— Дянься, ну как? — когда Сяо Чанъянь вернулся в уездную управу, советник поспешил ему навстречу.
Сяо Чанъянь развернулся и сел на почётное место, принимая чашку чая, поданную слугой. С мечевидными бровями и глазами, подобными звёздам, он выглядел спокойным и суровым:
— Тайцзыфэй действует точно так же, как тогда, когда в летнем дворце шла наперекор Бися: совершенно открыто и ничего не скрывая.
Шэнь Сихэ нагло и во всеуслышание вознамерилась забрать из его рук ответственность за помощь пострадавшим, и Сяо Чанъянь не понимал её целей. Почти все дороги, ведущие в уезд Вэньдэн, были отрезаны; даже Шэнь Сихэ и её спутники проделали этот путь с огромным трудом, в обход по горным тропам, и большую часть времени шли пешком.
Доставить сюда огромное количество зерна, лекарств и тканей — совершенная несбыточная мечта 1. Тех запасов, что имелись во всём уезде Вэньдэн, не хватило бы жителям и на пять дней. Даже если дождь прекратится завтра и в последующие четыре дня станут расчищать пути, они всё равно не успеют.
Более того, Сяо Чанъянь чувствовал, что этот ливень не утихнет в ближайшее время. Неужели Шэнь Сихэ этого не видит? Она решила забрать этот раскалённый ямс 2 именно сейчас, тем самым давая ему прекрасную возможность вовремя выйти из игры и избежать потерь.
Стоит помнить, что с тех пор как он прибыл сюда, ни один простолюдин не умер от болезней или голода. Теперь же, когда Шэнь Сихэ принимает эти плачевные дела, любая нехватка продовольствия в будущем ляжет тяжким бременем вины исключительно на неё! А он навсегда останется тем, кто совершил подвиг!
— Это… — выслушав подробный рассказ Сяо Чанъяня о случившемся, советник опешил. Он тоже совершенно не понимал мотивов Шэнь Сихэ. — Разве что… тайцзыфэй способна сотворить из пустоты припасы для всего уезда Вэньдэн.
— Сотворить? — Сяо Чанъянь хмыкнул, будто услышал нелепую сказку, и на его лице отразилось крайнее пренебрежение.
Он провёл здесь уже несколько месяцев, и не только уезд Вэньдэн, но и почти весь округ Дэнчжоу находился под его контролем. Если только эта тайцзыфэй не обладает божественным могуществом, она никак не сможет разрешить грядущий кризис.
Советник тоже не верил, что Шэнь Сихэ способна на такое, иначе разве не была бы она тогда оборотнем?
— А как повёл себя Синь-ван-дянься? — сменив тему, спросил советник.
— Пятый брат держался в стороне и за всё время не проронил ни слова, — Сяо Чанъянь на мгновение задумался. — Он не стал мешать тайцзыфэй, и даже тайцзы, как ни странно, помогал ей.
Это ещё больше запутывало Сяо Чанъяня. Он пока не брался судить Сяо Хуаяна, но Сяо Чанцин-то наверняка понимал, к каким последствиям приведёт нынешнее решение взять на себя заботы о пострадавших. И всё же он промолчал.
Неужели у Шэнь Сихэ действительно есть некий сверхъестественный способ? Быть может, она заранее поведала о нём Сяо Хуаяну и Сяо Чанцину, что и привело к такому исходу?
При этой мысли Сяо Чанъянь не смог усидеть на месте. Он отставил чашку, поднялся и приказал:
— Принесите карту.
Ему нужно было внимательно всё изучить и убедиться, не упустил ли он чего-то важного.
Если Шэнь Сихэ действительно сумеет доставить провиант, его вина окажется огромной. Те богатые семьи, из которых он выжимал средства на помощь беднякам, непременно подадут совместное прошение, чтобы осудить его. А те общественные запасы зерна, что он изъял, позже придётся восполнять от имени императорского двора, чтобы утихомирить народный гнев.
Тем самым он поставил бы перед Бися крайне сложную задачу!
Сяо Чанъянь тщательно изучил маршруты всего уезда Вэньдэн и окрестностей. Убедившись, что дорог для массовой перевозки грузов не существует, он облегчённо вздохнул.
— Ступай и распространи сведения о том, сколько в уезде осталось зерна и лекарств. А ещё дай всем знать, что тайцзыфэй была недовольна тем, как я занимал средства у богачей для помощи народу, и из-за этого запретила мне впредь вмешиваться в дела пострадавших, — распорядился Сяо Чанъянь.
Глаза советника вспыхнули:
— Слушаюсь.
Пока Сяо Чанъянь подстрекал народ, чтобы оказать давление на Шэнь Сихэ, доклад Сяо Хуаяна уже переписали на свиток и привязали к лапке почтового голубя. Сейчас в уезде Вэньдэн это был единственный способ передать весть во внешний мир.
Почтовый голубь летел очень быстро и в тот же день доставил послание императору Юнину. Прочитав его, император Юнин даже не изменился в лице. Немного подумав, он созвал нескольких министров.
Шэнь Сихэ просила Бися издать императорский указ и от имени милосердия и справедливости объявить всему миру о сборе зерна, лекарств и тканей для спасения Дэнчжоу. Этот способ пришёлся императору Юнину по душе, ведь государственная казна уже не могла ничего выделить.
В процветании и упадке страны — доля ответственности каждого простого человека.
В мире не переводятся мужи долга и милосердия, и император Юнин не считал, что подобный шаг опозорит императорский двор. В конце концов, власти уже однажды помогли Дэнчжоу и не могли выскрести всё дочиста только ради одного округа.
Император Юнин мог вместе со стотысячными чиновниками подать пример остальным. При таком подходе собрать припасы было нетрудно, сложность заключалась в другом: как доставить их в уезд Вэньдэн?
В письме Сяо Хуаяна не было прямых объяснений, но раз уж он осмелился просить припасы, то, разумеется, не допустит, чтобы они пропали даром.
Император Юнин тоже изучил карту, но так и не смог придумать решения. Оставив в сердце каплю надежды, он пожелал увидеть, на что способна Шэнь Сихэ.
Да, именно на что способна Шэнь Сихэ. Хотя прошение прислал Сяо Хуаян, по тону и смыслу оно совсем не походило на его обычный стиль. Не только император Юнин, но и несколько министров, прочитавших свиток вслед за ним во главе с Цуй Чжэном, почувствовали в этом руку фэй Восточного дворца.
Едва получив власть над гаремом, она тут же поспешила укрепить престиж Восточного дворца и завоевать сердца народа.
У каждого были свои мысли. Шэнь Сихэ и Сяо Хуаян ещё на рассвете покинули усадьбу, и никто не знал, куда они направились. Даже собравшиеся простолюдины, подстрекаемые Сяо Чанъянем и требующие объяснений, получили лишь один ответ: тайцзыфэй и тайцзы-дянься отправились собирать для них зерно.
— Здесь… — Шэнь Сихэ стояла у подножия горы, где вокруг расстилалась равнина. Весь путь они проделали в повозке, всё ещё оставаясь в пределах уезда Вэньдэн. За серой пеленой дождя едва угадывались очертания высоких гор. Две вершины стояли далеко друг от друга, а между ними неслась широкая река. Из-за непрекращающихся ливней воды её бурлили и пенились, оглашая окрестности яростным ревом.
— Да, именно здесь, — кивнул Сяо Хуаян. — Собранные припасы по морю из Сучжоу доставят к границам Дэнчжоу. Дальше плыть по морю нельзя, поэтому суда свернут в протоку и войдут в реку — это самый надёжный путь. Корабли остановятся у подножия горы на том берегу. Та земля не принадлежит Дэнчжоу, там нет проливных дождей, течение реки спокойное, и суда смогут беспрепятственно причалить…
Сяо Хуаян указал на принесённую с собой карту.
Досмотрев, Шэнь Сихэ вновь подняла взгляд на противоположный берег. Корабли никак не могли подойти сюда — слишком неистовым было течение. Но как же передать вещи с того берега, если расстояние так велико?
Заметив сомнение в глазах Шэнь Сихэ, Сяо Хуаян подал знак Тянь Юаню. Тот сделал отмашку, и из леса тут же выбежала группа людей. Они несли деревянные столбы; выбрав подходящие места, люди быстро и глубоко вбили их в землю, после чего надежно закрепили.
Когда они закончили, Сяо Хуаян поднёс к губам костяной свисток. Раздался резкий свист, и огромная тень морского орла прорезала серое небо. Рассекая пелену дождя, птица устремилась к Сяо Хуаяну, широко расправив крылья. В клюве она держала толстый и искусно сделанный железный канат. Морской орёл сбросил его людям, и те продели цепь сквозь массивные столбы, намертво затянув крепления.
Птица улетела обратно и вскоре принесла ещё одну цепь. Один за другим железные канаты натягивались в воздухе, уходя в густой туман и соединяясь с противоположным берегом.
— Зерно и прочие припасы будут плотно обёрнуты масляной тканью и помещены в специальные сетки из железных цепей. С того берега они будут скользить сюда, а затем их доставят в уездный город.
Хотя это требовало усилий, дело пойдёт быстро. Если устроить побольше таких спусков и привлечь крепких простолюдинов вместе с чиновниками из управы для переноски, то даже на самое огромное количество зерна и тканей уйдёт не больше пары дней.
— Сяо Бэйчэнь, ты и впрямь выдающийся талант, — искренне восхитилась Шэнь Сихэ. Она и представить не могла, что он придумает такой способ.
— Нет, просто мне встретилась удивительная птица, — Сяо Хуаян поднял глаза на морского орла, который как раз нес в клюве очередную железную цепь.
Морской орёл, словно почуяв похвалу Сяо Хуаяна, даже качнул своим массивным телом, описывая в воздухе дугу, — точь-в-точь как ребёнок, который пускается в пляс от доброго слова. Глядя на это, Шэнь Сихэ не смогла сдержать смех.
***
- Несбыточная мечта (天方夜谭, tiān fāng yè tán) — образное выражение, означающее нечто совершенно невозможное или абсурдное. ↩︎
- Раскалённый ямс (烫手山芋, tàng шǒu shān yù) — идиома, означающая трудную проблему, от которой хочется поскорее избавиться. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
