Глава семьсот пятьдесят восьмая. Битва с Даоцзу!
Это? Что вообще происходит?
Бянь Чжуан стоял у Небесной реки, глядя на чертог Линсяо, и от потрясения долго не мог вымолвить ни слова.
За все время службы в Небесном дворце Бянь Чжуан впервые видел, чтобы сияние чертога Линсяо померкло, и впервые чувствовал, как сила Небесного Дао в Небесном дворце стала рассеянной и беспорядочной.
Сотни тысяч воинов водной армии Небесной реки стихийно собрались на берегу. Бянь Чжуан тоже услышал в глубине души приказ Шэнму Нюйва и вспомнил о своей изначальной опоре.
Ему очень хотелось сбросить доспехи и помчаться в Срединный мир, но он подумал о том, что между Небесным дворцом и лагерем человечества, восставшим против Неба, может вспыхнуть конфликт, и захотел броситься в чертог Линсяо, чтобы разузнать обстановку.
Но нельзя.
Сейчас он — великий командующий водной армией Небесной реки и обязан поддерживать порядок в войсках. Подобно другим прямым командирам подразделений Небесного дворца, он мог лишь издалека следить за чертогом Линсяо с помощью бессмертного сознания…
Бянь Чжуан наблюдал…
Цайшэнь-е зашел внутрь. Владычица Созвездия Большой Медведицы Святая Матерь Цзиньлин невероятно красива, вот только аура у нее пугающая.
Его Величество Юйди вышел, в белых одеждах он выглядит очень статно, но вдруг назвал себя «бедным даосом» и примкнул к лагерю восставших.
Нет, Небесный Император восстал против Неба?
Голова Бянь Чжуана была полна вопросов, он чувствовал головокружение, а в уме всплыло слово:
«Липу»1.
— Маршал!
Сзади раздался приглушенный голос:
— Чего мы еще ждем! Ваше Величество уже все сказал!
Бянь Чжуан нахмурился и на мгновение замолчал.
Генералы наперебой заговорили:
— Маршал, и вы, и мы — выходцы из рода человеческого. Как мы можем не откликнуться на призыв Владычицы-матери?
— Тайбай Цзиньсин ради защиты живых существ уже отправился противостоять Небесному Дао! С этим Небесным Дао явно что-то не так! Моя секта процветала, а на следующий день внезапно исчезла! Срединный мир прежде был таким богатым, а за несколько десятков лет Небесный Дао довел его до упадка!
— Я не смыслю в великих делах Неба и Земли и не чувствовал гнета Небесного Дао на себе, мне всегда сопутствовала удача, но раз Владычица-мать призвала нас, а Тайбай Синцзюнь отправился в дворец Цзысяо, значит, дело приняло необратимый оборот. Простолюдин не смыслит в делах страны, но может окропить своей кровью тело вражеского вождя! Если мы будем так держаться за свои чины в Небесном дворце, не опозорим ли мы мужество человеческого рода!
Бянь Чжуан все еще не желал говорить, а его брови сошлись иероглифом «чуань»2.
Один из небесных генералов выругался:
— Маршал, если вы боитесь за свою жизнь, то братья прямо сейчас сложат полномочия и уйдут сами!
— Я боюсь за свою жизнь?! — Бянь Чжуан вытаращил глаза и вскочил, брызгая слюной. — Если бы я не должен был удерживать вас, я бы уже давно был там! Я поднялся благодаря Тайбай Синцзюню! Эти грабли с девятью зубцами мне дал сам Лао-цзюнь! Разве я не спешу? Разве у меня нет сердца? Вы оглянитесь на эти сотни тысяч братьев! Вы, несколько зачинщиков, рванете вперед, а они разве не рванут за вами? Каждый из них — юаньсянь или истинный бессмертный, у них даже уровня небесного бессмертного нет. В восстании против Неба нельзя использовать боевые построения Небесного Дао, что они там будут делать! На смерть пойдут? А?!
Генералы невольно умолкли и один за другим опустили головы.
Бянь Чжуан глубоко вздохнул и произнес:
— Ваш маршал разволновался, вы… не принимайте близко к сердцу. Небесным и золотым бессмертным, кто хочет идти, я мешать не стану, остальные пусть ждут здесь. Без моего приказа никто не смеет дергаться. Так, я пойду к командующему Ао И, спрошу, что на самом деле происходит.
Договорив, Бянь Чжуан собрался развернуться и оседлать облако, но в этот момент со стороны чертога Линсяо донесся драконий рык. Лазурный дракон взмыл в небо и стремительно опустился перед Бянь Чжуаном.
Это был Ао И!
Ао И громко выкрикнул:
— Где водная армия Небесной реки!
Бянь Чжуан тут же вышел вперед:
— Все здесь!
Ао И достал из рукава нефритовую тигриную печать:
— Приказ Владычицы-матери Ванму: открыть Срединные небесные врата и пропустить Шэнму человечества! Деятельность Небесного дворца приостанавливается на один день, все божества временно освобождаются от своих обязанностей! Водной армии Небесной реки приказано охранять путь от Срединных небесных врат до Тридцать Третьего Неба, оберегая Шэнму человечества и героев, восставших против Неба!
Генералы хором ответили согласием и разошлись к своим отрядам. Бянь Чжуан тоже слегка облегченно вздохнул.
Бянь Чжуан только хотел заговорить, но Ао И подмигнул ему и передал несколько наставлений мысленно.
Вскоре Бянь Чжуан взмыл в воздух и, держа в руке драгоценный меч, звонко провозгласил:
— Корыстные желания Небесного Дао уже повлияли на круговорот в Трех Мирах! Небесный дворец рожден, чтобы оберегать Три Мира и защищать слабых. Если Небо несправедливо, Небесный дворец не подчинится его воле! Пусть Небесный дворец был установлен Небесным Дао для управления Тремя Мирами, но бессмертные боги и воины Небесного дворца — это живые существа этих самых Трех Миров! В этот раз водная армия Небесной реки сопровождает великое войско, идущее походом на дворец Цзысяо. Те небесные и золотые бессмертные, кто желает помочь, могут встать в хвост колонны! Ваш маршал точно пойдет!
Сотни тысяч воинов водной армии Небесной реки громогласно откликнулись, и их крик потряс Тридцать Третье Небо.
Не только водная армия, но и божества восьми отделов, все воины и генералы начали действовать.
Владычица-мать Ванму восседала в чертоге Линсяо, держа Список Богов и подавляя его силу.
В чертоге Тунмин божества, которые прежде поддерживали работу Небесного дворца, теперь тратили силы на то, чтобы заблокировать потоки Небесного Дао, рассредоточить его энергию и пристально следить за любыми изменениями Небесного Дао.
В Зале Божественной Кары молнии в Пруду Десяти Тысяч Громмов были слой за слоем запечатаны бессмертной силой. На самом деле божественная кара, ниспосылаемая Небесным Дао напрямую, никак не была связана с этим прудом, но небожители делали это ради собственного успокоения.
«Восстать против Небесного Дао».
Сказать это легко, но для бессмертных человеческого рода в Небесном дворце это было тяжким бременем. Небесный дворец был основан Даоцзу в глубокой древности как дополнение к Небесному Дао для поддержания порядка в Трех Мирах. Отрицать Небесный Дао и становиться его врагом — все это неизбежно вызывало тревогу в душах небожителей.
По сути, это тоже было своего рода бедствием для Небесного дворца. Вот только исход этого бедствия сейчас мало кто мог предвидеть.
Раздался грохот боевых барабанов, под Срединными небесными вратами уже собралось бесчисленное звездное сияние, которое стремительно устремилось к ним.
Героические духи человечества — воины, павшие в битвах древности, чья воля не угасла. Опираясь на силу фимиама и заслуги человеческих императоров, они собрали воедино помыслы всего рода людского, чтобы защищать человечество в Хунхуане.
Однако сейчас больше всего было не призрачного воинства, а бессмертных людей.
Святая Нюйва уменьшила свое сточжановое истинное тело до размеров обычного человека, скрыла змеиный хвост, облачилась в доспехи и первой поднялась в небо во главе десятков тысяч непреклонных героических духов.
С грохотом колес следом за ними двинулись сотни тысяч героических духов Трех Владык и Пяти Императоров из Пещеры Огненных Облаков. Это было все достояние Пещеры Огненных Облаков.
А за этой огромной массой духов следовали бесчисленные бессмертные и другие живые существа.
Кружили лазурные драконы — сотни древних драконов смешались с бессмертными, и их яростная аура заставляла силу многих бессмертных течь с трудом.
Внезапно протрубили рога, и с северных земель примчались отряды племени Ву. Используя свои боевые построения, они неслись на черных тучах, словно желая оспорить право быть авангардом в походе против Неба.
В Небесном дворце множество бессмертных человеческого рода собралось вокруг Юйди. Они стояли перед чертогом Линсяо, ожидая появления Владычицы-матери Нюйва.
В это время в мире оставались еще двое святых, но они не явились лично. Однако в маленьком дворике на горе Куньлунь и в соломенной хижине на Горе Духов фигуры Юаньши Тяньцзуня и святого Цзеиня уже исчезли. Следы святых затерялись, и было неизвестно, куда они направились.
Первой в Срединные небесные врата вошла одинокая фигура. Дицзан в синих одеждах ехал верхом на Дитине.
Как только Дицзан и Дитин вошли в ворота, Владычица-мать Ванму в чертоге Линсяо выпустила бессмертный свет. Тридцать Третье Небо внезапно содрогнулось, и вдоль оси, идущей от Срединных ворот до чертога Линсяо, небеса разошлись в обе стороны.
Небесный путь широко открылся, ведя прямиком к Тридцать Третьему Небу!
Дицзан, закрыв глаза и сосредоточившись, быстро поднимался на спине Дитина. Когда он взлетел достаточно высоко, то услышал голос Юйди:
— Не желает ли Дицзан-ван отправиться вместе с нами?
Дицзан открыл глаза, посмотрел на стоящего в стороне от небесного пути Юйди, кивнул ему и, направив Дитина прочь с пути, опустился перед Императором.
Дицзан сказал:
— Ваше Величество проявляет высокое благородство.
Юйди с улыбкой вздохнул, но ничего не ответил.
За спиной Юйди Чжао Гунмин развязал свое ярко-красное свадебное одеяние и сменил его на боевые доспехи, а над его головой поднялась деревянная табличка: «Убийца святого · Чжао Гунмин».
- «липу» (离谱, lípǔ) — буквально «сойти с нот»; идиома, означающая нечто нелепое, абсурдное или выходящее за рамки разумного. ↩︎
- «чуань» (川, chuān) — иероглиф, означающий «река»; его форма напоминает три вертикальные морщины, возникающие на лбу, когда человек сильно хмурится. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
