Она отпустила его подбородок и снова повернулась, чтобы взглянуть на разломанную медную монету на платке. Му Ваньяо никогда не видела ничего подобного; не веря своим глазам, она протянула руку, желая проверить, настоящая ли это монета.
Янь Шишэн в порыве беспокойства перехватил её вытянутые тонкие пальцы.
Му Ваньяо замерла, когда он сжал её руку.
— Нянцзы, она грязная, не трогайте! — воскликнул Янь Шишэн.
Только в этот миг Му Ваньяо вспомнила, что эта вещь побывала у него во рту… Она с негодованием вырвала руку и сердито ответила:
— Как будто я сама не знаю! Не тебе мне указывать!
Янь Шишэн беспомощно посмотрел на неё.
Взгляд Му Ваньяо заметался, она уклонилась от его взора и, опустив голову, потерла пальцы там, где он их коснулся.
Прошло ещё пятнадцать минут; все попробовали подержать чай во рту и убедились, что он действительно способен раздробить медь. Все были поражены этим дивом.
— Это чай Байню, который производят в наших краях, — заговорил Янь Шишэн. — Люди не придают ему значения, чайные кусты просто растут среди диких полей, и никто за ними не ухаживает. Мне это кажется досадным. В мире немало хороших сортов, но лишь этот способен крошить монеты.
Му Ваньяо закивала:
— Ты очень внимателен. Если отвезти этот чай в Чанъань, знатным особам он непременно придётся по вкусу.
— Это всего лишь подарок для нянцзы, — ответил Янь Шишэн.
Му Ваньяо мгновенно прикинула, какую политическую выгоду она сможет извлечь, если этот чай окажется в её руках. Она не знала, понимает ли это Янь-эр-лан… но какая разница? Она в любом случае собиралась завладеть этим чаем.
Пока в уме Му Ваньяо зрел план, как присвоить чай себе, внешне она отвечала на его взгляд, и её глаза светились нежностью.
Её щеки слегка порозовели, и она тихо спросила:
— Я поняла. Благодарю. Есть ли у тебя какая-нибудь просьба?
— По правде говоря, есть одно дело, — признался Янь Шишэн.
Лицо Му Ваньяо вмиг омрачилось.
Она почувствовала недовольство и с натянутой улыбкой произнесла:
— Как же так? Едва успел подарить немного чая, как уже просишь выгоду взамен? Не боишься, что из-за своей корыстности станешь мне противен?
— Я лишь хотел спросить нянцзы, что это за карты, в которые вы играете. Я никогда прежде таких не видел, и мне стало любопытно, — ответил Янь Шишэн.
Му Ваньяо долго смотрела ему в глаза, а затем снова улыбнулась.
Она мягко промолвила:
— Эти карты называются «Юсянхэ», такие можно найти лишь в императорском дворце в Чанъани. Наложницам и принцессам нечем заняться, вот они и просиживают целые дни за игрой в «Юсянхэ».
Взгляд Янь Шишэна дрогнул: дворец, наложницы, принцессы… Кажется, он начал догадываться, кто такая эта Му-нянцзы.
Му Ваньяо ещё ласковее добавила:
— А-лан, подойди-ка. Я не только подарю тебе эту колоду, но и научу, как в неё играть.
— Сяошэню1 нужно учиться, игры в карты ни к чему, — возразил Янь Шишэн.
Он приходил лишь для того, чтобы разведать, кто такая Му Ваньяо, и теперь, когда цель была достигнута, Янь Шишэн не собирался задерживаться.
Му Ваньяо игриво взглянула на него:
— А я вот непременно желаю тебя научить. Садись! Будешь играть со мной!
Наблюдавшая за всем со стороны Янь Сяочжоу видела, как Му-нянцзы утащила её второго старшего брата за бамбуковую занавеску. Это очень напоминало сцену «злодейка силой уводит мужа».
Му Ваньяо заставила Янь Шишэна сесть. Он несколько раз пытался отказаться, и тогда Му Ваньяо со вздохом произнесла:
— Что ж, делай как знаешь.
Янь Шишэн поднялся и надел сандалии-цзи, собираясь уходить.
— А-лан… — протянула Му Ваньяо.
Янь Шишэн стоял к ней спиной, его плечи напряглись:
— Нянцзы, не могли бы вы не называть меня так?
Му Ваньяо проигнорировала его просьбу:
— А-лан, ты столько лет учишься, но разве ты не знаешь, что твоё произношение древних звуков неверно? А с неправильным произношением, даже если ты сдашь экзамены в своём округе, на успех в испытании Цзиньши можешь не надеяться. И даже если ты покинешь Линнань, толку от этого будет мало.
Янь Шишэн обернулся и молча посмотрел на неё. Он и впрямь впервые слышал, что у него хромает произношение. Его отец обеспечил ему возможность учиться, и то было удачей, а до древних звуков никому не было дела.
А Му Ваньяо столько дней наблюдала, как он читает, и сказала об этом только сейчас…
Какая вредная!
Вредная Му Ваньяо стояла, прислонившись к косяку, и в её чарующем взгляде сквозило лукавство.
Тогда Янь Шишэн засучил рукава и вернулся:
— В таком случае я проведу весь вечер за картами с нянцзы. Лишь прошу вас обучить меня правильному произношению.
Му Ваньяо решила его помучить:
— Это будет зависеть от того, как ты проявишь себя в игре. Если я проиграю, то, конечно, расстроюсь, но если выиграю — радости тоже будет мало. Так что уж постарайся.
Янь Шишэн с улыбкой сел на место:
— Что ж, посмотрим, удастся ли мне тебя развеселить.
Янь Сяочжоу и служанки Му Ваньяо переглянулись и вышли из комнаты. Им казалось, что они здесь совершенно лишние.
- Сяошэнь (小生, xiǎoshēng) — скромное самоназвание для молодых образованных людей или студентов в старом Китае. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
