Глава пятьсот шестьдесят шестая. Беда не приходит одна
«Многое не объяснишь тем, кто не в силах тебя понять, а тех, кто способен на это, в целом мире найдется лишь пара близких друзей. Поэтому порой не нужно много слов, достаточно просто делать то, что должен».
В ушах Ян Цзяня все еще звучал голос того человека, раздавшийся перед самым его уходом. Юноша слегка нахмурился, и вид его стал торжественным.
Неужели это и есть Тайбай Цзиньсин?
У Западных Небесных врат только что вернувшийся сюда Ян Цзянь долго не мог прийти в себя, глядя в ту сторону, где исчез Ли Чангэн.
Молодой даос, который не выглядел старым, но в чьих речах сквозила горечь прожитых лет, а каждое слово заставляло глубоко задуматься;
Старый небесный небожитель с добрым лицом, кажущийся непостижимым, словно он слился воедино с Небом и Землей, и в сражении с которым не нашлось бы ни единой лазейки;
И еще один — ученик Тайцин, будто скрывающийся между этими двумя образами, невзначай проявляющий чистоту и безразличие, не заботясь о мирских делах…
Какой же из них — истинный Тайбай Цзиньсин?
«Быть непонятым?»
Ян Цзянь крепко нахмурился, стоя на месте и ощущая странную тоску.
Обнажив меч, озираюсь по сторонам, а в сердце лишь пустота1.
Как ему поступать в будущем, что делать, по какому пути пойти и куда этот путь его приведет?
Впереди Юньхуа-сяньцзы и Сяо Чань в сопровождении Юйдин Шисюн и Тайи-шибо приближались на облаке, а следом за ними шел отряд небесных воинов, несущих всевозможные шелка и сундуки с сокровищами.
Ранее, хоть Линчжуцзы и оглушил Сяо Чань, Юйдин и Тайи все же перенесли ее к Юньхуа-сяньцзы. Этим поступком Юйдин Шисюн также выразил позицию учения Чань, позволив Юньхуа-сяньцзы спокойно освободиться от «мук» заточения.
Заодно они воочию убедились, что условия жизни Юньхуа-сяньцзы и впрямь были весьма комфортными.
Ян Цзянь сделал два шага вперед, но тут же остановился.
В глазах Юньхуа-сяньцзы заблестели слезы. Тихо позвав: «Цзянь Эр», она поспешила навстречу на облаке и раскрыла объятия, желая обнять сына.
Однако Ян Цзянь подсознательно отступил на полшага, подобрал подол своего уже изорванного даохая и, опустившись на колени перед Юньхуа-сяньцзы, совершил глубокий поклон.
Юньхуа немного растерялась, а стоявшая рядом Сяо Чань послушно подбежала к брату и тоже пала ниц перед Юньхуа-сяньцзы.
— Что вы делаете? Сын мой, скорее поднимись, это нян оказалась бесполезной и обременила вас…
У Западных Небесных врат многие небесные воины и полководцы, видя эту сцену, невольно расчувствовались.
В глубине дворца Тайбай Юньсяо Линъэ, сменив позу и устроившись на облачном ложе, грызла семечки и сушеные фрукты, наблюдая за происходящим через медное зеркало. Сейчас она тоже опустила голову и смахнула слезу с уголка глаза.
Как же это хорошо — семья воссоединилась…
Шисюн и впрямь ее не разочаровал!
Хоть характер у шисюн и непростой, и действует он с чрезмерной оглядкой, но в конечном счете он человек милосердный, любящий и справедливый.
Хм!
Среди всех существ Великого и Первозданного шисюн — самый лучший, и возражения не принимаются!
Следом Юньсяо Линъэ тихо вздохнула и, глядя на изображение Западных Небесных врат в зеркале, на мгновение замерла в оцепенении.
Только вот она в сердце шисюн — вовсе не самая выдающаяся из сяньнюй…
На экране появилась Яочи-сяньцзы, прибывшая от имени Королевы-матери из Нефритового пруда, чтобы выразить поздравления. За ней в два ряда следовали феи, неся в руках всевозможные сияющие дары.
Ао И и Цзинь Пэн тоже медленно летели на облаке, за ними следовали несколько небесных воинов с подарками — они, разумеется, представляли дворец Тайбай.
Линчжуцзы и Бянь Чжуан тоже примчались издалека поглазеть на веселье. У них всё было проще: они принесли лишь устные поздравления.
Если говорить о подарках, Бянь Чжуан мог бы вручить Ян Цзяню «карту на десять тысяч лет» для своих заведений, но боялся, что Тайбай Цзиньсин и Его Величество Юйди подвесят его и сдерут шкуру…
Оказавшись у Западных Небесных врат, Бянь Чжуан увидел хрупкую и нежную Сяо Чань, и его глаза тут же загорелись.
Но следом он вспомнил доблестный образ Ян Цзяня, в одиночку прорубавшегося сквозь сотни тысяч воинов Дао, и почувствовал, что может не оправдать ожиданий красавицы. Прокрутив в голове целую жизнь, полную прекрасных мгновений, он опустил голову, не смея больше смотреть.
Он в одностороннем порядке объявил, что они с Сяо Чань могли бы подойти друг другу, но в конечном счете внешнее давление непреодолимо, так что остается лишь признать: им не суждено быть вместе.
Пока он думал об этом, даже сам расстроился…
За столько лет в Небесном дворце он повидал столько фей, накопил столько умений, но так и не сподобился даже подержать красавицу за ручку, не говоря уже о том, чтобы разделить с кем-то ложе.
«Когда стану золотым бессмертным, я, полководец, обязательно возьму отпуск на три месяца и отправлюсь домой навестить родню!»
В юные годы не знал вкуса жизни, а теперь стал записным сластолюбцем.
Горечь в сердце не описать словами, когда же наконец…
— Кстати, — Линчжуцзы вдруг что-то вспомнил и взглянул на Бянь Чжуана, — ранее шишу Чангэн говорил, что тебе будет непросто стать золотым бессмертным: в теле слишком много нечистой янской энергии, а в сердце Дао — лишних мыслей.
Бянь Чжуан тут же напрягся: — И что же тогда делать? Мое самое большое стремление сейчас — это достичь уровня золотого бессмертного и обрести вечную жизнь.
Линчжуцзы слегка улыбнулся и сказал: — Шисю сказал, что в последнее время он обдумывает технику, созданную специально для тебя, кажется, она называется Куйхуа сюаньгун2.
— В самом деле?
— В самом деле. Я сам, увидев нынешний уровень развития шиди Ян Цзяня, преисполнился чувств и внезапно вспомнил об этом.
В глазах Линчжуцзы промелькнула тень зависти, и он улыбнулся: — Получить личные наставления от шишу Чангэна — это и впрямь нечто необычайное. Я теперь шиди Ян Цзяню далеко не соперник, так что мне тоже стоит что-нибудь придумать.
Бянь Чжуан тут же ударил себя в грудь: — Если Владыка Звезд одарит техникой, мы, братья, должны разделить ее на двоих!
Глаза Линчжуцзы блеснули, но затем он покачал головой: — Не стоит, у каждого своя судьба.
Впрочем, в глубине его глаз все равно таилась некоторая досада.
Пока они болтали, они уже достигли Западных Небесных врат. Множество небожителей и божеств прибыли сюда на облаках, чтобы примелькаться перед новым фаворитом Небесного дворца.
Этот Ян Цзянь…
Кто из зрячих этого не видит?
Это же будущий полководец, которого изо всех сил взращивают Его Величество Юйди и Тайбай Цзиньсин!
Даже дерзкое условие «слушать военные приказы, но не являться на аудиенции» Его Величество Юйди принял с улыбкой, а в его глазах читалась лишь отеческая любовь и забота!
Сейчас Ян Цзянь еще молод и горяч, но когда Тайбай Цзиньсин немного обтешет его острые углы, а его совершенствование продвинется вперед, Ян Цзянь непременно станет великим генералом Небесного дворца.
***
- Ба цзянь сы гу, синь вэй ман жань (拔剑四顾，心唯茫然, bá jiàn sì gù, xīn wéi máng rán) — «Обнажив меч, озираясь по сторонам, чувствую лишь смятение в сердце»; строка из стихотворения Ли Бая. ↩︎
- Куйхуа сюаньгун (葵花玄功, kuí huā xuán gōng) — «Тайное искусство подсолнуха»; отсылка к технике из романов Цзинь Юна, изучение которой требует самокастрации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
