— Правильно, объединим усилия, — повторила Ли Яньянь.
Кончики пальцев Шэнь Сихэ, сжимавшие чайную чашу, слегка шевельнулись. Она повернула голову и взглянула на стоящую рядом аромалампу, от которой тянулись тонкие струйки дыма:
— Почему?
— У нас общий враг, — произнесла Ли Яньянь.
Она была принцессой погибшего государства, и именно Бися уничтожил её страну.
Шэнь Сихэ была дочерью вана с другой фамилией. Бися не мог смириться с существованием Северо-Запада, а значит, они уже были врагами.
— Ты ошибаешься, — поправила её Шэнь Сихэ. — Вы с Бися — кровные враги, а не просто противники.
У противников лишь сталкиваются интересы, и им не обязательно бороться до самой смерти. Но кровные враги не могут жить под одним небом.
— Противники или кровные враги — неважно, это один и тот же человек, — Ли Яньянь не заботило это различие.
Шэнь Сихэ слегка улыбнулась:
— Ты не поняла мою мысль. Что до меня и Бися, то пока Бися не нападёт на Северо-Запад, я не совершу убийство императора. Ты же в любом случае жаждешь его жизни. Мы разные по сути, а с теми, чей путь иной, не строят общих планов 1.
Шэнь Сихэ не питала к Ли Яньянь ни антипатии, ни симпатии. Она не переживала ту боль от гибели родины, что выпала на долю Ли Яньянь, и не бралась судить её поступки. Однако ради мести Ли Яньянь объединилась с Сяо Чантаем и даже покрывала его, когда тот грабил могилы и наживался на мертвецах. С этим Шэнь Сихэ никак не могла согласиться — подобное противоречило элементарной человеческой совести.
Если судить по себе, то, попытайся кто-то ради своих целей разрыть могилы её предков или близких, Шэнь Сихэ непременно изрубила бы такого человека на тысячи кусков!
— Хм, — тихо усмехнулась Ли Яньянь, пристально разглядывая Шэнь Сихэ. — Ты напоминаешь мне кое-кого.
Шэнь Сихэ не ответила, она знала, о ком скажет Ли Яньянь.
— Покойная Синь-ванфэй была столь же глупа, — Ли Яньянь говорила о Гу Цинчжи с явным пренебрежением. — Если бы она нанесла удар первой, если бы подготовилась заранее, семья Гу могла и не оказаться в таком положении. Я всегда думала, что подобных ей людей в мире немного…
С этими словами Ли Яньянь странно посмотрела на Шэнь Сихэ:
— Неужели все знатные девушки вашего Тяньчао так по-ханжески высокомерны и закостенелы? Намерения Бися ясны, словно поднятое знамя 2, неужели можно просто сидеть и ждать смерти?
— Какой бы ни была Синь-ванфэй, она уже ушла, и я не стану её судить, — Шэнь Сихэ уклонилась от обсуждения Гу Цинчжи. — А то, какая я, не касается третьей императорской наложницы.
Ли Яньянь представляла убийство императора слишком простым делом. Северо-Запад и император Юнин действительно не могли сосуществовать мирно, но Шэнь Сихэ не собиралась говорить об этом Ли Яньянь — они не были настолько близки.
— Почему бы тебе не выслушать, в чём заключается моя искренность? — Ли Яньянь внимательно изучала Шэнь Сихэ.
Шэнь Сихэ легонько постучала пальцем по чаше и негромко рассмеялась:
— Искренность? Неужели Бися приказал третьему принцу прощупать Дунгун?
Зрачки Ли Яньянь внезапно сузились, она с недоверием уставилась на едва улыбающуюся Шэнь Сихэ.
— Бися пощадил вас, и хотя для этого были причины — ведь ваши преступления не заслуживали смерти, — сейчас Бися подозревает тайцзы-дянься. Третий принц всегда был человеком, держащимся в стороне от мирской суеты, и если он начнёт действовать, это станет самым неожиданным и сокрушительным ударом, — уверенная и спокойная улыбка Шэнь Сихэ словно окутала её сиянием, придавая ей священный и неприкосновенный вид. — В деле Сяо Чантая Бися изначально подозревал тайцзы-дянься, а вы с мужем оказались в это замешаны. Использовать вашу чету — лучший вариант для него.
Подавив эмоции, Ли Яньянь восхищённо улыбнулась:
— Чжаонин-цзюньчжу, вы и вправду та, кто сумел заставить принцессу Янлин умереть бесшумно и бесследно.
Шэнь Сихэ сделала вид, будто не поняла намёка Ли Яньянь, и продолжила:
— Скорее, ты хочешь не союза с нами, а того, чтобы Бися не использовал третьего принца окончательно. Ты уже видела истинное лицо Дунгуна и прекрасно понимаешь, что Дунгун и Бися обречены на вражду.
Дай-ка я угадаю. Ты наверняка использовала будущее вашей семьи и то, как Бися годами притеснял вас, чтобы убедить третьего принца согласиться. Ты предложила ему стать двойным шпионом: на виду помогать Бися следить за тайцзы-дянься, а на деле — присматривать за Бися в интересах тайцзы-дянься.
Видя, что Шэнь Сихэ насквозь её видит, Ли Яньянь перестала притворяться:
— Разве это плохо?
— Плохо, — холодно улыбнулась Шэнь Сихэ. — То, что третья императорская наложница и третий принц могут предложить мне и тайцзы-дянься, мы можем получить и без вас. А то, чего вы просите у нас, могут дать не только мы. Раз так, на каком основании мы будем обсуждать союз?
Шэнь Сихэ не собиралась заключать союз с Ли Яньянь. Та не умела соблюдать правила сотрудничества. Если бы не это, разве Сяо Чантай оказался бы в нынешнем положении? Шэнь Сихэ не хотела однажды повторить его судьбу.
— Ты хочешь, чтобы мы присягнули на верность? — Присягнуть на верность означало оказаться в их подчинении.
Шэнь Сихэ медленно поднялась:
— Третья императорская наложница, ни я, ни тайцзы-дянься не испытываем нужды в людях. И уж тем более мы не боимся лишнего противника. Вспомните, какая участь постигла тех, кто враждовал с нами: от дворца Кан-вана, Чанлин-гунчжу, принцессы Янлин и Ван Шичжуна до твоего прежнего союзника. Советую тебе хорошенько об этом подумать.
Оставив это предупреждение, Шэнь Сихэ направилась к выходу.
Едва она дошла до дверей, Ли Яньянь резко встала:
— Я чувствую, что ты отказываешь мне не из-за этих высокопарных причин. Я хочу услышать правду.
Шэнь Сихэ уже занесла ногу над порогом, но замерла. Она не обернулась:
— Правду? Правда в том, что я тоже чувствую: ты ненавидишь весь род Сяо.
Прежде чем голос затих, Шэнь Сихэ исчезла из виду.
Её слова эхом отдавались в голове Ли Яньянь, а в глубине её глаз проступил почти осязаемый ужас.
Неужели сотрудничество Ли Яньянь с Сяо Чантаем действительно преследовало цель лишь разделаться с Бися?
Сейчас — да. Но наступи тот день, когда Сяо Чантай одержал бы победу, её меч был бы направлен прямо на него. Кроме Сяо Чанчжэня, она, ведомая ненавистью за уничтоженную родину, наверняка хотела истребить всю императорскую семью Сяо.
В нынешнем падении Сяо Чантая на первый взгляд виновата глупость Ли Яньянь, но Шэнь Сихэ склонялась к тому, что Ли Яньянь давно хотела избавиться от Сяо Чантая, который был сослан в императорскую гробницу и ускользал из-под её контроля. Она намеренно допустила этот хаос, чтобы понять, с кем ей выгоднее объединиться теперь.
Сначала сплотиться против императора Юнина, затаиться подле союзника, изучить его досконально, а затем нанести ответный удар в самый отчаянный момент…
— Соблазн женщины-императора, — Шэнь Сихэ легко рассмеялась, сев в повозку.
Если бы Ли Яньянь сделала правильную ставку, затаилась в союзе и нанесла последний смертельный удар, когда остался бы один лишь Сяо Чанчжэнь… Сяо Чанчжэнь благополучно взошёл бы на трон, и, учитывая его страстную любовь к ней, она могла бы, подобно женщине-императору из прошлых династий, стать регентом. А после кончины Сяо Чанчжэня она беспрепятственно взяла бы власть в свои руки, став второй женщиной-императором в истории нынешней династии.
Только так она смогла бы по-настоящему сокрушить императорскую семью Сяо и возродить императорскую власть Ли из Западной Лян.
К несчастью для неё, она встретила Шэнь Сихэ.
На следующий день Сяо Хуаян снова не сдержал слова и тайком пробрался в дом цзюньчжу. Шэнь Сихэ раскрыла ему замыслы Ли Яньянь.
Сяо Хуаян подпёр рукой подбородок, нежно глядя на Шэнь Сихэ:
— На роль женщины-императора подходишь именно ты, Ю-Ю.
Шэнь Сихэ совершенно не боялась задеть его чувства и ответила прямо:
— Слишком утомительно. Я больше хочу стать тайхоу.
- С теми, чей путь иной, не строят общих планов (道不同不相为谋, dào bùtóng bù xiāng wéi móu) — люди с разными убеждениями и жизненными принципами не могут идти одной дорогой. ↩︎
- Ясно, словно поднятое знамя (昭然若揭, zhāorán ruò jiē) — совершенно очевидное, не требующее пояснений положение дел. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
