Хуа Шэнцзян, выгадав момент, тут же отскочил в сторону. Однако перед ним предстали две совершенно одинаковые Бай Цяньхун. Он не обладал мастерством, позволяющим лишь по одним боевым искусствам отличить истинную от ложной. В нетерпении он лишь топал ногами и громко кричал:
— Синь-гунян! Синь-гунян! Которая же из вас настоящая?
Синь Яньянь, шаг за шагом отступая под натиском, поспешно выкрикнула:
— Хуа-дагэ! Скорее, помоги мне!
Но Бай Цяньхун тут же подхватила:
— Хуа-дагэ, не дайся в обман! Это она — настоящая Бай Цяньхун!
Свистя саблей, она тремя быстрыми взмахами отсекла прядь черных волос Синь Яньянь. Та закричала:
— Боевое мастерство Бай Цяньхун намного выше моего! Разве это не очевидно?
Бай Цяньхун тоже закричала:
— Не верь ей! Бай Цяньхун не под силу одолеть меня! Хуа-дагэ! Скорее помоги остальным!
Видя, что удары Бай Цяньхун нацелены прямо ей в лицо, Синь Яньянь уже не так боялась разоблачения своего обличья, как того, что на коже останутся шрамы. В сильной тревоге она потянулась к лицу и сорвала с него слой маски.
Лю Би, находившийся неподалеку, заметил это и поспешно вскрикнул:
— Ни в коем случае!
В пылу схватки он и не подумал, что сейчас царит полная неразбериха, и никто не поймет, кому адресован этот крик. Увидев, как Синь Яньянь вмиг явила свой истинный облик, Лю Би втайне посетовал на судьбу. Он лишь надеялся, что другие не станут уничтожать свои маскировки. Он подумал: «Хоть все уже и открылось, учеников Долины Призраков здесь тысячи, и с этим лицом на виду будет проще с ними справляться». Он еще сильнее сосредоточил все свои силы, не смея расслабляться ни на миг. За последние десять лет Лю Би усердно трудился над боевыми искусствами. Хотя его личные достижения в фехтовании были ограничены, но тренировался он прилежно. Полагаясь на мощь конфуцианского искусства меча Баи-и1, он вступил в противостояние с Шу Байюй, который привычно использовала скрытое оружие. После нескольких десятков обменов ударами они все еще сражались на равных.
Пока бушевала эта битва двойников, на площадь подоспели Дуаньму Жун и У Дуань. Разум обеих женщин давно был затуманен эликсиром бессмертия. Они не знали, что в алхимическую комнату ворвались именно Цзин Тяньмин и остальные, поэтому, увидев, что трое демонов Долины Призраков2 внезапно превратились в две пары, они даже не слишком удивились.
Дуаньму Жун протиснулась сквозь толпу и подошла к Кэ Юэ. Одержимая лишь одной мыслью, она закричала:
— А-Юэ, быстро отдай мне серьги Чжанмэня!
Глядя на такую Дуаньму Жун, Кэ Юэ лишь крепко сжимала в руке пару жемчужин, чувствуя бесконечную горечь в сердце. Она взглянула на стоящего за спиной Дуаньму Жун Вэй Чжуана — его лицо также было полно бессилия.
Тем временем Хуа Шэнцзян увидел, что одна из Бай Цяньхун снова стала Синь Яньянь, и про себя ахнул: «Раз Синь-гунян уже сняла свою маскировку, сегодняшнее дело добром не кончится. Неужели я, настоящий мужчина, смогу бросить Синь-гунян и сбежать один под личиной Чунь Лао?» Подумав об этом, он решительно схватился за свою маску, разорвал ее в клочья и проревел:
— Синь-гунян, не бойся! Я иду на помощь!
Хуа Шэнцзян вступил в бой, и Бай Цяньхун, сражаясь против двоих, тут же почувствовала, что ее силы на исходе. Ей пришлось выхватить левой рукой парную саблю мандаринок, запечатывающую кровь. Размахивая мечами, Бай Цяньхун всем сердцем надеялась, что Вэй Чжуан придет ей на подмогу. Краем глаза она заметила, как Вэй Чжуан прошел через деревянные двери, и с радостью крикнула:
— Чжуан-гэ, скорее помоги мне!
Однако она не понимала, почему он, явно слыша ее зов, все равно стоит рядом с Дуаньму Жун, не шелохнувшись.
«Верно! Чжуан-гэ, должно быть, исполняет приказ Гучжу — превыше всего ценить алхимию, поэтому он и остался там охранять божественного лекаря Дуаньму Жун». Хотя Бай Цяньхун и находила это объяснение разумным, почему-то в уголках ее глаз блеснули слезы. Все эти годы Вэй Чжуан всегда был с ней подчеркнуто вежлив и холоден, не проявляя ни капли чувств. Она давно подозревала, что у Вэй Чжуана на самом деле есть другая возлюбленная. Но она никогда не видела, чтобы он тайно встречался с какой-либо женщиной, к тому же, при ее собственной ослепительной красоте, разве могла какая-то другая женщина сравниться с ней? Поэтому она никак не ожидала, что в сердце Вэй Чжуана живет та странная женщина, которая пряталась за деревянной дверью в крошечной каморке и даже не смотрела на мужчин этого мира — Дуаньму Жун.
В это время Вэй Чжуан, охраняя Дуаньму Жун, неотрывно следил за ходом битвы. Разве могло ускользнуть от его глаз то, что Бай Цяньхун в опасности? Призыв Бай Цяньхун он слышал совершенно отчетливо. Глубокое чувство вины терзало его, но даже так он лишь издали смотрел на нее, не желая сдвинуться с места. Вэй Чжуан уже твердо решил, что не будет обращать внимания ни на что, кроме безопасности Дуаньму Жун.
«Раз дело дошло до этого, зачем мне еще носить маску?» Цзин Тяньмин, Сун Сешань и Лю Би думали об одном и том же: «Если нам суждено погибнуть в окружении, пусть люди знают, что я, Цзин Тяньмин (Сун Сешань, Лю Би), был непоколебим и сражался до последнего мгновения». Трое мужчин тут же сорвали с лиц маскировки и под взглядами сотен циньских солдат предстали в своих истинных обличиях, сражаясь с тремя демонами Долины Призраков. Раз Сун Сешань больше не собирался притворяться Чжао Наньяном, он тут же применил технику Ладоней, побуждающих облака, и бросился на помощь Лю Би, желая первым делом покончить с Шу Байюй.
Дуаньму Жун не проявляла никакого интереса к происходящему на площади и уже в одиннадцатый раз повторила Кэ Юэ:
— Отдай.
У Дуань тоже вмешалась:
— Быстрее выдай их. Все равно ты никогда не хотела быть Чжанмэнем.
Кэ Юэ была так доведена ими обеими, что едва не расплакалась. Оглядевшись, она увидела Цзин Тяньмина, Лю Би и остальных, даже ту Синь-гунян — все они изо всех сил сражались с людьми Долины Призраков. Кэ Юэ стиснула зубы, глубоко вздохнула и заставила свою Чжэньци циркулировать по телу.
— Не отдам, — вымолвила она и внезапно, без колебаний, бросилась к ближайшему выходу.
Желтые одежды Кэ Юэ мелькали среди толпы, она двигалась быстро, словно летящий лебедь. Казалось, она вот-вот выбежит за ворота, как вдруг сверху на нее стремительно бросилась черная тень.
Если Цингун Кэ Юэ был подобен летящему лебедю, то эта черная тень напоминала призрака. Скорость была такой, какой присутствующие никогда в жизни не видели. Стоило Кэ Юэ распахнуть очередную деревянную дверь, как тень тут же настигала ее, и дверь с грохотом захлопывалась вновь. Кэ Юэ не останавливалась, почти обежав по кругу огромную площадь. Чем дольше она бежала, тем сильнее становился ее страх. Она вспомнила, что раньше бабушка Цзян рассказывала ей о боевых искусствах Сюй Жана. В ужасе Кэ Юэ поняла, что ей вряд ли удастся спастись от его рук.
- Искусство меча Баи-и (八佾剑术, bāyì jiànshù) — стиль фехтования, отсылающий к конфуцианскому ритуальному танцу из восьми рядов исполнителей. ↩︎
- Три демона Долины Призраков (鬼谷三魈, guǐgǔ sān xiāo) — трое элитных убийц школы Гуйгу; «сяо» означает горного оборотня. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
