Увидев разбойника Хань Шусина, который, связанный стражами, стоял на коленях у ног Янь Шана, чиновники преисполнились ужаса. Неужели их замысел раскрыт, и Янь Шан решил призвать к ответу их всех?
Но как же он сможет со всеми расквитаться!
После полудня небо затянуло тучами. Янь Шан сидел во дворе резиденции губернатора Ичжоу, дожидаясь, пока придут и займут свои места все чиновники.
Пока все пребывали в тревоге, Янь Шан заговорил:
— Почтенные, я нахожусь в Ичжоу уже больше двух месяцев и веду с вами дела не первый день. Вы и сами знаете, что я никогда не доверял вам и относился к вам с подозрением… Недавно на меня вновь напали горные разбойники. Лишь благодаря удаче бэньгуань1 уцелел и не погиб от рук злодеев.
— Я допросил этих разбойников и, в конце концов, узнал, кто на самом деле желает смерти бэньгуань.
Трава во дворе пожелтела, поникнув от нехватки воды.
В душном, неподвижном воздухе люди обливались потом. Они то и дело вытирали лица рукавами, и когда Янь Шан заговорил открыто, пот потек еще сильнее. Чиновники переглядывались, и в их душах промелькнула жестокая мысль: если Второй молодой господин Янь действительно посмеет погубить их всех, то сегодня он и сам найдет здесь свою смерть!
Янь Шан наблюдал за выражением их лиц, чувствуя в душе горечь. Он прекрасно понимал, о чем они думают, но он и впрямь не мог сместить всех сразу. Оставалось лишь выбрать самых закоренелых преступников и договориться с остальными.
Взгляд Янь Шана остановился на лице губернатора Ичжоу, который беспрестанно утирал пот.
Вслед за ним все чиновники посмотрели на губернатора. В чьих-то глазах читалось замешательство, в чьих-то — внезапное озарение, кто-то был в ужасе, а кто-то — в предвкушении.
Тем душным днем Янь Шан и чиновники заключили тайную сделку.
Вся вина была возложена на губернатора Ичжоу. Сколько бы тот ни твердил о своей невиновности, остальные чиновники в один голос встали на сторону Янь Шана, выражая поддержку императорскому чиновнику.
Когда Янь Шан объявил, что направит ко двору прошение о смещении губернатора и заберет его в столицу для суда, чиновники Ичжоу один за другим согласно закивали, наперебой твердя, как нелегко пришлось ланцзюню.
В ответ на эту услугу они начали помогать Янь Шану: заново составляли реестры населения Ичжоу, приказали разбойникам, скрывавшимся в горах, возвращаться в семьи, а также выделили личное серебро, добровольно помогая простому люду обустроиться и перераспределить земли.
Весь Ичжоу ждал, когда из других краев подвезут воду или небо наконец пошлет благодатный дождь, чтобы унять засуху.
В первой декаде девятого месяца Янь Шан окончательно пришел к согласию с чиновниками. Успокоившись, те позволили ему забрать губернатора Ичжоу в столицу для наказания. Они получили обещание Янь Шана: если они позаботятся о народе, он не допустит серьезных перестановок в их должностях…
Именно в это время Янь Шан получил письмо из Чанъаня. Двор прислал другого чиновника сменить его в Шу и дождаться дождей; принцесса Даньян же была тяжело больна. Письмо от людей из поместья принцессы шло целых полмесяца. Сердце Янь Шана горело от тревоги: он не знал, до какой степени Му Ваньяо занедужила, раз дошло до того, что ему прислали весть.
Спешно передав дела и оставив чиновников конвоировать губернатора Ичжоу в Чанъань, Янь Шан мчался впереди всех, во весь опор торопясь в столицу.
Не прошло и десяти дней после его отъезда из Шу, как разразился ливень, и засуха наконец прекратилась.
А еще через пять дней в Шу объявились свирепые налетчики — настоящие горные разбойники спустились вниз, чиня расправу над мирными жителями. Те люди, что только недавно вернулись к мирной жизни, оказались на волосок от гибели: они пережили засуху, но не смогли пережить набег мародеров.
Власти Ичжоу сочли это происшествие случайностью. Поскольку новый губернатор еще не был назначен, чиновники действовали вразнобой, небрежно пытаясь подавить мятеж, но так и не добились успеха.
В конце девятого месяца Хань Шусин, похоронив всех своих братьев, поднялся в горы, чтобы бросить вызов тем разбойникам.
Позже от них он узнал, кто на самом деле желал смерти тем мирным жителям.
Хань Шусин просидел у могил своих братьев всю ночь, молча осушая чашу за чашей.
На следующий день он разбил кувшин с вином и ушел, не оглядываясь. С мечом в руках он отправился в Чанъань, желая получить ответ от того самого убийцы.
В то же время Янь Шан вернулся в Чанъань. Изнуренный долгой дорогой, он, не успев даже умыться, первым же делом поспешил в поместье принцессы, чтобы узнать о ее здоровье.
Но принцессы не оказалось в поместье.
Служанка пролепетала, запинаясь:
— Болезнь нашей Дянься? Ей… ей уже стало лучше.
Янь Шан стоял посреди двора и молча смотрел на служанку, чьи глаза бегали, не смея встретиться с ним взглядом.
На сердце стало холодно, словно его сковал лед; людские души бывают бесконечно безжалостны.
Осенние кленовые листья кружили над Чанъанем. Стоя под деревом с багряной листвой, Янь Шан внезапно осознал — возможно, она вовсе и не болела.
Всё это было лишь обманом, чтобы заставить его вернуться.
- Бэньгуань (本官, běnguān) — вежливое самообозначение чиновника в общении с подчиненными или равными по статусу. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
