В главном шатре Бэйжуна сидели Елюй Е и Хэлянь Чжэнь. Лицо Хэлянь Чжэня было суровым, он хранил тяжелое молчание. Елюй Е же в крайнем раздражении мерил шатер шагами, его густые брови были плотно сдвинуты к переносице, а в облике сквозило явное беспокойство и тревога.
Сделав неведомо какой по счету круг, Елюй Е остановился и посмотрел на Хэлянь Чжэня.
— Цзюцзю, не возникнет ли у Цзянцзюня Хэляня каких-нибудь трудностей?
Хэлянь Чжэнь взял себя в руки и глухо ответил.
— Дянься, не стоит так волноваться. От Пэн-эра не поступало дурных вестей, нам нельзя раньше времени нарушать порядок в собственных рядах1.
Елюй Е кивнул и после долгого молчания произнес.
— Не знаю почему, но у меня на душе неспокойно.
Хэлянь Чжэнь промолчал. Трудно было сказать, было ли это чрезмерным волнением или предчувствием реальной беды. Не только Елюй Е снедала тревога, Хэлянь Чжэнь тоже смутно ощущал, что что-то идет не так.
Поразмыслив, Хэлянь Чжэнь поднялся.
— Я пошлю людей на разведку.
Возможно, дурное предчувствие и впрямь было сильным, поэтому Елюй Е кивнул.
— Пошлите побольше людей, цзюцзю. Пусть докладывают о любых новостях как можно скорее.
— Слушаюсь, — Хэлянь Чжэнь развернулся и вышел из шатра.
Едва Хэлянь Чжэнь покинул шатер, он увидел, как из-за пределов лагеря влетела огненная стрела и упала прямо посреди стана Бэйжуна. Она угодила точно в одну из палаток. Хотя стояла суровая зима и многие шатры были покрыты слоем инея, из-за чего огонь не разгорелся мгновенно, это все равно перепугало множество людей. Хэлянь Чжэнь на мгновение замер, но тут же пришел в себя и яростно закричал.
— Вражеская атака!
Услышав его голос, Елюй Е тут же выбежал наружу и спросил.
— Что случилось?
Глаза Хэлянь Чжэня налились кровью.
— Армия Мо прямо у лагеря! Отразить нападение!
Одна-единственная огненная стрела заставила весь лагерь Бэйжуна содрогнуться, словно котел закипел. Спустя мгновение в стане раздались низкие звуки горна. Воины всей армии хватались за оружие и выскакивали из палаток, готовясь встретить врага. К несчастью для тех, кто первым оказался у главных ворот, их встретил ливень стрел, застилающий небо. В темноте противник оставался скрыт, тогда как бэйжунцы были как на ладони, оперенные стрелы летели так быстро, что их замечали, лишь когда они оказывались у самого лица.
— Это армия Мо! — прокричал кто-то во весь голос.
В лагере Бэйжуна воцарился хаос. Хэлянь Чжэнь, кипя от ярости, громко приказывал военачальникам вести солдат в бой.
Неподалеку от стана Бэйжуна бок о бок на конях замерли Мо Сюяо и Е Ли. За ними следовали Фэн Чжияо в алых одеждах, Чжо Цзин, Линь Хань и остальные. Глядя на армию Бэйжуна, которую армия Мо застигла врасплох, все пребывали в превосходном расположении духа.
Мо Сяобао сидел перед Мо Сюяо, укрытый полой широкого боевого плаща, наружу выглядывала лишь его маленькая голова. Его живые большие глаза внимательно следили за полыхающим неподалеку лагерем Бэйжуна, где в небо взмывали отблески пожара и раздавались крики сражения. Мальчик наблюдал за происходящим с явным интересом.
За последние дни силы Бэйжуна изрядно истощились, и их численность уже мало отличалась от численности армии Мо. Теперь же, когда Хэлянь Пэн увел большую часть войск, воинов Бэйжуна осталось даже меньше, чем у противника. Под ударом внезапной атаки армия Бэйжуна начала разваливаться, их поражение было подобно обвалу горы2. Не прошло и часа, как армия Мо полностью завладела преимуществом.
Хэлянь Чжэнь в окружении личной стражи поддерживал Елюй Е, отступая с боем. Оглянувшись, он крикнул.
— Дянься, мы попались на удочку! Боюсь, Пэн-эр не успеет вернуться, нам нужно уходить!
— Уходить? Куда нам еще отступать? — лицо Елюй Е исказилось.
Это не были пустые слова, они находились менее чем в двухстах ли от границ Бэйжуна. Дальнейшее отступление означало возвращение на родные земли. Это бы подтвердило, что война против Великой Чу, начатая с таким размахом два-три года назад, закончилась самым позорным провалом.
Елюй Е, разумеется, не желал этого, но нынешняя ситуация не оставляла ему выбора. Либо отступать, либо сражаться насмерть в ожидании Хэлянь Пэна. Но даже если забыть о том, сможет ли Хэлянь Пэн вернуться, цена, которую пришлось бы заплатить в смертном бою, была непомерно велика для Елюй Е. Бросив исполненный ненависти взгляд туда, где находился главнокомандующий армии Мо, Елюй Е прохрипел.
— Отступаем!
В ночи протрубили сигнал к отходу. Солдаты Бэйжуна, чей боевой дух и так был на исходе, хлынули прочь вслед за Елюй Е. Воины армии Мо преследовали их, но не теснили слишком сильно, сохраняя умеренный темп. Хэлянь Чжэнь чувствовал неладное, но у него оставалось лишь два пути, либо идти вперед, либо развернуться. Они не могли повернуть назад и вступить в открытую схватку с армией Мо, а значит, оставалось только бежать.
С другой стороны, Хэлянь Пэн, окруженный стражей Цилинь, наконец сумел вырваться спустя час. Когда он объединил остатки сил и прорвал кольцо армии Юнь Тина, на востоке небо уже окрасилось в цвет рыбьего брюха3.
Глядя вслед уходящей армии Бэйжуна, Юнь Тин и его люди лишь безразлично улыбнулись. Один из воинов Цилинь с некоторой досадой произнес.
— Почему мы не убили его? Зачем позволили уйти?
Хотя боевое мастерство Хэлянь Пэна было высоким, для натренированных бойцов Цилинь, имевших огромный опыт сражений с мастерами, он не был самым грозным противником. Забрать его жизнь было лишь вопросом времени.
Сюй Цинфэн хлопнул подчиненного по затылку.
— Раз Ванъе так приказал, значит, у него есть свои причины. Нам тоже пора, а не то не успеем к самому интересному.
Все согласно зашумели и, наскоро собравшись, двинулись вслед за уходящим войском Хэлянь Пэна.
Когда Хэлянь Пэн наконец встретился с Елюй Е и остальными, совсем рассвело. Из-за густого утреннего тумана они едва не перебили друг друга, приняв за врагов, но в итоге двум отрядам удалось воссоединиться.
Оставаться в таком тумане на незнакомой местности было небезопасно, но воины Бэйжуна после ночного бегства и сражений были крайне изнурены. Хэлянь Чжэню пришлось искать открытое место для краткой передышки. Когда подсчитали потери, лица всех троих позеленели. От многотысячной армии после ночной резни осталось менее двухсот тысяч человек. Причем девять десятых из них составляли люди, приведенные Хэлянь Пэном. Войска, остававшиеся в лагере, были истреблены почти полностью.
Хэлянь Чжэнь со скорбным видом взглянул на погруженного в свои мысли Елюй Е, а затем повернулся к сыну.
— Пэн-эр, как ты нас нашел?
Хэлянь Пэн нахмурился и глухо ответил.
— Прорвавшись сквозь ряды Юнь Тина, я постоянно натыкался на заслоны армии Мо. С боями пробиваясь сюда, я как раз встретил вас с Дянься.
Хэлянь Чжэнь насупился.
— Что-то здесь не так… Мы все время бежали вперед, а армия Мо преследовала нас по пятам. Даже если мы сбились с пути, направление не могло быть ошибочным. Как ты, пробиваясь сквозь погоню, мог встретить нас именно здесь?
Сердце Хэлянь Пэна екнуло. Он резко вскочил.
— Отец!
Хэлянь Чжэнь посмотрел на него. Лицо Хэлянь Пэна потемнело, он проскрежетал зубами.
— Мы попались в ловушку Мо Сюяо!
Хэлянь Чжэнь вздрогнул, вмиг переменившись в лице. Он схватил сына за плечо и быстро спросил.
— Ты хочешь сказать…
— Ха-ха, Цзянцзюнь Хэлянь, не кажется ли вам, что вы поздновато это поняли? — в тумане раздался жизнерадостный, но тихий смех.
Когда он только зазвучал, казалось, что говорящий еще очень далеко, но к концу фразы голос доносился будто бы из самых рядов. Хэлянь Чжэнь и остальные обернулись на звук. Там, где туман немного рассеялся, возникла фигура в белых одеждах и с белыми волосами. Из-за легкой дымки трудно было разобрать выражение лица, но Хэлянь Пэн и Хэлянь Чжэнь отчетливо чувствовали, он улыбается. И улыбка эта была ледяной.
— Мо… Сю… Яо! — процедил сквозь зубы Хэлянь Чжэнь.
— Это именно Бэньван. Спустя девятнадцать лет пригласить Цзянцзюня Хэляня на встречу в долину Хуйфэн оказалось делом совсем непростым, — Мо Сюяо был облачен в белые одежды, его седые волосы свободно развевались на холодном ветру, а на его губах играла легкая улыбка, но слова, сорвавшиеся с них, несли в себе поистине леденящую кровь жажду убийства.
— Это долина Хуйфэн? — вне себя от шока воскликнул Хэлянь Чжэнь.
Мо Сюяо рассмеялся.
— Именно так. Не думал я, что и двадцати лет не пройдет, а Цзянцзюнь Хэлянь уже все позабудет. Впрочем… Бэньван полагает, что долина Гуйчоу наверняка оставила у Цзянцзюня Хэляня неизгладимое впечатление. Жаль только, что в этот раз пригласить цзянцзюня Хэляня в долину Гуйчоу не получится.
Долина Хуйфэн была тем самым местом, где из-за коварного замысла Хэлянь Чжэня полегла армия Мо, даже место гибели прежнего Дин-вана из дома Дин-вана, Мо Сювэня, находилось совсем недалеко отсюда. Долина Гуйчоу же располагалась менее чем в пятидесяти ли от долины Хуйфэн, именно там в те годы Мо Сюяо предал все огню, нанеся Хэлянь Чжэню сокрушительное поражение, но и сам получил тяжелые раны. Обе стороны, участвовавшие в той войне, вряд ли смогли бы забыть об этих местах, даже когда выпадут зубы4.
Пока Мо Сюяо говорил, бесчисленные воины армии Мо уже окружили их со всех сторон. В тумане смутно виднелись колеблющиеся черные тени, подобные призракам из подземного мира, холодные и бесплотные. Это заставило воинов Бэйжуна внизу, и без того изнуренных голодом и усталостью, чувствовать, будто у них желчный пузырь лопнул от страха5.
Позади Мо Сюяо постепенно один за другим появлялись люди, Е Ли, Юнь Тин и другие в белых одеждах, Фэн Сань-гунцзы в красном, а также Сюй Цинфэн, Чжо Цзин и Линь Хань в черном. Все они смотрели на воинов Бэйжуна внизу подобно тигру, жадно следящему за добычей. Лишь следовавший за Е Ли Мо Сяобао, одетый в черное парчовое одеяние, несмотря на бессонную ночь, пребывал в отличном расположении духа. Широко распахнув свои круглые глаза, он с любопытством разглядывал толпу внизу. Посмотрев на серьезные лица окружающих, он с интересом потянул Фэн Чжияо за край одежды.
Фэн Чжияо незаметно покачал головой и подал Мо Сяобао знак глазами в сторону Мо Сюяо. Мо Сяобао надул губки и тихонько подобрался к Мо Сюяо.
— Фу-ван…
Мо Сюяо слегка улыбнулся, наклонился и подхватил Мо Сяобао на руки. Он спросил с улыбкой.
— Юйчэнь, ты знаешь, что это за место?
Мо Сюяо впервые столь серьезно назвал его по официальному имени. Мо Сяобао моргнул и с любопытством спросил.
— Фу-ван, что это за место?
— Здесь… место упокоения павших героев моей армии Мо и твоего бофу в те годы, — голос Мо Сюяо звучал глухо.
Мо Сяобао захлопал глазами. Хотя он был еще мал, его, разумеется, обучали истории армии Мо и дома Дин-вана. Он знал, что его бофу, которого фу-ван глубоко уважал, погиб от рук людей Бэйжуна. Порой Мо Сяобао втайне думал, если бы бофу не умер, нашелся бы еще один человек, который помогал бы ему, когда фу-ван его наказывает?
— Фу-ван, мы отомстим за бофу? — спросил Мо Сяобао, глядя на него во все глаза.
— Именно так, — торжественно произнес Мо Сюяо.
_____________________________________________________________
- Нарушить порядок в собственных рядах (自亂了陣腳, zì luàn le zhèn jiǎo) — поддаться панике и потерять контроль над ситуацией. ↩︎
- Поражение подобно обвалу горы (兵敗如山倒, bīng bài rú shān dǎo) — о сокрушительном и необратимом разгроме войска. ↩︎
- Белизна рыбьего брюха (魚肚白, yú dù bái) — белесый оттенок неба в предрассветные часы. ↩︎
- Не забыть, даже когда выпадут зубы (没齿难忘, méichǐ nánwàng) — помнить вечно, хранить память до самой смерти. ↩︎
- Желчный пузырь лопнул от страха (吓破了胆, xià pò le dǎn) — быть смертельно напуганным. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
