Этот возглас «де» застал Лян Чэнь врасплох; она висела на Лу Цзине, точно коала, а её полуоткрытый рот ничем не отличался от рта коалы, жующей листья.
К счастью, оцепенение продлилось лишь мгновение; она тут же спрыгнула на пол и принялась быстро поправлять одежду.
— А… это… здравствуйте, шушу, — Лян Чэнь сжала подол одежды и неловко отступила на шаг.
Лу Баба потер лоб и с глубоким сожалением произнёс:
— Только что был де, а теперь уже шушу.
Лян Чэнь: «…?»
Судя по его виду, он и вправду был очень задет.
Может, всё-таки ещё раз назвать его де?
Нет-нет, это будет выглядеть слишком навязчиво.
Называть кого-то «де» при первой же встрече — Лу Цзин потом точно будет над ней смеяться.
Пока Лян Чэнь колебалась, она вдруг услышала, как собеседник окликнул её: «Синьфу».
Она подняла голову и неосознанно отозвалась:
— Ай.
Отозвавшись, она уже не могла закрыть рот.
И как только язык повернулся?
Лу Баба тут же сощурил от улыбки глаза:
— Синьфу и впрямь очень прямодушная.
Лян Чэнь: «…?»
Ну ладно, пусть будет прямодушная; эти отец и сын одинаково мастерски расставляют ловушки, это у них семейное.
— Эм… ты почему здесь? — Лян Чэнь потянула Лу Цзина за одежду и, подняв глаза, заметила на его лице след от помады. У неё мгновенно запылали даже кончики ушей, и она тут же выхватила салфетку. — Я… я вытру тебе.
— Нет, пока не вытирай, — Лу Баба остановил Лян Чэнь.
Затем Лян Чэнь увидела, как он начал шарить по карманам в поисках телефона.
— Сначала сделаю пару снимков, чтобы показать его маме, а то она скажет, что я зря съездил на родину и ничего не добился.
Лян Чэнь: «…?»
И что это за достижение такое?
Лян Чэнь с недоверием смотрела на Лу Бабу: он и вправду включил камеру и принялся яростно фотографировать щёку Лу Цзина.
Лу Цзин охотно помогал: когда один ракурс был отснят, он повернул голову, подставляя отцу другую сторону.
Лу Баба поснимал немного, словно агент ФБР, собирающий улики на месте преступления, а затем убрал телефон и с улыбкой посмотрел на Лян Чэнь:
— Синьфу, ты слышала, как я аплодировал и кричал тебе под сценой?
Лян Чэнь:
— Ха?
— Де, — сказал Лу Цзин. — То был вой призраков и волков.
— Я же просто поддерживал собственную синьфу, — Лу Баба нисколько не обиделся на слова сына. — Синьфу, ты сегодня была просто великолепна.
Лян Чэнь вдруг вспомнила: тот высокий мужчина под сценой, который, негодуя, что железо не становится сталью, помогал какой-то девчушке держать световое табло и крутился на триста шестьдесят градусов, демонстрируя его со всех сторон, — это был он.
Неудивительно, что его лицо показалось ей знакомым.
Однако при мысли о том, что на сцене она была воплощением властности, а стоило спуститься — и вот так попасться на глаза Лу Бабе, Лян Чэнь захотелось вырыть яму и самой в ней закопаться.
— Шушу, на самом деле обычно я не такая, я довольно степенная.
Лу Баба хмыкнул:
— Быть живой тоже неплохо.
Лян Чэнь: «…»
Что ж, это первое впечатление уже не исправить.
— Шушу, а как вы здесь оказались? — спросила Лян Чэнь.
Лу Баба всё так же с улыбкой ответил:
— Только сегодня вернулся в страну, Лу Цзин приехал встретить меня на машине и сразу привёз сюда.
Лян Чэнь:
— Ай… ну надо же, почему он не предупредил меня заранее.
— Это чтобы ты не нервничала, — сказал Лу Баба. — Эта поездка и вправду того стоила.
Лян Чэнь подумала: неужели Лу Баба имел в виду, что вернулся специально ради встречи с ней? Но тогда ему придётся остаться на несколько дней, а как же их с Лу Цзином запланированная поездка в Таиланд?
Лу Баба словно прочитал её мысли и произнёс:
— Я знаю, что вы собираетесь в путешествие, не обращайте на меня внимания, я вернулся по делам.
После нескольких фраз Юань Кэкэ напомнила Лян Чэнь, что пора переодеваться — скоро нужно было выходить на сцену для объявления результатов. Лян Чэнь поспешно сказала:
— Шушу, вы присаживайтесь, а я пойду переоденусь.
— Хорошо, иди, занимайся делами, не обращай на меня внимания.
Лян Чэнь направилась в гардеробную и бросила взгляд на Лу Цзина; он понял её без слов и последовал за ней.
В гардеробной Лян Чэнь легонько ударила его кулаком:
— Почему ты не сказал мне заранее?
— Разве я не говорил? — Лу Цзин перехватил её руку и прижал к своей груди. — Боялся, что ты будешь нервничать.
— С чего бы мне нервничать, что за шутки, — ответила Лян Чэнь. — Я вообще-то давала концерты на десять тысяч человек.
— О, и то верно, — понимающе кивнул Лу Цзин. — Тогда в следующий раз мне и маму позвать?
Лян Чэнь: «…»
Она снова ударила Лу Цзина.
— Откуда взялись билеты?
Лу Цзин перестал шутить и ответил:
— Раньше попросил человека купить два билета, те трое в общежитии за них дрались так, что головы были разбиты, а кровь текла рекой, но тут внезапно вернулся мой де, так что я привёл его.
— Твой де… — Лян Чэнь замялась. — Не сильно ли его напугала моя недавняя выходка?
— По нему похоже, что он напуган? — Лу Цзин склонил голову, глядя на Лян Чэнь сверху вниз. — По сравнению с моей мамой, ты ведёшь себя гораздо сдержаннее.
— М-м? — спросила Лян Чэнь. — А что не так с твоей мамой?
— Не скажу, — Лу Цзин изогнул губы в улыбке. — Когда-нибудь сама увидишь.
Лян Чэнь надулась; как раз в этот момент вошла Юань Кэкэ со стилистом, и Лян Чэнь поспешно оттолкнула Лу Цзина:
— Мне пора делать укладку, иди побудь с де.
Минут через десять Лян Чэнь, уже переодетая, вернулась в комнату отдыха.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
