Сюй Пути продолжил:
— Ныне Небесный чертог набрал силу, и великое бедствие Освящения богов служит процветанию Небесного чертога. Ты лишь ученик третьего поколения учения Чань, и они больше не берут тебя в расчёт.
Да что там ты, даже твой наставник для них — ничто.
Последние два дня в Небесном чертоге только и говорят о том, что твою мать собираются перевести в мир смертных, чтобы там и оставить под гнетом.
Если бы в ходе этого процесса случилась какая-нибудь неожиданность и внезапно напали несколько демонов, то гибель пары небесных воинов и полководцев не имела бы значения. Твоя мать погибла бы в суматохе сражения, а Юйди с тем Тайбай Цзиньсином притворно пролили бы несколько слезинок, лишь чтобы снискать себе добрую славу…
Вж-жух!
Длинное копье в руках Ян Цзяня без всякого предупреждения рванулось вперед, и божественная воля Сюй Пути в мгновение ока была развеяна!
Сюй Пути лишь успел издать тихий вздох, не в силах сказать больше ни слова — его божественная воля окончательно рассеялась.
Ян Цзянь стоял в ночном небе. Мрачные тучи скрывали луну, не было видно ни звезды. Его грудь тяжело вздымалась — он изо всех сил старался усмирить свое сердце Дао1.
Учение Запада явно замышляло недоброе. Он должен был учитывать наследие Дао учения Чань и положение своего наставника, он не мог подставить учителя, не мог…
Медленно выдохнув, Ян Цзянь убрал копье и уже собирался направиться к городку, где находились те брат с сестрой, но, сделав в воздухе всего пару шагов, он резко развернулся, опустился на колени перед ночным небесным простором и трижды совершил земной поклон.
— Наставник! Ваш недостойный ученик просит прощения! Пожалуйста, пристройте тех детей!
Сказав это, Ян Цзянь выпрямился во весь рост. В его ладонях заструилось кровавое сияние, и сам он превратился в пронзающего облака ястреба, устремившись в сторону Убучжоу!
В той стороне, куда только что кланялся Ян Цзянь, стоял даос Юйдин, нахмурившись и заложив руки за спину; он не удержался от тихого вздоха.
— Учитель, — с беспокойством спросила Ян Чань, — мой гэгэ… он…
Юйдин ответил бесстрастно:
— Не нужно бояться.
С этими словами Юйдин взмахнул рукавами и покинул это место вместе с Ян Чань.
Тех детей пристроили люди Байцзэ, а жители горной деревни спустя несколько дней вернулись в свои дома.
«Матушка».
«Небесный чертог!»
Эти мысли бурлили в сердце Ян Цзяня, пока он мчался вперед.
В его сердце Дао бушевала буря. Он изо всех сил пытался подавить эмоции и сохранить хладнокровие, но картины из детства, словно горный поток, прорвали плотину, которую он возводил долгие годы!
Он практиковал «Тайное искусство восьми-девяти», и хотя скорость его полета была немалой, она всё же имела предел. Путь к Убучжоу казался слишком долгим.
Спокойствие, сейчас он обязан сохранять спокойствие. С его нынешними силами он всё еще не мог тягаться с теми великими мастерами, обладающими сверхъестественными способностями. Ему нужно было найти способ использовать всё, что было в его распоряжении, чтобы договориться с Небесным чертогом.
Но что он мог использовать? Без защиты наставника у него остались лишь длинное копье, доспехи да он сам — один-одинешенек.
Постепенно в душе Ян Цзяня зародилось отчаяние, но оно тут же переросло в ярость, став движущей силой его рывка вперед!
Спустя семь дней он увидел земли Убучжоу, купающиеся в лучах звезды Солнца. В его сердце осталась лишь одна мысль!
Прорваться!
В Небесный чертог!
Даже если придется отдать всё, он вызволит её из-под той горы!
К востоку от Восточного моря, на самом краю света, кроваво-красный луч света на огромной скорости пронесся мимо и устремился ввысь.
Но не успел этот луч пролететь и нескольких тысяч ли2, как в воздухе возникла прозрачная преграда, преградившая ему путь. Раздался грохот, и Ян Цзянь тут же отпрянул назад. Взгляд его оставался ясным, он всё ещё сохранял относительное самообладание.
Он посмотрел на лазурное небо впереди, на световую стену, по которой от его удара пошли трещины, и на ряды небесных воинов в серебряных доспехах, медленно появлявшихся за этой преградой…
Ловушка?
Зрачки Ян Цзяня сузились. Он внезапно осознал, что появление здесь небесных воинов лишь подтверждало слова того старого даоса из учения Запада!
В Небесном чертоге есть Тайбай Цзиньсин — расчетливый стратег, поддерживающий равновесие в мире. Должно быть, Тайбай Цзиньсин давно следил за ним…
Весть о том, что его мать собираются уничтожить, не была ложью!
Небесные воины убрали оружие, световая стена исчезла, и вперед выступил небесный полководец в золотых доспехах, громко провозглавив:
— Пред нами ли Ян Цзянь, ученик учения Чань?
— Именно так! — холодно ответил Ян Цзянь.
Златодоспешный полководец произнес:
— Мы прибыли по приказу Тайбай Синцзюня, чтобы остановить тебя. Синцзюнь велел передать, чтобы ты не совершал роковых ошибок и дорожил своим будущим…
Ян Цзянь ледяным тоном спросил:
— А если я сегодня всё же намерен совершить ошибку, что тогда?
Златодоспешный полководец остался бесстрастным. Он высоко поднял драгоценный меч, и во все стороны засияли золотые лучи.
В небе над Восточным морем по пространству пошли волны, и ряд за рядом стали появляться «небесные воины и полководцы». В большинстве своем это были крепкие мужи со щитами или небесные девы-воительницы с луками.
Нет, это были не живые существа, а магические солдаты!
Ян Цзянь мгновенно распознал их истинную природу.
Те небесные воины, что преградили ему путь раньше, быстро отступили, а небо на десятки ли вокруг заполонили магические солдаты, не оставив ни единой лазейки.
Они выстроились в боевые порядки, нацелившись прямо на Ян Цзяня.
Среди магических солдат скрывались существа с мощной аурой, похожие на них, но внушавшие Ян Цзяню легкое чувство угрозы.
Он и не заметил, как угодил в такую западню…
Златодоспешный полководец скрылся за тысячу ли, и оттуда вновь донесся его голос:
— Ослушавшись приказа Синцзюня, ты вверяешь свою жизнь воле случая. Ян Цзянь, сегодня тебе дается последний шанс уйти.
— Верните мне мать… — тихо проговорил Ян Цзянь, а затем его лицо исказилось от ярости. Он крепко сжал копье, и его взор пронзил пространство на тысячу ли, заставив полководца невольно отступить на полшага. — Верните мне мою мать!
Златодоспешный полководец яростно взревел:
— Активировать строй!
Столбы света озарили небо над Восточным морем, превращаясь в великую темницу!
Ян Цзянь понял, что сегодня пути назад нет. Его глаза метали молнии, он уже готов был взмыть ввысь!
— Погоди!
Раздался негромкий возглас. Ян Цзянь замер, и магические солдаты, которыми небесные воины управляли издалека, тоже одновременно прекратили движение.
Ян Цзянь слегка нахмурился и с недоверием оглянулся.
Там, сжимая в руке длинное копье, медленной походкой приближался молодой даос в длинном халате с тонкими чертами лица.
Линчжуцзы, ученик Тай-и с горы Цяньюань!
В глазах Ян Цзяня промелькнуло изумление, и он тихо спросил:
— Шисюн, ты хочешь остановить меня?
— Хм, — Линчжуцзы поджал губы и крепче сжал копье, явно не желая тратить слова впустую.
Ян Цзянь тоже замолчал. Он пристально смотрел на Линчжуцзы, то сжимая, то разжимая древко своего трехконечного обоюдоострого копья.
— Почему? — Голос Ян Цзяня слегка дрогнул.
Линчжуцзы ответил:
— Исполняю волю учителя.
— То, что я делаю сегодня, никак не связано с учением Чань.
— Ты — ученик учения Чань, как же это может быть не связано?
Ян Цзянь закрыл глаза и тихо выдохнул. Он не стал надрывно кричать о своих трудностях или объяснять свои убеждения.
Он крепко сжал копье, в его глазах не осталось и тени сомнения, лишь непоколебимая решимость.
— В бой.
Фью-ю!
Огненное копье в руках Линчжуцзы загорелось сине-белым пламенем, и он рванулся вперед, в мгновение ока достигнув предельной скорости!
Ян Цзянь тут же уклонился в сторону, лишь чудом разминувшись с копьем Линчжуцзы — он намеренно уступил первый удар.
Следом Ян Цзянь оставил на месте лишь остаточное изображение и с шумом исчез, появившись вновь в десяти чжанах перед Линчжуцзы. Словно небесный орел, он спикировал вниз, обрушивая мощный удар копьем!
Линчжуцзы, окутанный пламенем, двигался подобно призраку. Он даже не пытался уклониться, пойдя на Ян Цзяня в лобовую атаку!
Бесчисленные магические солдаты вокруг дружно взревели, и великая темница стала еще крепче…
После недолгой ожесточенной схватки тело Линчжуцзы отлетело за пределы строя. Он был бледен, глаза закрыты, а на плече зияла кровавая рана — часть плеча была буквально вмята внутрь.
Повержен. Выбыл из боя.
Но следом магические солдаты отбросили всякие опасения. Сотни скрывавшихся среди них «мастеров» набросились скопом, окружив Ян Цзяня со всех сторон и сковав его движения в десяти направлениях!
В бой!
Ян Цзянь с копьем наперевес ворвался в гущу врагов. Грохот взрывов не смолкал ни на миг: магические солдаты один за другим рассыпались в серую пыль, но их число казалось бесконечным.
А те «особые мастера», что прятались в их рядах, постоянно мешали Ян Цзяню, не давая ему по-настоящему развернуться и прорубить путь сквозь строй.
Небесный чертог, Восточные Небесные врата.
Раскаты барабанного боя разносились на десятки тысяч ли1, а отряд за отрядом прибывали небесные воины, повсюду за Небесными Вратами разворачивая оборонительные рубежи даосских войск.
Внутри чертога Тайбай Ли Чаншоу слегка улыбнулся, взмахнул фучэнем2 и вместе с несколькими фигурами за спиной вылетел наружу, ступая на облако.
- ли (里, lǐ) — традиционная китайская мера расстояния, равная примерно пятистам метрам. ↩︎
- фучэнь (拂尘, fúchén) — ритуальная метёлка-опахало, даосский атрибут, символизирующий очищение от мирских помыслов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
