— Что? Ты со мной из одного списка небожителей1! Так и должно быть, так и должно быть.
Рябой мужик с лошадиным лицом то приближался к Цзин Тяньминю, наклонив голову, то отстранялся, и голос его с каждым словом становился всё громче. Но на самом деле Цзин Тяньмин не произнёс ни слова — этот рябой просто разговаривал сам с собой.
Цзин Тяньмин во все глаза смотрел на этот театр одного актёра, и чем дольше он наблюдал, тем смешнее ему становилось. Поэтому он решил подыграть рябому и с таким же видом невыразимого изумления вовремя вставлял: «Э!» и «А!».
Рябой ещё немного попритворялся, а затем потянул Цзин Тяньминя за собой и велел ему встать:
— Чего тут рассиживаться в тереме Сюаньюань? Идём, идём ко мне, твой младший брат лично заварит чай и поднесёт вина. Идём же!
— Ладно! Идём! — прокричал в ответ Цзин Тяньмин.
Проходя мимо Чжангуй винной лавки, рябой засучил левый рукав, под которым внезапно обнаружилась татуировка чёрного лика призрака. Увидев это, Чжангуй одновременно испугался и обрадовался. Вместе с прислужником он бросился провожать гостей. Оба они кланялись у дверей и наперебой кричали:
— Благодарим, Дажэнь! Благодарим, Дажэнь! Господа Дажэнь, обязательно заходите к нам снова!
Вид у них был такой, будто им оказали величайшую честь. Выведя Цзин Тяньминя из терема Сюаньюань, рябой замолчал и лишь жестом указал, чтобы тот следовал за ним. Они шли около получаса, и когда начало смеркаться, подошли к воротам большой усадьбы. Рябой провёл Цзин Тяньминя к задним воротам, но не пошёл в главный двор, а пересёк рощу и, толкнув дверь, вошёл в дровяной сарай.
Цзин Тяньмин сложил руки за спиной и с улыбкой остановился снаружи, не спеша следовать за ним. Рябой обернулся и с лёгкой усмешкой сказал:
— Слышал я, что вы обладаете выдающимся мастерством в боевых искусствах и недюжинной храбростью, отчего же теперь испугались? В этой хижине нет никаких скрытых ловушек. Неужели ты хочешь, чтобы мы вспоминали старое, стоя на улице?
С этими словами он начал медленно снимать верхнюю одежду, и его прежде могучее телосложение вдруг сменилось стройной фигурой. Затем он протянул руку и сорвал с лица фальшивую кожу, покрытую рябинами, открыв свой истинный облик, и с улыбкой спросил:
— Ну как? Теперь-то можно войти в дом и поговорить?
Цзин Тяньмин уставился на человека перед собой. Несмотря на огромную радость, он не терял бдительности и, быстро перешагнув порог, плотно закрыл дверь. Только тогда он обнял друга и воскликнул:
— Лю Би! Это ты! Как ты здесь оказался?
Человеком, притворившимся рябым мужиком, был друг детства Цзин Тяньминя, Лю Би. Они не виделись восемь лет. Теперь ему было чуть больше двадцати, но он уже занимал место первого дицзы среди конфуцианцев, уступая по положению лишь Шао Гуанцину. В школе все, кроме супругов Шао Гуанцина и Цзы Юй, называли его старшим шисюном.
С тех пор как в прошлом году Тань Чжицюэ, предчувствуя скорую кончину, тайно передал ему нефритовую подвеску в виде белой рыбы, Лю Би неустанно скитался повсюду, пытаясь разгадать тайну белого нефрита. Он скрытно готовил почву и вёл поиски, и можно сказать, что он прошёл через невероятные трудности, чтобы пробраться в это место. Он и представить не мог, что встретит Цзин Тяньминя в тереме Сюаньюань.
— Это я хотел тебя спросить. Как ты сюда попал? — в свою очередь спросил Лю Би. — Я видел, как неловко ты чувствовал себя в тереме Сюаньюань, ты ведь только что прибыл, верно? Знаешь ли ты, что это за место? Зачем пришёл? Ты один?
— Я с ног сбился, разыскивая тебя среди конфуцианских учёных в прошлые дни, чуть с ума не сошёл от беспокойства, — допытывался Цзин Тяньмин. — Куда же ты пропал, когда был маленьким? Неужели люди из Гуйгу не пытались отобрать белый нефрит? Ты не ранен? Тот белый нефрит, который брат Тань передал тебе на хранение, всё ещё при тебе?
Друзья, которые были близки как братья, не виделись восемь лет и теперь засыпали друг друга вопросами, словно стреляли из пушки2. В итоге оба говорили одновременно и ничего не могли разобрать. Цзин Тяньмин и Лю Би на мгновение замерли, а затем расхохотались, глядя друг на друга.
— Хорошо, что ты помог мне выпутаться в винной лавке, а то я и правда не знал, что делать, — Цзин Тяньмин похлопал Лю Би по плечу. Лю Би взял его за руку, и они вместе уселись на пол, скрестив ноги.
Радость от того, что оба живы, быстро угасла после громкого смеха. Атмосфера в дровяном сарае внезапно стала тяжёлой. Если бы Лю Би несколько дней назад не узнал, что Цзин Тяньмин спас конфуцианцев, приговорённых к погребению заживо, он бы уже восемь лет как перестал считать его другом. Но то, что Цзин Тяньмин внезапно появился в этом опасном месте, вызывало у Лю Би множество сомнений.
Видя, что Лю Би колеблется, Цзин Тяньмин сказал:
— Давай лучше я начну первым.
Лю Би кивнул и произнёс:
— Сначала расскажи, как ты сюда попал?
— Это просто уму непостижимо, — Цзин Тяньмин пожал плечами и почесал затылок. — Я и сам толком не понимаю. Сегодня проснулся — и уже здесь.
Заметив недоверие на лице Лю Би, Цзин Тяньмин толкнул его в плечо:
— Я тебя не обманываю. Это А-Юэ меня сюда доставила.
— А-Юэ? — изумился Лю Би. — Ты имеешь в виду Кэ Юэ?
Цзин Тяньмин кивнул и со вздохом произнёс:
— Да, теперь её зовут Кэ Юэ, и она стала чжанмэнем школы Шэньду Цзюгун. Видимо, ты уже всё знаешь. Не буду скрывать, А-Юэ связала меня, бросила в деревянный ящик и отправила плыть по течению.
Цзин Тяньмин высказал свои догадки.
Цзин Тяньмин думал, что Лю Би расхохочется, услышав, как жестоко А-Юэ обошлась с ним, но, к его удивлению, Лю Би с каждым словом становился всё мрачнее.
— Эта Кэ Юэ сбилась с истинного пути и увязает в пороке всё глубже. Она давно уже не та А-Юэ, которую мы знали, — тяжело произнёс Лю Би. — Тяньмин, восемь лет назад из-за этой девчонки ты потерял имя и честь. Сейчас тебе с таким трудом удалось начать жизнь заново, ты ни в коем случае не должен повторять прежних ошибок.
— Нет-нет-нет! — поспешно воскликнул Цзин Тяньмин. — Лю Би, восемь лет назад мы оба несправедливо обвинили А-Юэ.
И он тут же выложил всю правду о гибели Гай Лань. Немного посомневавшись, он также рассказал Лю Би о тайне личности Цзы Юй и о подозрениях в отношении Чжао Наньяна. Цзин Тяньмин серьёзно добавил:
— Я знаю, что сейчас Цзы Юй — супруга наставника конфуцианцев, и это дело чрезвычайной важности. Прости, я не могу сказать, кто открыл мне это, но поверь мне, слова этого человека абсолютно надёжны. А-Юэ действительно невиновна.
Цзин Тяньмин не мог понять по выражению лица Лю Би, не верит ли тот ему или же давно всё знает. Лю Би лишь кивнул и сказал:
— Похоже, ты ничего от меня не скрываешь, и это хорошо. Значит, мы всё ещё братья. — Лю Би крепко сжал руку Цзин Тяньминя и искренне произнёс: — Тяньмин! Даже если восемь лет назад мы ошибались насчёт А-Юэ, ты должен понимать, что Гао Юэ восемь лет назад, возможно, и была невиновна, но нынешняя Кэ Юэ — определённо нет!
— Я не верю!
- Список небожителей (仙籍, xiānjí) — реестр имён тех, кто обрёл бессмертие и стал небожителем. ↩︎
- Стреляли из пушки (连珠炮, liánzhūpào) — образное выражение, описывающее быструю, непрекращающуюся речь, подобную серии выстрелов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
