Ма Шаньшань взглянула на неё и сказала:
— Лучше выпей горячего.
Воспоминания внезапно нахлынули, Лян Чэнь опустила голову, сделала глоток тёплой воды и замолчала.
Лян Чэнь вспомнила, как на первом курсе девочки из их комнаты пошли гулять по магазинам. Стояло лето, она выпила холодный напиток, и вскоре после этого у неё началась менструация; она мучилась от боли, испытывая невыносимые страдания прямо на улице. Тогда именно Ма Шаньшань всю дорогу несла её на спине до самого такси, а потом на спине же внесла от дверей больницы в процедурный кабинет.
С тех пор каждый раз, когда Лян Чэнь хотела выпить что-то холодное, Ма Шаньшань по привычке говорила:
— Лучше выпей горячего.
Когда вино прошло три круга, настало время всем расходиться по домам.
Все выпили, так что кто-то вызывал личного водителя, а кто-то искал службу трезвых водителей. Лян Чэнь как раз прикидывала, кому из друзей по пути, чтобы подсесть в машину, когда внезапно позвонил Лу Цзин.
Лян Чэнь вышла из кабинета и ответила на звонок:
— Алло, что случилось?
— Ты пила? — спросил Лу Цзин.
Лян Чэнь ответила:
— Немного, у друга день рождения.
— У Дин Цзяюня?
— Откуда ты знаешь?
Лу Цзин не ответил, а сразу сказал:
— Я приеду за тобой.
— А?
— Я уже почти на месте.
— Что? — Лян Чэнь вмиг протрезвела. — Откуда ты знаешь, где я?
— Юйтоу сказал.
— О… — Лян Чэнь заглянула в кабинет; Сунь Биньюй, откинувшись на спинку стула, лукаво улыбался ей.
— Тогда приезжай. Как будешь на месте, позвони мне.
— Хорошо.
Лян Чэнь вернулась в кабинет, чинно села и тихо произнесла:
— Ну и любишь же ты совать нос в чужие дела.
Сунь Биньюй, подперев голову локтем, в полузабытьи пробормотал:
— Тот человек прислал тебе сообщения в Вичате, ты не ответила, вот он и пришёл расспрашивать меня, а я же остался виноват.
Лян Чэнь тут же открыла телефон. Действительно, Лу Цзин прислал ей несколько сообщений, но они затерялись под другими уведомлениями.
Дашень: Ты что делаешь?
Дашень: Ты где?
Дашень: Я приехал вернуть машину.
Дашень: ?
Дашень: Где человек?
Дашень: Тебе не нужна машина?
Дашень: Я тебе больше не нужен?
Дашень: …886
Лян Чэнь не удержалась и прыснула от смеха.
Сунь Биньюй, глядя на неё, нашёл это забавным:
— Человек так беспокоился, а ты ещё и винишь меня в излишней суетливости, мне даже обидно стало.
Лян Чэнь не обратила на него внимания, провела пальцем по окну чата с Лу Цзином и закрепила его сверху.
Так она больше ничего не пропустит.
В этот момент Сунь Биньюй поправил одежду и сказал:
— Лао Дин, подбрось меня, нам же по пути.
Дин Цзяюнь посмотрел на Лян Чэнь:
— А ты как вернёшься? Может, отвезти всех вместе?
— Эй, ты чего! Я же тебя спрашиваю! — возмутился Сунь Биньюй. — Я для тебя пустое место, что ли?
Дин Цзяюнь с улыбкой ответил:
— Тебя я точно отвезу, чего ты кипятишься.
— А что это! — внезапно вмешалась Сяо Гуань. — Юйтоу, поедем вечером на моей машине, я вызвала водителя, но я же девушка, мне как-то боязно, поехали со мной.
— Тебе тоже бывает страшно? — Сунь Биньюй с полным пренебрежением посмотрел на Сяо Гуань. — Это водителю стоит тебя бояться.
Сяо Гуань: «…»
Никчёмное существо, не видящее обстановки.
Лян Чэнь с улыбкой сказала Дин Цзяюню:
— Спасибо, но за мной приедет друг.
Дин Цзяюнь сохранил вежливую улыбку и произнёс:
— Ну хорошо, как доберёшься до дома, дай знать.
Лян Чэнь тихо отозвалась: «Мм», — и замолчала.
Дин Цзяюнь снова пригубил вина. Все видели, что настроение у него испортилось, но не знали, как поступить — в такой момент любые слова звучали бы неловко.
— Так ты отвезёшь меня или нет! — Сунь Биньюй с обидой вклинился в эту натянутую атмосферу. — В прошлый раз, когда ты набрался, именно мне пришлось присматривать за тобой всю ночь! Нас чуть папарацци не засняли, нужна ли ещё человеку репутация!
Только тогда Дин Цзяюнь с улыбкой сказал:
— Отвезу! Отвезу! Хочешь, я тебя до самой комнаты провожу?
— Ну, в этом нет нужды, — Сунь Биньюй притворно заупрямился. — В мою комнату я мужчин ещё не пускал.
Благодаря вмешательству Сунь Биньюя атмосфера заметно разрядилась, и все начали собираться домой.
Когда приехал Лу Цзин, Дин Цзяюнь предложил проводить Лян Чэнь вниз. Он взглянул на Ма Шаньшань, которая была слегка навеселе, и сказал:
— Юйтоу, проводи Ма Шаньшань.
— Будет сделано! — Сунь Биньюй тут же радостно посеменил вслед за Ма Шаньшань.
Как только Лян Чэнь и Дин Цзяюнь спустились, они сразу увидели ту самую машину. Окно опустилось, и юноша, сидевший внутри, пристально смотрел на них.
Дин Цзяюнь сразу всё понял: это был тот самый человек, которого он встретил в прошлый раз дома у Сунь Биньюя.
— Твой друг?
Лян Чэнь ответила: «Мм».
Дин Цзяюнь не стал спрашивать, почему он за рулём её машины. Увидев взгляд Лян Чэнь, он и так почти всё понял.
Несмотря на невыразимое разочарование в сердце, Дин Цзяюнь вежливо проводил Лян Чэнь до машины:
— Осторожнее в дороге, напиши, когда будешь дома.
Увидев, что они подошли, Лу Цзин вышел из машины и открыл дверцу переднего сиденья.
— Почему так сильно пахнет алкоголем? Перебрала? — Он схватил Лян Чэнь за руку и усадил в машину.
Лян Чэнь не успела опомниться и даже не успела поблагодарить Дин Цзяюня, как Лу Цзин уже усадил её внутрь.
Дин Цзяюнь остался снаружи. Он тяжело вздохнул и быстрым шагом вернулся в клуб.
Лян Чэнь сидела в машине с затуманенным взглядом и, глядя на Лу Цзина, проговорила:
— Я не перебрала, просто я плохо переношу алкоголь.
— Плохо переносишь алкоголь, а всё равно пьёшь? — Лу Цзин только застегнул ремень безопасности, но, взглянув на Лян Чэнь, снова отстегнул его. — Тебе сейчас плохо?
Лян Чэнь улыбнулась:
— Нет, не плохо.
Лу Цзин наклонился, чтобы пристегнуть её ремень.
Из-за такой близости Лян Чэнь почувствовала себя не в своей тарелке, она непроизвольно сжала кулаки, затаив дыхание.
Пристегнув ремень, Лу Цзин поднял голову и встретился с её напряжённым взглядом.
— Что с тобой?
— Ничего… — Лян Чэнь опустила глаза; её ресницы, длинные и густые, были отчётливо видны. Она хотела что-то сказать, её губы шевельнулись, но в итоге она не произнесла ни слова.
Лу Цзин замер в этой позе, его подбородок был почти у её щеки, и Лян Чэнь чувствовала на коже его дыхание.
Время тянулось невероятно медленно, каждая секунда словно разделилась надвое.
Тело Лян Чэнь в окутанном тёплом салоне постепенно оцепенело, она дышала осторожно, боясь нарушить установившуюся атмосферу.
В машине играла музыка, лёгкий ритм которой отдавался в её сердце: тук-тук-тук.
Она прикрыла веки, ресницы мелко подрагивали, она неловко пошевелилась.
У Лу Цзина запершило в горле.
Они были так близко, что следующий шаг стал бы уже дерзостью.
— Не губи меня.
Лян Чэнь открыла глаза:
— А?
Опьянена была Лян Чэнь, но взор, затуманенный опьянением, явно принадлежал юноше перед ней. Он сказал:
— В последнее время строго проверяют на вождение в нетрезвом виде, не губи меня.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
