— Десять к одному1. Похоже, это и есть тот самый Фан Шан, о котором говорили дицзы из Гуйгу, — Лю Би и Хуа Шэнцзян беспрестанно обменивались взглядами. Многие гости, участвовавшие в ночном банкете, с кубками и чашами в руках поднимались на третий этаж в павильон Иньтун, чтобы поднести вино.
Павильон Иньтун походил на беседку, возведённую посреди озера. Стен не было, и всё строение целиком отлили из красной меди, в которой не проглядывало ни крупицы дерева. Тончайшее серебро складывалось в фигуры мчащихся зверей, украшавших павильон.
Гучжу из Гуйгу сидел в павильоне Иньтун в одиночестве. Он ничего не отвечал тем, кто подходил с поклоном, а лишь осушал чашу за чашей, словно хмель его не брал. Стоило Фан Шану принять вино, как лица подносивших его дицзы из Гуйгу озарялись радостью, будто они удостоились великой чести.
Лю Би и Хуа Шэнцзян тоже хотели подняться в павильон Иньтун, чтобы всё рассмотреть, но боялись выдать себя. И хотя мастерство Фан Шана из Гуйгу оставалось загадкой, тот, кто командовал тысячами людей, несомненно обладал выдающимися боевыми навыками. Лю Би раз за разом подавал знаки Цзин Тяньмину, побуждая его испытать Фан Шана. Однако с тех пор как Кэ Юэ появилась в павильоне Пэнлай, мысли и взор Цзин Тяньмина были прикованы к цветочному залу на втором этаже. Он даже на гучжу из Гуйгу не обратил внимания.
— Ты что творишь? — Лю Би в конце концов потерял терпение и, воспользовавшись тем, что все разошлись подносить вино, подошел к Цзин Тяньмину и зашептал: — Хватит пялиться на Дуаньму Жун и Кэ Юэ. Ты ведешь себя неподобающе, смотри, как бы нас не раскусили. — Видя, что Цзин Тяньмин будто не слышит его слов, Лю Би едва сдержал желание силой повернуть его голову к себе.
— Ты меня загородил, — запротестовал Цзин Тяньмин, отстраняя Лю Би. Из цветочного зала на втором этаже донеслись звуки. И точно, занавес в северной части зала приподнялся, и оттуда одна за другой вышли четыре женщины, судя по всему, собиравшиеся уйти пораньше.
— Старик Ло, ты пьян! Не вставай, сядь, сядь же! — выкрикнул Лю Би, называя Цзин Тяньмина вымышленным именем. Притворяясь, он прошептал ему одними губами: — Даже не вздумай идти за ними! Посмотри на этих дицзы из Гуйгу — разве хоть кто-то из них решится покинуть банкет раньше времени?
Цзин Тяньмин понимал правоту его слов, но он так долго томился в ожидании Кэ Юэ в Девяти обителях, и вот они наконец встретились. Если он не пойдет следом, кто знает, куда она исчезнет на этот раз? Когда он увидит её снова?
Цзин Тяньмин высунулся из окна и увидел, что Кэ Юэ с остальными уже вышли из павильона Пэнлай.
— Лю Би, прости, — негромко проговорил Цзин Тяньмин на ухо товарищу и одновременно толкнул его в спину. Лю Би почувствовал, как мощная сила подбросила его в воздух. Беспомощно размахивая руками и ногами, он полетел назад и с грохотом рухнул прямо на стол Хуа Шэнцзяна, опрокинув вино и закуски. В тот миг, когда все обернулись на шум, Цзин Тяньмин выпрыгнул в окно и бесшумно растворился в ночной тьме за стенами павильона Пэнлай.
Цзин Тяньмин спустился слишком поздно — след четырех женщин простыл. Если бы северный ветер не донес до него тот чудесный аромат, он бы, пожалуй, зря покинул ночной пир.
Женщины во главе с Бай Цяньхун направлялись на север. Судя по их уверенной поступи, они ходили этой дорогой не раз. Дуаньму Жун после сытного ужина выглядела весьма довольной. У Дуань оставалась холодной и безучастной. Бай Цяньхун и Кэ Юэ изредка обменивались незначительными фразами.
Пройдя более двух ли к северу от павильона Пэнлай, они свернули на восток по вымощенному камнем тракту. Вскоре после этого четверка сошла с большой дороги и углубилась в нагромождение камней у подножия священной горы. Здесь повсюду высились причудливые валуны: огромные, подобные исполинским слонам, и малые, напоминавшие морские раковины. Одни были искусно обработаны человеком, другие сохранили первозданный вид. Тропы в этих камнях то появлялись, то исчезали. Если бы эти четыре женщины не шли впереди, посторонний вряд ли нашел бы путь.
«Неудивительно, что я никак не мог найти А-Юэ. Неужели всё это время она скрывалась за этим каменным строем2?» — Цзин Тяньмин осторожно следовал за ними и в какой-то момент запрыгнул на огромный валун, пытаясь рассмотреть местность. Однако каменная гряда была обширной, а ночью, даже при свете полной луны, разглядеть всё устройство было трудно. Цзин Тяньмину, находившемуся внутри, казалось, что гряда извивается, словно огромный дракон, раскинувший когти. Он втайне оставлял по пути метки.
— Выходи! Кто ты? Зачем ты следишь за нами? — внезапно перед каменным изваянием мелькнули два изящных силуэта. Раз его обнаружили, Цзин Тяньмину ничего не оставалось, как выйти из тени. Бай Цяньхун сжимала в руках парные ножи, стоя рядом с Кэ Юэ. Дуаньму Жун и У Дуань куда-то исчезли.
— Посмотрите-ка на этого подозрительного типа, — Кэ Юэ окинула Цзин Тяньмина взглядом. В лунном свете она видела мужчину лет пятидесяти с лицом, плоским как доска, на котором выступы и впадины были совершенно заурядными. В нем не было ничего примечательного.
— Я… я… это самое… ты… — Цзин Тяньмин и без того нервничал, тайно следуя за Кэ Юэ, а теперь, когда она поймала его с поличным, он и вовсе лишился дара речи. Его оцепенение не было притворным.
— Кэ Юэ, ты уверена, что это он шел за нами от самого павильона Пэнлай? — спросила Бай Цяньхун, и в её голосе сквозило недоверие.
— Кажется, он, — Кэ Юэ прежде была уверена, но теперь, глядя на наружность Ло Гунчао, засомневалась. Неужели боевое мастерство этого жалкого человека действительно так высоко, как ей показалось раньше, или она всё же ошиблась?
— Я… я… ты…
— Хватит мямлить! — Бай Цяньхун вскинула ножи и прикрикнула: — Если ты не скажешь, зачем пришел, мы не станем тратить на тебя время.
«Я не замышлял ничего дурного, я просто хотел быть рядом с А-Юэ!» — так хотел ответить Цзин Тяньмин, будь он честен. Но когда первый испуг от того, что Кэ Юэ его поймала, прошел, он понял, что ни Бай Цяньхун, ни Кэ Юэ его не узнали. Только тогда он вспомнил, что сейчас он не Цзин Тяньмин, а простодушный и хвастливый старик Ло.
— Кхм-кхм, — Ло Гунчао прочистил горло, стараясь подражать чужому голосу, и неловко произнес: — Две гунян… кхм… я… я… дело вот в чем…
— Говори живей! Почему ты следишь за нами? — потребовала Кэ Юэ.
— Гунян, ваши слова неверны, лаофу вовсе не следил за вами.
— Чушь! Ты шел за нами всю дорогу от павильона Пэнлай и еще смеешь отпираться?
- Десять к одному (八九不离十, bā jiǔ bù lí shí) — китайская идиома, означающая высокую степень вероятности, «почти наверняка». ↩︎
- Каменный строй (石阵, shí zhèn) — тактическое расположение камней, образующее лабиринт или военную ловушку. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
