Если она уедет как мать, сопровождающая ребёнка на учёбу, это будет значить, что им с Лижэнем снова придётся жить врозь. Раньше он работал в провинции, и супруги уже провели в разлуке несколько лет; теперь же, едва воссоединившись, снова расставаться. Юй Цзя было трудно это принять.
Улыбаясь, Юй Цзя снова подложила Лижэню риса. Передавая пиалу, она сказала:
— Давай всё же сначала поучимся в стране. Если в будущем получится продвинуться выше, уехать никогда не поздно.
Лижэнь мгновенно вспылил, дно пиалы с резким стуком опустилось на стол.
— Нельзя быть такой эгоисткой. Сейчас критический момент, если не мы, то кто? Что такое ещё несколько лет мучений ради счастья ребёнка на всю жизнь? Не можешь вытерпеть? Родители иногда должны идти на жертвы!
У Юй Цзя помутилось в голове. Эгоистка? Она впервые слышала, чтобы Лижэнь называл её эгоисткой. Да, он многим пожертвовал, все эти годы боролся вдали от дома; другие не знали, но она-то всё видела. Стремительный взлёт по карьерной лестнице не даётся даром. Он потерял немало волос, заметно прибавил в талии, сильно постарел и измотал душу. Но разве она не так же?! Занималась ребёнком, тянула дом, ходила на работу, да ещё и ухаживала за стариками. Младшая сестра Лижэня — от первых свиданий до свадьбы и рождения ребёнка — Юй Цзя, как младшая невестка, всё планировала и устраивала от начала до конца, а в период послеродового восстановления целую неделю ухаживала за ней… Как она может считаться эгоисткой? Разве она не заслужила репутацию бескорыстного человека? Если нет великих заслуг, то уж тяжкий труд налицо! Что за мир пошёл?!
Юй Цзя не стала спорить или скандалить, а принялась убирать посуду. Выплеснув гнев, Лижэнь и сам понял, что сболтнул лишнего, и спустя долгое время добавил, пытаясь оправдаться:
— Я имел в виду, что мы оба должны вкладываться. Только после вложений будет отдача.
Юй Цзя посмотрела на него и сказала:
— Ты вкладывался, и я тоже вкладывалась.
Лижэнь встал и ушёл в комнату.
Юй Цзя чувствовала, что муж как будто намеренно её избегает. Дочь в спальне громко читала по-английски. Раньше Юй Цзя это бы порадовало, но сегодня этот «птичий язык» казался ей особенно резким.
Она вдруг почувствовала, что превратилась в ту самую легендарную увядшую домохозяйку. Дочь ею недовольна, муж попрекает; ей не нужно ничего делать — само её существование уже ошибка. Столько лет она была рядом с мужем, а теперь он всеми силами старается её спровадить. Хе-хе, Лижэнь и тот таков, а дочь? У той уже проклёвывается раздражение, рано или поздно она тоже вышвырнет её вон.
Стоя у кухонной раковины, Юй Цзя чувствовала, что на душе у неё вот-вот соберётся дождь. Кран шумел, словно ливень, настоящий шторм. Не стоило позволять Лижэню переезжать в большой город. Если бы тогда… эх… никаких «если бы».
Словно богомол, преграждающий путь повозке — не рассчитываешь свои силы.
Юй Цзя глубоко осознала, что делить богатство так же трудно, как и делить беды, если это стоит на втором плане. Остаётся только постепенно привыкать. Ладно, работа, надо скорее искать работу. Она вытащила телефон, собираясь сама разослать резюме и попытать удачу.
Юй Жуй временно переехала к Шуан-цзецзе. Узнав об этом, Юй Цзя попросила Юй И съездить на машине и помочь с вещами. Жуй, конечно, понимала замысел Цзя-цзецзе — та создавала брату возможности для сближения. Юй И тоже был рад прислуживать, бегая вокруг неё. Юй Жуй пришлось принять это одолжение — за Юй И стояла Юй Цзя, а за Юй Цзя стоял Ди Лижэнь.
Нужно было проявить уважение.
Юй Жуй была с Юй И приветлива и ласкова, словно весенний ветерок, но по-прежнему держала дистанцию. Юй И был её ровесником, но она всегда воспринимала его как младшего брата. Девушки взрослеют раньше, к тому же у неё было гораздо больше жизненного опыта. Юй И для Юй Жуй был почти незаметен, но после встречи с Бай Юанькаем он обрёл значимость — как объект для сравнения. По сравнению с Юанькаем Юй И сильно проигрывал. Эта разница заключалась не в образовании или знаниях, а в осанке и стати.
Мужская стать, натура, харизма. Это очень важно.
Юй Жуй всегда считала, что мужчиной нужно хоть немного восхищаться. Такие парни, как Юй И, только и знают, как быть добрыми к женщине. У него простое мировоззрение, он наивно верит в принцип «платить добром за добро». Но этот закон на женщинах часто не срабатывает, он неприменим. Если ты добр к женщине, значит ли это, что она обязательно будет добра к тебе? Вложения принесут отдачу? Какое великое заблуждение!
Чувства — это не пашня, ведь даже на пашне случаются стихийные бедствия! Из-за этого Юй Жуй даже немного сочувствовала Юй И.
Когда с делами было покончено, Юй И захотел пригласить Юй Жуй на ужин. Обычный приём.
Юй Жуй сказала, что ей нужно побыть с Шуан-цзецзе. Та была в подавленном настроении, совершенно пала духом, и её нельзя было оставлять одну.
Юй И ответил:
— Тогда я спущусь и куплю еды, чтобы не готовить.
От такого радушия трудно было отказаться, и Юй Жуй оставалось только с улыбкой согласиться и отпустить его. Она быстро пересчитала коробки — всё было на месте. Затем она толкнула дверь в комнату Юй Шуан:
— Шуан-цзецзе, скоро поедим.
Юй Шуан лежала на боку лицом к стене, раскинув ноги; на одной ноге был носок, на другой — нет. От неё так и веяло ощущением, что жизнь больше не мила.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
