плечо. Е Ли уклонилась, в ее рукаве сверкнул холодный блеск, заставив его отступить. Жестом остановив готовых вмешаться скрытых аньвэй, Е Ли пристально посмотрела на Мо Цзинли.

— Ли-ван, это особняк Дин-вана, а не место, где вы можете позволять себе все что угодно.

Мо Цзинли помолчал мгновение и угрюмо произнес.

— Бэньван должен поговорить с тобой наедине.

Е Ли нахмурилась.

— Бэньванфэй уже сказала, нам нечего обсуждать с глазу на глаз. Бэньванфэй почитает вас как гостя и просит Ли-вана соблюдать приличия. Прощайте.

С этими словами она развернулась и ушла. Мо Цзинли хотел было броситься следом, но перед ним промелькнули две тени. Два стража в черном преградили ему путь.

— Ли-ван, просим вас соблюдать приличия.

Глядя на этих двоих, чей уровень мастерства явно был незаурядным, а затем на удаляющуюся фигуру Е Ли, Мо Цзинли в конце концов холодно хмыкнул и, взмахнув рукавом, удалился.

В кабинете на своем месте сидел Мо Сюяо и читал книгу. Услышав шаги, он поднял голову и, увидев Е Ли, невольно улыбнулся.

— А Ли, гунчжу Аньси уже ушла?

Е Ли кивнула.

— Только что столкнулась в саду с Мо Цзинли. Весь такой странный и язвительный. О чем вы с ним говорили?

Мо Сюяо протянул руку и притянул Е Ли к себе. Из-за того, что ей пришлось сесть на его колени, Е Ли на мгновение почувствовала неловкость. Мо Сюяо лишь мягко улыбнулся, и взмахом его руки поток воздуха с грохотом захлопнул двери. Мо Сюяо усмехнулся.

— О чем еще? Ругал Бэньвана, называл подлецом, обвинял в том, что я воспользовался чужой бедой, и все в таком духе. А заодно пытался выяснить, нельзя ли вернуть город Чансин.

— Вернуть? — Е Ли приподняла бровь. Мо Цзинли и впрямь мастер раскрыть небеса причудливыми мыслями³. Сколько воинов армии Мо-цзяцзюнь погибло, когда они, идя на подмогу Чансину, с боем прорывались сквозь заслоны безумной армии Бэйжуна. Неужели Мо Цзинли думает, что после пары слов ему все отдадут? Дом Дин-вана не благотворительная организация, а Мо Сюяо не святоша.

Мо Сюяо лениво положил подбородок ей на плечо и насмешливо фыркнул.

— Даже если я верну его, что с того? Разве он сможет его удержать?

Е Ли тоже улыбнулась. Сейчас все военные силы Великого Чу сосредоточены на юге, а земли к северу от реки давно заняты различными фракциями. Мало того, что они не собирались возвращать Чуцзин, так даже если бы Мо Сюяо действительно отдал его, Мо Цзинли вряд ли бы посмел его принять. Чтобы занять город, нужно направить войска для охраны и чиновников для управления. И, это не говоря о том, что если Чуцзин снова падет под натиском людей из Бэйжуна или Северных земель, репутация Мо Цзинли будет окончательно втоптана в грязь.

— Тогда зачем он вообще приходил? — не понимала Е Ли.

— Наверное, от избытка свободного времени зашел поскандалить. Он не донимал А Ли в саду? — ласково потеревшись лицом о волосы Е Ли, тихо спросил Мо Сюяо.

Е Ли со слабой улыбкой ответила.

— Как он может меня донимать?

Мо Сюяо рассмеялся.

— Это еще неизвестно. Глядя на то, как хорошо мы живем, он наверняка испытывает лишь зависть, ревность и ненависть. Чего доброго, еще решит, будто ты помогаешь мне только ради того, чтобы отомстить ему.

Е Ли лишилась дара речи, а ведь Мо Цзинли именно так и думал. Она подняла голову и, обхватив ладонями красивое лицо Мо Сюяо, серьезно произнесла.

— Не стоит и пытаться угадать, что творится в голове у тех, чьи мозги повреждены, это заразно.

Мо Сюяо моргнул и мгновенно понял, что имела в виду Е Ли. Он не удержался и громко расхохотался. Не в силах остановиться, он притянул Е Ли ближе и несколько раз крепко поцеловал ее в розовые губы, продолжая смеяться.

Видя его радость, Е Ли оставалось лишь смириться. Прислонившись к груди Мо Сюяо, она заодно пересказала ему разговор с гунчжу Аньси. Мо Сюяо, перебирая ее тонкие пальцы, задумчиво произнес.

— У Наньчжао с нами пока нет конфликтов, так что нет ничего дурного в том, чтобы тайно ей помочь. Если Хуанди Силина и впрямь сможет противостоять Лэй Чжэньтину, это избавит нас от лишних хлопот.

— Ты действительно веришь, что Хуанди Силина способен справиться с Лэй Чжэньтином? — спросила Е Ли.

— Нет, — без колебаний отрезал Мо Сюяо.

У хуанди Силина, возможно, и есть толика хитрости, но до уровня Лэй Чжэньтина ему далеко.

— Достаточно и того, что они смогут создать Лэй Чжэньтину проблем. Сейчас нам нужно думать о… Бэйжуне!

При упоминании Бэйжуна в спокойных глазах Мо Сюяо промелькнула жажда крови. Ненависть к Бэйжуну у армии Мо и лично у Мо Сюяо, была сильнее, чем ко всем остальным государствам вместе взятым. Мо Сювэнь в свое время погиб от рук бэйжунцев, и самое сокрушительное поражение армии Мо-цхяцзюнь за двести лет, тоже было нанесено ими. Те семь-восемь лет унижений, когда Мо Сюяо приходилось сдерживать себя, также во многом были «заслугой» Бэйжуна. Теперь, когда армия Мо вновь обрела силу, бэйжунцам пришло время платить по счетам. К тому же Мо Сюяо никогда не простит им бесчисленных злодеяний, совершенных в Великом Чу в прошлом году.

Прильнув к Мо Сюяо, Е Ли слегка нахмурилась.

— Елюй Хун и Елюй Е прибудут завтра утром, не позже. Сюяо, как ты планируешь их разместить?

Мо Сюяо спокойно улыбнулся.

— Сейчас время празднования юбилея вайцзуфу, я не собираюсь расправляться с ними прямо сейчас. Примем их так же, как и остальных. Наш город Личэн невелик, так что пускай Елюй Хун и Елюй Е живут вместе.

Е Ли невольно улыбнулась. Елюй Хун и Елюй Е всегда враждовали, более десяти лет ведя явную и тайную борьбу без явного победителя. Если поселить их вместе, они будут сковывать друг друга, и ни один не решится строить козни в городе Личэн.

— Мне тоже пора повидаться с Гунчжу Жунхуа, — подумав, сказала Е Ли. — Нужно посмотреть, можно ли еще использовать шахматную фигуру, которую я прятала столько лет. Будет жаль, если возникли какие-то непредвиденные обстоятельства.

Мо Сюяо был совершенно спокоен, за что бы ни бралась Е Ли. Гунчжу Жунхуа хоть и была прежде той, кто взлетает ввысь и проявляет самоуправство⁴, но за эти несколько лет, поговаривают, ее методы стали весьма искусными. Однако другой человек заставил Мо Сюяо слегка нахмуриться.

— С этой Е Ин точно не будет проблем?

Мо Сюяо не питал к Е Ин ни малейшей симпатии, кроме пустой оболочки в виде недурной внешности, она ни на что не была способна. Нрав у такой женщины был крайне непостоянным. Не говоря уже о том, чтобы поручать ей дела, для нее даже положение жены главы семьи, живущей в полном покое, было бы слишком высокой честью. Мо Сюяо считал, что надежнее использовать таких женщин, как Яоцзи, вышедших из Цинлоу, или даже гунчжу Жунхуа, которая была избалована с нежного возраста⁵ и прежде вела себя деспотично.

Е Ли слегка улыбнулась.

— Пока Ванъе поможет ей найти сына, она будет очень надежной. К тому же, Ванъе не стоит недооценивать женщин, особенно таких изнеженных, как Е Ин. Чем более хрупкой женщина кажется снаружи, тем чаще она оказывается жестокосердной.

Напротив, те, кто с виду кажутся властными и грозными, часто не могут ничего добиться, потому что такие люди легко вызывают у окружающих настороженность.

Мо Сюяо кивнул.

— Главное, чтобы А Ли понимала, что делает.

— Сюяо, ты и правда совсем ничего не знаешь о том сыне Мо Цзинли? — с любопытством спросила Е Ли.

— Раньше мне это было неинтересно, но раз А Ли нужно, я пошлю людей разузнать. Однако… судя по обычным повадкам Мо Цзинци, боюсь, этот ребенок… — ответил Мо Сюяо.

— И, что же?

— Далеко на краю неба, а на деле, прямо перед глазами⁶. Но даже если дать Мо Цзинли сотню лет, он и тогда вряд ли догадается, — рассмеялся Мо Сюяо.

В голове Е Ли на мгновение промелькнула мысль, но она не успела ее ухватить. Тем не менее, Е Ли почувствовала, что у нее, возможно, появилась некая зацепка. Мо Сюяо небрежно перебирал ее мягкие черные пряди.

— А Ли и правда собирается найти ребенка для Е Ин и вернуть его ей? Е Ин не из тех людей, кто знает о милости и стремится отплатить за нее⁷.

Е Ли рассмеялась.

— Это я, разумеется, знаю, и не собираюсь возвращать ей ребенка сразу же, как только найду. Но, раз уж я пообещала ей, то стоит хотя бы поискать. К тому же, этот ребенок очень важен для Мо Цзинли, не так ли?

С трудом захватить императорский трон и не иметь сына для наследования, чувство триумфа от захвата власти мгновенно обесценится в бесчисленное количество раз.

 _______________________________________________________

1. Безмолвно вопрошала небеса (无语问苍天, wú yǔ wèn cāng tiān) — идиома, описывающая состояние крайнего изумления или бессилия перед чьей-либо нелепостью. ↩︎
2. Бредовые фантазии — это болезнь, которую нужно лечить (妄想是病，得治, wàng xiǎng shì bìng, dé zhì) — саркастичное выражение, указывающее на полную оторванность собеседника от реальности. ↩︎
3. Раскрыть небеса причудливыми мыслями (异想天开, yì xiǎng tiān kāi) — идиома, означающая невероятные, фантастические и часто неосуществимые идеи. ↩︎
4. Взлетать ввысь и проявлять самоуправство (飞扬跋扈, fēiyáng báhù) — идиома, описывающая крайне высокомерного, заносчивого и властного человека. ↩︎
5. Избалованная с нежного возраста (娇生惯养, jiāoshēng guànyǎng) — идиома, означающая человека, выросшего в неге и привыкшего к потаканию всем его капризам. ↩︎
6. Далеко на краю неба, а на деле — прямо перед глазами (远在天边，近在眼前, yuǎn zài tiānbiān, jìn zài yǎnqián) — идиома, означающая, что нечто, кажущееся далеким, на самом деле находится совсем рядом. ↩︎
7. Знать о милости и стремиться отплатить за нее (知恩图报, zhī ēn tú bào) — идиома, означающая чувство благодарности и готовность вознаградить за оказанное благодеяние. ↩︎

Мо Ли — Список глав