Сяо Ле поднял голову.
В зал поспешно вошла императрица Чжоу. За ней следовала Чжан Фэнтун с измученным лицом.
Обе вошли внутрь. Чжан Фэнтун опустилась на колени рядом с Сяо Иньтаном.
Но императрица Чжоу выглядела крайне взволнованной и сразу заговорила:
— Ваше Величество! Произошла ужасная вещь! Внутренний дворец оказался на грани хаоса! Я больше не могу молчать!
— Еще до свадьбы наследника мне тайно сообщили, что Цао, испытывая ревность, нашла за пределами дворца колдуна и тайно использовала колдовство против супруги наследника. Оно могло лишить человека рассудка и заставить его совершать безумные поступки.
— Я сама виновата в небрежности. Тогда я не поверила этому сообщению. Цао всегда казалась тихой и благоразумной — как могла она совершить нечто подобное? Я решила, что кто-то на нее клевещет, и велела избить доносчика и выгнать его.
— Но сегодня супруга наследника внезапно оказалась в таком состоянии. Только теперь я поняла, что всё может быть правдой. Я немедленно послала людей в Восточный дворец, в покои супруги наследника, и действительно обнаружила под ее постелью проклятый предмет!
— Это поистине ужасно!
Она позвала кого-то снаружи.
В зал вошла мамушка Линь, поклонилась у дверей и подняла над головой поднос.
Ли Юаньгуй подошел и взял его.
На подносе лежала маленькая фигурка человека из белой муки. На лице были написаны восемь знаков рождения Чжан Фэнтун, а в груди и спине торчали серебряные иглы.
Императрица Чжоу тоже опустилась на колени и, плача, сказала:
— Ваше Величество, во всем виновата я! Я была слишком мягкосердечной и доверчивой. Если бы сразу отнеслась к тому сообщению серьезно, задержала Цао и провела расследование, нынешней беды можно было бы избежать!
— Супруга наследника стала жертвой злого колдовства. Именно поэтому сегодня она потеряла достоинство и начала нести бессвязную чушь. Как можно принимать всерьез ее слова? Возможно, это злой дух Цао продолжает причинять вред!
— Прошу вас разобраться во всем как следует!
Чжан Фэнтун низко поклонилась и тихо заплакала.
В зале повисла тяжелая тишина. Никто больше не произносил ни слова.
Вскоре Ли Юаньгуй снова поспешно вошел и доложил:
— Ваше Величество, старейшина Чжан узнал, что вы не желаете его видеть. Тогда он ударился головой о колонну, заявив, что хочет искупить вину смертью. Сейчас его голова разбита, он потерял сознание…
Плач Чжан Фэнтун внезапно усилился, но она тут же снова подавила его.
В зале воцарилась мертвая тишина.
Наконец остался слышен лишь ее тихий плач, отдававшийся в темном углу, куда не доставал свет свечей.
Лицо Сяо Ле стало крайне мрачным. Он по очереди посмотрел на троих стоявших перед ним людей, а затем вдруг холодно рассмеялся и словно про себя произнес:
— Хорошо. Теперь все в сборе.
Он поднялся, подошел к окну и открыл его.
Некоторое время император молча стоял, глядя в ночное небо, затем холодно сказал:
— Императрица и супруга наследника могут уйти. Наследник остается.
Императрица Чжоу и Чжан Фэнтун поднялись и вышли.
В огромном зале остались только отец и сын.
Свет свечей мерцал.
Выражение лица Сяо Ле постепенно смягчилось. Немного подумав, он сказал:
— Иньтан, сейчас мы с тобой не государь и подданный, а отец и сын. Если сын плохо воспитан, часть вины лежит и на отце.
— Скажи мне правду: действительно ли Цао была убита тобой? И почему твоя жена, обычно такая сдержанная, сегодня внезапно сошла с ума?
Сяо Иньтан опустил голову:
— Отец, Цао действительно внезапно заболела и умерла. Я тоже глубоко скорбел, но был бессилен что-либо изменить.
— Что касается состояния моей супруги, я не осмеливаюсь делать поспешные выводы. Раз матушка обнаружила под ее постелью проклятие, возможно, именно оно стало причиной. Вы всегда отличались мудростью — можете послать людей всё проверить.
С этими словами он снова низко поклонился.
Сяо Ле смотрел на склонившегося перед ним сына. В его взгляде постепенно появились холодное разочарование и усталость.
— Ладно. Можешь идти.
Сяо Иньтан поблагодарил отца, поднялся и почтительно отступил назад.
Но когда он уже собирался выйти из зала, Сяо Ле окликнул его:
— На колени!
Сердце Сяо Иньтана бешено забилось. Он поспешно снова опустился на колени.
— Слушай внимательно. Если я смог сделать тебя наследником, то могу и лишить тебя этого положения!
— Пусть это будет первый и последний раз. Если впредь ты снова совершишь поступок, порочащий добродетель твоего титула, мне не понадобятся обвинения придворных цензоров. Я сам не стану тебя щадить!
Голос императора был негромким, но каждое слово пронзало сердце, словно холодный меч.
На следующий день известие распространилось по столице.
Причина безумия супруги наследника была найдена.
Оказалось, что Цао, внезапно умершая от болезни некоторое время назад, из ревности к супруге наследника еще при жизни наложила на нее проклятие. Именно поэтому прошлой ночью супруга наследника потеряла рассудок на глазах у всех.
Были найдены и свидетели, и вещественные доказательства. Дело якобы расследовали до конца.
Раз супруга наследника стала жертвой колдовства, все ее вчерашние бессвязные слова объявили безумной чушью, не заслуживающей внимания.
Любого, кто осмелился бы тайно распространять их или обсуждать, следовало наказать за распространение смуты и возмутительных слухов.
Император послал людей в дом Чжуго-гуна, чтобы выразить сочувствие старой госпоже, которую прошлой ночью едва не задушила супруга наследника.
Семья Цао жила словно на тонком льду. Все ее члены дрожали от страха.
Отец Цао опустился на колени перед дворцовым залом и, обливаясь слезами, бился лбом о землю, пока не рассек его до крови. В конце концов он потерял сознание.
Император велел придворному лекарю осмотреть его, а затем объявил:
— Поскольку семья Цао была старым военным домом Удина и обладает значительными заслугами, а родственники Цао ничего не знали о случившемся, с них снимаются все обвинения.
Однако покойную Цао лишили посмертного почетного имени, а ее гроб приказали вынести из императорского некрополя. Семья должна была похоронить ее самостоятельно.
Других наказаний не последовало.
Семья Цао была преисполнена благодарности и исполнила императорский приказ.
После этого супруга наследника больше не появлялась на людях.
Говорили, что из-за колдовства она тяжело заболела и теперь восстанавливается. Когда ее здоровье улучшится, она снова приступит к своим обязанностям.
Цзяфу постепенно узнавала обо всем происходящем дома.
И всякий раз убеждалась, что Пэй Юань предсказал всё совершенно точно.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
