По всему городу разносился похоронный звон. Небо ещё не посветлело, но министры и отпрыски императорского рода уже не могли уснуть.
Той же ночью Лю Вэньцзи пригласил Цзинь-вана в императорский дворец.
Пока Лю Вэньцзи посылал людей за Цзинь-ваном, стремясь ухватиться за этот шанс, он собственноручно задушил императора.
Он сделал это сам, так, что ни боги не ведали, ни демоны не знали1.
Выйдя из императорских покоев, Лю Вэньцзи устроил пожар, свалив вину на покончившего с собой покойного тайцзы. Мертвец, разумеется, оправдаться не мог, и в то, что он решил бороться до последнего, поверили все.
Винить в этом следовало самого покойного тайцзы.
Кто же виноват, что Лю Вэньцзи едва успел передать ему весть о судьбе приближённых Цинь-вана, как тот в следующий же миг решил свести счёты с жизнью? Хотя император и ненавидел тайцзы и Цинь-вана за мятеж, они всё же были его детьми, и он явно не желал убивать собственных сыновей.
К тому же император оставил тайцзы путь к спасению.
Поэтому в эту ночь и тайцзы, и император должны были умереть.
Однако оставались ещё те, от кого нужно было избавиться подчистую. Лю Вэньцзи допрашивал командующего императорской гвардией:
— Ты говоришь, что мой наставник, главный евнух внутреннего дворца, исчез?! И о таком важном деле ты докладываешь только сейчас?
Командующий прекрасно понимал, что делами во дворце теперь заправляет Лю Вэньцзи. Не желая ссориться с этим тайцзянем, он заискивающе улыбнулся:
— Когда всё случилось, повсюду была неразбериха, и Чэн-гунгуна не сразу удалось отыскать. Мы поищем ещё…
Лю Вэньцзи, подавляя тревогу, проговорил ни ласково, ни враждебно:
— Обязательно найдите его!
Он подозревал, что Чэн Ань видел содеянное им и сбежал… Но куда мог податься старый евнух сорока-пятидесяти лет, жизнь которого почти подошла к концу?
К кому он пойдёт за правосудием, если сбежит?
Лю Вэньцзи мрачно произнёс:
— Нужно обыскать не только дворец, но и за его пределами. Чэн Ань вступил в сговор с преступным тайцзы и вместе с ним совершил покушение на Бися, пощады ему быть не может!
Командующий гвардией принял суровый вид.
Лю Вэньцзи хотел добавить ещё пару наставлений, чтобы тот осознал серьёзность происходящего, но тут один из дворцовых евнухов шепнул ему на ухо, что прибыл Цзинь-ван. Лю Вэньцзи развернулся, чтобы встретить более важного гостя.
Стоя под серой пеленой рассветного неба, командующий гвардией почтительно провожал Лю-гунгуна взглядом, но стоило спине Лю Вэньцзи скрыться из виду, как он с презрением сплюнул и выругался:
— Гнилой тайцзянь, вздумал ещё перед лао-цзы гонор показывать!
Помощник командующего, стоявший рядом, спросил:
— Тот Лю-гунгун велел нам искать человека…
Командующий небрежно отмахнулся:
— Поищите для вида, и хватит. Разве это сейчас важно? Скоро на престол взойдёт новый император, и для нас, гвардейцев, важнее всего угодить ему. А Лю Вэньцзи — пустое место.
Остальные были с ним полностью согласны.
—
Когда Лю Вэньцзи поспешил в боковой зал императорских покоев, он увидел, что Цзинь-ван отрешённо смотрит на обгоревшее здание.
Во взгляде Цзинь-вана читалось возбуждение, смешанное с какой-то призрачной тревогой.
Лю Вэньцзи взмахнул метёлкой и с почтительной улыбкой произнёс:
— Ваш слуга уже давно дожидается Бися.
Цзинь-ван растерянно обернулся и замер, глядя, как Лю Вэньцзи и дворцовые евнухи падают перед ним ниц. В смятении чувств он всё ещё думал, что обращение «Бися» относится к его отцу-императору.
И лишь когда Лю Вэньцзи с улыбкой посмотрел на него, Цзинь-ван вздрогнул от испуга и поспешно помог ему подняться:
— Не стоит, не стоит! Лю-гунгун, неужели преступный тайцзы и правда погубил отца-императора? Но ведь отец-император не передавал мне престол.
Он с тревогой огляделся по сторонам и, оттащив Лю Вэньцзи в угол, прошептал:
— Ты ведь сам говорил, что отец-император никогда не рассматривал меня как преемника?
В душе Лю Вэньцзи презирал этого никчёмного человека.
Но вслух он вполне серьёзно возразил:
— Ну и что с того, что нет указа? У Бися было всего трое принцев. Преступный тайцзы понёс кару, Цинь-ван за мятеж лишён титулов и изгнан — остались только вы, Дянься. Разве есть другой выбор?
— Даже когда завтра наступит утро и на утреннем приёме вы объявите о своём вступлении на престол, никто из министров не посмеет чинить вам препятствия.
Цзинь-ван всё ещё колебался.
Лю Вэньцзи высоко поднял голову и громко произнёс:
— К тому же ваш слуга поддержит вас!
— Я пригласил вас во дворец заранее именно для того, чтобы обсудить восшествие на престол и помочь Дянься совладать с этими упрямыми министрами. С моей помощью вы можете быть спокойны.
— Неужели вы никогда не желали занять место Тянь-цзы? — с нажимом добавил Лю Вэньцзи.
Цзинь-ван замер.
А затем медленно произнёс:
— Гу… желает этого.
- Ни боги не ведали, ни демоны не знали (神不知鬼不觉, shén bù zhī guǐ bù jué) — китайская идиома, означающая совершение какого-либо действия в строжайшей тайне, так, что никто об этом не догадывается. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
