Стоя на коленях подле Шэнь Сихэ, Шэнь Иньчо чувствовала, как её лицо всё сильнее горит от боли. Она осторожно взглянула на Шэнь Сихэ и увидела, что та держит спину прямо, лицо её бесстрастно, а облик исполнен строгости.
— Ой-ой-ой, цзюньчжу, земля холодная, прошу вас, поднимитесь. Зайдите во дворец и поговорите с Бися, Бися призывает вас, — подбежал Лю Санчжи. Его тоже приводило в замешательство поведение Шэнь Сихэ.
Однако Шэнь Сихэ продолжала стоять на коленях:
— Прошу Лю-шицзяня передать: Чжаонин привела младшую мэймэй, дабы повиниться. Чжаонин видела, как принцесса Аньлин избивала и оскорбляла её младшую мэймэй, и в порыве гнева подняла руку на принцессу.
Только тогда Лю Санчжи посмотрел на стоявшую рядом Шэнь Иньчо и невольно охнул. Половина лица Шэнь Иньчо распухла, проступил багрово-синий отек с отпечатками пяти пальцев. Какой же силы должен был быть удар! Прежде изящное и миловидное лицо теперь выглядело пугающе. Понимая, что дело нешуточное, он поспешил доложить императору Юнину. Как только император Юнин вышел, принцесса Аньлин бросилась к нему, упала на колени и зарыдала:
— Бися, вы должны рассудить нас! Чжаонин забыла о чинах и приличиях, она посмела ударить меня по лицу! Она не выказывает почтения государю и ведет себя совершенно необузданно!
Император Юнин посмотрел на плачущую дочь, чье лицо было подобно цветку груши под дождем 1, на нем тоже виднелись красные отметины. Однако в сравнении с Шэнь Иньчо они казались пустяком — след от пощечины на лице Шэнь Иньчо внушал ужас. Даже будучи принцессой, нельзя было так жестоко избивать дочь высокопоставленного чиновника, тем более что Шэнь Иньчо приходилась ей двоюродной мэймэй.
Какими бы ни были отношения между Шэнь Сихэ и Шэнь Иньчо, обе они носили фамилию Шэнь, и эта пощечина стала ударом по достоинству всего рода Шэнь.
— Это ты первая ударила Хуайян или Чжаонин первая ударила тебя? — суровым голосом спросил император Юнин.
Всхлипы принцессы Аньлин на мгновение затихли:
— У нас с Хуайян возникло небольшое размолвье, я не сдержалась и дала ей пощечину. Я принцесса, и если я ударила её, она должна была снести это безропотно. А Чжаонин из-за этого ударила меня, она ни во что не ставит Бися!
В обычных обстоятельствах, если бы принцесса Аньлин ограничилась лишь одной пощечиной, это действительно не сочли бы за великое прегрешение — обычная ссора между сестрами. Однако Шэнь Иньчо явилась с таким лицом, что император Юнин не мог просто замять дело, назвав это сестринской размолвкой, или обвинить Шэнь Сихэ в излишней суровости.
— Посмотри сама на лицо Хуайян! — император Юнин указал на Шэнь Иньчо.
Принцесса Аньлин перевела взгляд на Шэнь Иньчо и сама вздрогнула от испуга:
— Бися, это не я… я ударила её совсем легонько… — Тут она, кажется, что-то поняла и указала на Шэнь Сихэ: — Это Чжаонин! Это Чжаонин подставила меня!
— Как она могла тебя подставить? — На лице Шэнь Иньчо был виден лишь один отпечаток ладони. Какой бы искусной ни была Шэнь Сихэ, разве могла она нанести несколько ударов точно в одно и то же место?
Разумеется, это было невозможно. Шэнь Сихэ действительно ударила Шэнь Иньчо по лицу, но это было не более чем легкое касание — она лишь хотела нанести на её кожу особый ароматный порошок. Этот порошок раздражал кожу, делая поврежденное место более уязвимым, отчего след от пощечины принцессы Аньлин проступил гораздо отчетливее.
Принцесса Аньлин не нашла что ответить. На самом деле они всё время преследовали Шэнь Сихэ. Когда та за углом ударила Шэнь Иньчо, это заняло лишь миг. Когда же они догнали их, то увидели, как Шэнь Сихэ, крепко держа Шэнь Иньчо за руку, направляется прямиком сюда. По логике вещей, у Шэнь Сихэ не было возможности усугубить травму Шэнь Иньчо, да еще и так точно наложить один след на другой.
Принцесса Аньлин что-то невнятно лепетала, а император Юнин смотрел на Шэнь Сихэ, которая стояла с прямой спиной. С виду она просила прощения, но на деле это была угроза. Если бы он не рассудил их по справедливости, Шэнь Сихэ, под предлогом искупления вины за удар принцессе, осталась бы стоять здесь на коленях вместе с Шэнь Иньчо. Если бы это увидели придворные чиновники и иноземные послы, позор пал бы на всю императорскую семью.
— Будучи принцессой, ты должна служить примером для всех знатных дам и строго следить за собой. Ты проявила отсутствие добродетели и выдержки: из-за пустячной ссоры так жестоко обошлась с мэймэй. Я приказываю тебе переписать «Нюйсюнь» сто раз и принести извинения Хуайян. Ты согласна с моим решением?
— Бися, я… — слезы покатились из глаз принцессы Аньлин. Ведь это она чувствовала себя несправедливо обиженной.
Да, она первая ударила Шэнь Иньчо, но ведь и Шэнь Сихэ ответила ей пощечиной, и удар был по-настоящему крепким! А теперь она еще и должна извиняться перед Шэнь Иньчо!
— Ты недовольна? — спросил император Юнин.
— Я повинуюсь указу, — всхлипывая, произнесла принцесса Аньлин.
Император Юнин потратил еще некоторое время на то, чтобы успокоить Шэнь Иньчо и Шэнь Сихэ, и лишь после этого отпустил их.
— Бися, в ранах сяньчжу есть нечто странное, — когда все ушли, Лю Санчжи подал императору Юнину чай.
Такой след от ладони мог оставить лишь мужчина, обладающий большой силой, принцесса Аньлин не могла ударить так крепко.
— Странное? А сможет ли императорский врач обнаружить это? — спросил император Юнин. — Чжаонин посмела привести человека и встать на колени перед Дворцом Минчжэн именно потому, что была уверена в своей правоте.
Позже император Юнин действительно велел врачу осмотреть раны Шэнь Иньчо — якобы для лечения, а на деле ради проверки, но тот не обнаружил ничего необычного. Что касается остатков ароматических веществ на лице, врач не придал им значения: для молодых девушек использование ароматного порошка — дело привычное. Ароматов существовало великое множество, и он лишь почувствовал благоухание, но не смог определить, что это за состав и в каких пропорциях смешаны компоненты.
Император и сам хотел бы защитить свою дочь, но разве это было в его власти? Ни Аньлин, ни Янлин не могли тягаться с Чжаонин — в любом столкновении с ней они неизменно оказывались в проигрыше.
— Бися, принцесса Чанлинь… — осторожно напомнил Лю Санчжи.
— То, что случилось с Чанлинь, не дело рук Чжаонин, — в этом император Юнин был уверен.
В тот раз Шэнь Сихэ впервые оказалась на охотничьих угодьях, там не было никого из её людей, она не смогла бы провернуть всё так безупречно. К тому же перед самым происшествием у тайцзы случился приступ, и он харкал кровью. Если бы он знал обо всем заранее, он мог бы притвориться. Однако состояние его пульса тогда проверяли три императорских врача, и никакой подмены не было. Если бы тайцзы действительно предвидел это, то он бы не притворялся больным, ожидая наказания для Чанлинь, а заранее предостерег бы Чжаонин, чтобы та избежала беды.
Тайцзы, который более всего подходил на роль защитника Шэнь Сихэ, также оказался вне подозрений, и император Юнин никак не мог взять в толк — кто же еще это мог быть? Разве что Чанлинь действительно что-то напугало, раз она совершила столь необъяснимый поступок. Смерть Чанлинь была слишком загадочной, к тому же появление гигантского змея на охотничьих угодьях заставляло императора Юнина относиться к этому месту с суеверным страхом.
— Благодарю вас, цзецзе, — Шэнь Иньчо и Шэнь Сихэ вышли из дворца, и младшая поклонилась в знак признательности.
Шэнь Сихэ взглядом указала Чжэньчжу на повозку, та достала коробочку с мазью и передала её Тань-ши. Шэнь Сихэ произнесла:
— Забери это. Смазывай лицо в течение двух дней, и отек сойдет, это не отразится на твоей красоте.
Сказав это, Шэнь Сихэ поднялась в повозку:
— Тебе не за что меня благодарить. Всё дело лишь в том, что ты носишь фамилию Шэнь.
Никто не смел в её присутствии раз за разом оскорблять членов семьи Шэнь. Это унижение касалось не одной Шэнь Иньчо, а достоинства всего её рода, и Шэнь Сихэ ни за что не стала бы этого терпеть. Одна пощечина от принцессы Аньлин — это еще можно было снести, раз та принцесса, а Шэнь Иньчо сама не умеет давать отпор. Но раз она вознамерилась ударить снова, ей следовало сперва спросить позволения у Шэнь Сихэ!
- Подобно цветку груши под дождем (梨花带雨, líhuā dàiyǔ) — образный способ описать лицо прекрасной плачущей женщины. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
