После душа Юй Мэн и Юй Жуй вместе курили. Юй Мэн была курильщиком с многолетним стажем, а Юй Жуй, вращаясь в актёрской среде, пристрастилась к табаку из-за душевных терзаний и требований ролей.
В полночь Юй Мэн совсем не хотелось спать. Юй Жуй же, напротив, клонило в сон, но из-за лишнего выпитого голова болела так, что уснуть не получалось. Юй Жуй не понимала, почему Мэн Цзе так настаивает на разводе. Конечно, она полагала, что здесь кроются причины, о которых не принято говорить посторонним. Иначе чего ей ещё желать? Живёт в вилле, работать не нужно, сын вырос, у мужа карьера идёт в гору — всё кажется идеальным.
— Все они просто дрянь! — внезапно выругалась Юй Мэн.
При разводе Луань Чэнъюнь выделил ей всего две небольшие квартиры. По его словам, в одной можно жить, а другую сдавать — на жизнь хватит. Поскольку доказательств его измен не было, идти в суд было бесполезно: Луань Чэнъюнь уже давно начал переводить активы. Действовал он тихой сапой — бизнесмены в таких делах мастера. Если бы дело решалось в суде, то она, возможно, не получила бы и этих двух комнатушек. Позиция Луань Чэнъюня была проста: ты, Юй Мэн, не внесла никакого вклада в приумножение семейного капитала, а значит, можешь претендовать только на часть исходного имущества.
Тьфу! Юй Мэн кипела от злости. Не внесла вклада? Рождение двоих сыновей — это не вклад? Столько лет заботы о детях и доме — не вклад? Даже если она была просто «вазой» для украшения его жизни — это всё равно вклад! Как он смеет говорить, что вклада нет!
Ей не хотелось с ним спорить, поэтому она решила всё разом: развод так развод.
И вот она уже начала собирать вещи.
— Ты хорошо всё обдумала? — вставила слово Юй Жуй, которой было немного жаль сестру.
— Он поднял на меня руку, — сказала Юй Мэн. Разумеется, были и другие грязные, отвратительные дела, но о них она не хотела рассказывать Юй Жуй.
Юй Жуй промолчала.
— Сколько человеку отмерено прожить? — спросила Юй Мэн, выпуская кольцо дыма.
— М-м?
— Сто лет? Это если здоровье крепкое, — Юй Мэн стряхнула пепел. — Обычно лет восемьдесят, не больше, а дальше уже особо ничего и не сделаешь. — Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Если считать до восьмидесяти, то половину я уже прожила, осталась вторая половина. — Она горько усмехнулась. — Но почему такое чувство, будто я ещё ничего и не сделала? — Она развела руками.
Юй Жуй пошутила:
— Как это не сделала? Социальные задачи все выполнены.
— Да, общество требует от женщины выйти замуж, родить детей, состоять в браке — всё это я прошла, — сказала Юй Мэн. — Мы с обществом квиты. Сейчас я просто чувствую, что у меня ещё есть силы, я ещё могу чего-то добиться. — Однако вторую часть мысли она приберегла при себе. Её стремление «добиться» заключалось лишь в том, чтобы найти новую любовь и попутно обрести богатство.
Она верила, что сможет найти мужчину лучше, успешнее и любящего её сильнее, чем Луань Чэнъюнь.
В комнате раздался какой-то вскрик. Обе замерли и переглянулись. Снова вскрик. Теперь они расслышали отчётливо: Юй Шуан разговаривала во сне.
Юй Жуй, скривив губы, шепнула Юй Мэн:
— Прямо съёмки боевика про кунг-фу.
— А у тебя что за кино? — спросила Юй Мэн.
— У меня? — Юй Жуй указала на себя. — Пожалуй, драма.
— Скорее любовный роман, — заметила Юй Мэн.
— Это у тебя любовный роман.
— Нет-нет, у меня любовный триллер, — рассмеялась Юй Мэн. Юй Жуй засмеялась вслед за ней.
Сначала казалось, что это просто разговоры, но Бай Юанькай действительно принял личную жизнь Юй Шуан близко к сердцу. Он начал знакомить её с кандидатами один за другим. Двоих она отвергла после встречи, а с ещё троими Юй Шуан даже не виделась. Юй Мэн была недовольна таким наплевательским отношением.
— Шуан, так нельзя. Сяо Бай предлагает отличные варианты, если тебе не нужны — отдай Юй Жуй, не разбрасывайся таким добром!
Юй Шуан ответила:
— Какое там добро, сплошные кривые дыни да треснувшие финики.
Юй Мэн не отступала:
— Хватит мутить воду. Какие у тебя требования? Пиши по пунктам.
Она протянула ручку, и Юй Шуан действительно начала писать.
Пункт первый: рост не ниже метра восьмидесяти, в скобках — минимум метр семьдесят девять. Никаких уступок. Пункт второй: внешность на семьдесят пять баллов; может быть чуть хуже, чем Чжун Ханьлян, но точно не хуже Чжан Цзе. Юй Мэн не поняла, о ком речь:
— Это который Чжан Цзе? — Она подумала, что это кто-то из знакомых.
— Певец, — ответила Юй Шуан. У неё была ностальгическая привязанность к участникам шоу «Happy Boy».
Юй Мэн осенило:
— А, видела, видела. — Она нашла фото в телефоне.
Юй Шуан взглянула и не знала, смеяться ей или плакать:
— Сестра, это же Ян Ди!
Пункт третий: чтобы было о чём поговорить. Юй Мэн считала этот пункт ловушкой. Что значит «есть о чём поговорить»? Ей представляли и педагогов, и айтишников, и рекламщиков. Но Юй Шуан со всеми было «не о чем говорить», и в итоге она вешала на них ярлык болтунов. Юй Мэн спросила: так тебе нужен тот, кто много говорит, или тот, кто мало?
Юй Шуан выдала:
— Говорить нужно тогда, когда это уместно, и молчать, когда не нужно. — И добавила: — В нескладной беседе и полслова лишние.
Трудная задача. Серьёзно трудная. И Мэн, и Жуй считали, что для такой «зрелой юницы» с мужской энергетикой, как Шуан, подходящий мужчина — это вымирающий вид.
Узнав об этом, Юй Цзя тоже начала проводить с Юй Шуан воспитательную работу:
— Нужно выделять главное противоречие, зрить в корень, смотреть на характер и оценивать человека в развитии. — Теперь в её манере выражаться чувствовался стиль женщины-политика.
С кем поведёшься, от того и наберёшься.
Впрочем, она имела право так говорить: в вопросах брака Юй Цзя всегда считалась «крупным инвестором». Купила перспективную акцию и получила огромную прибыль. Но, как резюмировала Юй Мэн, успех старшей сестры Цзя невозможно повторить.
Всё это судьба.
К счастью, Юй Шуан была везучей. Спустя некоторое время Бай Юанькай действительно нашёл подходящего кандидата. Собой хорош — похуже Чжун Ханьляна, но точно превосходит Чжан Цзе (так считала Юй Мэн). Магистр, полученный в Китае, докторская степень из-за границы; они с Юань Каем вместе снимали жильё в Америке. Занимается исследованиями в сельском хозяйстве.
Специализация — каштаны*.
— Примеры? — не поняла Юй Шуан. — Какие ещё примеры, он тоже педагог?
***
* В китайском языке слова «каштан» (lìzi) и «пример» (lìzi) звучат одинаково.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
