Храм Гуаньинь славился милосердием Богини, и хотя до острова нужно было плыть полдня, богомольцы стекались туда непрерывно. Женщины часто посещали этот храм, чтобы испросить дарования сыновей, и молва твердила о чудесной силе местных молитв. Госпожа Мэн слышала об этом месте и, поняв желание дочери, сразу догадалась о её мыслях.
Она была довольна будущим зятем Пэй Сючжи, но мысль о том, что у того уже есть сын от первого брака, угнетала её. К тому же мальчик рос избалованным, а госпожа Сун обладала тяжелым нравом. Госпожа Мэн страстно желала, чтобы дочь после свадьбы как можно скорее родила собственного сына и закрепила свое положение. Раз уж путь пролегал мимо, как она могла отказать?
— Хорошо, я скажу управляющему, чтобы завтра мы сделали остановку у острова Фумин. Я пойду с тобой. Только… — Госпожа Мэн оглянулась, отослала служанок и шепнула: — Лучше бы нам не говорить об этом наставнице из дома Сун, чтобы не накликать лишних пересудов.
— Я слушаюсь тебя, матушка, — ответила Цзяфу.
Госпожа Мэн проводила дочь в каюту и пошла отдавать распоряжения. А Сусинь, прятавшаяся неподалеку, подслушала весь разговор от слова до слова. Вернувшись, она обо всем донесла мамушке Е.
Старуха мгновенно обо всем догадалась и злорадно усмехнулась:
— Ах ты хитрая девка! При мне изображает святую невинность, а за спиной уже удумала мечтать о рождении сына! Какая бесстыдница — ещё замуж не вышла, а уже строит замыслы! Раз она подговорила мать плыть на остров, нам они ничего не скажут. Что ж, посмотрим!
На следующий день корабль семьи Чжэнь действительно бросил якорь у острова Фумин, якобы для пополнения запасов пресной воды и провизии. Мамушка Е велела смышленому слуге тайком следовать за госпожой Мэн и её дочерью и докладывать о каждом их шаге.
Слуга вернулся и доложил:
— Они вошли в главный храм Гуаньинь, помолились о даровании сына, получили оберег и сразу вернулись на корабль.
В голове у мамушки Е всё окончательно прояснилось. Отблагодарив слугу медяками, она заявила своей напарнице:
— Ну вот, лисий хвост семьи Чжэнь и вылез наружу! Хорошо, что я проявила проницательность, а то эта девка обвела бы нас вокруг пальца!
Напарница принялась осыпать её лестью. Мамушка Е, воодушевленная своей разоблачительной победой, даже забыла о морской болезни и воскликнула:
— Надо скорее сообщить об этом госпоже Сун! Эта девка из рода Чжэнь только притворяется кроткой, а сама набита коварством! Если наш Цань-гэ попадет в её руки, жди беды!
На следующий день госпожа Мэн с дочерью снова пришли проведать мамушку Е. Старуха ничем не выдала своих мыслей, но стала наблюдать за Цзяфу с ещё большим въедливым вниманием. Чем больше она смотрела, тем более фальшивым казалось ей каждое движение девушки. Однако она молчала, внешне став даже приветливее, и лишь страстно желала поскорее добраться до столицы.
Госпожа Мэн ничего не подозревала, полагая, что наставница сменила гнев на милость благодаря заботе Цзяфу.
Цзяфу же вела себя идеально искренне и сладкоречиво. Так, в полном согласии, они подошли к концу своего плавания, и завтра корабль должен был причалить в столице.
В ту ночь госпожа Мэн вместе с дочерью пришла в каюту мамушки Е. Отослав слуг, она достала шелковый кошелек и с улыбкой произнесла:
— Все эти дни вы так трудились, мамушка. Вот небольшой знак нашей благодарности, примите его. Большую бумажку оставьте себе, а мелочь передайте слугам за их труды.
Цзяфу, стоя за спиной матери, смущенно опустила голову и пробормотала:
— Когда прибудем в столицу, надеемся, наставница замолвит за меня доброе слово перед моей названой матерью.
Мамушка Е взяла кошелек, пощупала его и, поняв, что внутри бумажные деньги, расплылась в обещаниях, тепло проводив гостей. Но едва за ними закрылась дверь, она выхватила купюры и увидела один билет в двадцать лянов серебра, а второй — в десять. Лицо её исказилось от презрения, и она саркастически фыркнула:
— А я-то думала, они проявят щедрость! Двадцать лянов — и за это они хотят запечатать мне рот?! Ну и скупцы! Сразу видно мещанские замашки — никакого размаха!
Госпожа Мэн и в страшном сне не могла представить, что подготовленные ею купюры на пятьсот лянов серебра были тайком подменены её собственной дочерью. Она была уверена, что щедро отблагодарила старуху, и с легким сердцем ушла к себе.
На следующее утро корабль семьи Чжэнь медленно причалил к берегу.
В глубокую осень третьего года под девизом Юнси семья Чжэнь прибыла в столицу.
Спустя три года Цзяфу снова ступила на столичную землю.
На пристани царила толчея. Столичные управляющие семьи Чжэнь вместе со слугами уже ждали госпожу. Но помимо них на пристани присутствовали и посланцы из дома Вэйго-гуна.
Госпожа Мэн узнала, что Пэй Сючжи лично прибыл на пристань с самого утра, чтобы встретить их. Радуясь в душе, она взяла дочь за руку и, почувствовав, что ладонь девушки слегка холодна, ласково шепнула:
— Не бойся, А-Фу. Я обо всем позаботилась. Всё пройдет гладко, тебе остается лишь спокойно ждать свадьбы.
На пристани бурлила толпа. Увидев причаливший огромный корабль, на палубе которого снуют нарядные служанки и хлопочут пожилые наставницы, прохожие останавливались посмотреть на прибытие знатного семейства.
Госпожа Мэн взяла из рук мамушки Лю вуаль из фиолетового шелка и накинула её на голову дочери. Ткань ниспадала до самых плеч, скрывая лицо Цзяфу. В сопровождении матери и брата Чжэнь Яотина девушка вышла из каюты. Сквозь колышущуюся на ветру вуаль она сразу увидела на берегу статного юношу на породистом коне. На нем был роскошный парчовый халат, а волосы скрепляла золотая шпилька-цзи. На фоне серых одежд простолюдинов и носильщиков он выглядел ослепительно и богато.
Юноша с нетерпением вглядывался в сходивших с корабля людей и, заметив Цзяфу, мгновенно соскочил с седла и устремился навстречу.
Пэй Сючжи быстро взбежал по трапу, поклонился госпоже Мэн и радостно произнес:
— Я высчитывал дни вашего прибытия и каждый день приходил на пристань! Наконец-то вы приплыли! Как прошло путешествие?
Госпожа Мэн видела его два года назад, когда тот вместе с Третьим братом Пэй Сючжо приезжал в Цюаньчжоу и останавливался в их доме.
— Благодаря вашей заботе, Второй молодой господин, всё прошло благополучно, — ответила госпожа Мэн с улыбкой.
Чжэнь Яотин окликнул его «Вторым братом», а слуги во главе с Чжан Да поклонились ему. Пэй Сючжи кивнул им и перевел взгляд на Цзяфу.
Когда он видел её в прошлый раз, ей было всего четырнадцать, но она уже поражала красотой. А только что, когда порыв ветра приподнял вуаль, перед ним на мгновение мелькнул образ настолько пленительный и неземной, что у него перехватило дыхание.
— Сестрица, — тихо и нежно позвал он.
Цзяфу лишь слегка склонила голову в холодном поклоне и прошла мимо него, окруженная служанками, прямо к ожидавшему экипажу.
Пэй Сючжи неотрывно смотрел ей вслед, пока она не скрылась в повозке. Лишь тогда он опомнился, помог госпоже Мэн сесть в экипаж и, возглавив процессию на коне, разгонял прохожих, провожая семью Чжэнь до самого дома.
Усадьба семьи Чжэнь располагалась в западной части столицы, всего в двух улицах от резиденции Вэйго-гуна. Раньше этот дом принадлежал столичному чиновнику, но тот получил новое назначение и из-за нужды в деньгах продал усадьбу. Чжэнь купили её для проведения свадьбы, и слуги за несколько месяцев вычистили её до блеска.
Прибыв на место, госпожа Мэн с детьми переоделась, взяла припасенные подарки и на экипаже отправилась в дом Вэйго-гуна нанести визит вежливости.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
