Хоть сейчас она и не требовалась, но стоило подготовиться: если он не выдержит, то просто раздавит её зубами.
Внезапно над головой раздался рев драконов и крики фениксов, десятки вспышек света вырвались из грозовых облаков, и вся туча бедствия начала рассыпаться и рушиться!
Безграничная мощь Небесного бедствия разделилась на две части: половина сгустилась в Бедствие Пяти Стихий, а другая половина приняла облик десятков божественных драконов и фениксов!
Драконы и фениксы парили в вышине, небо и земля погрузились во тьму, словно вновь разыгрывалась великая катастрофа краха мироздания древних времен!
— Чаншоу, не пытайся выстоять через силу, такое бедствие тебе уже не сдержать в одиночку.
Голос Великого монаха Сюаньду прозвучал в ушах Ли Чаншоу:
— Если не сможешь держаться, немедленно крикни, и мы с Юньсяо-шимэй придем тебе на помощь.
Ли Чаншоу, держа во рту Пилюлю девяти превращений, тут же тяжело кивнул.
Он, собиравшийся рвануть вперед, резко отступил назад.
Воины из бессмертных бобов, выпущенные Бумажным даосом, в мгновение ока были разгромлены внезапно напавшими драконами и фениксами!
Заодно эти сорок девять фантомов драконов и фениксов разнесли в щепки и призрачных воинов ву-яо…
Удалось уловить детали!
Ли Чаншоу при виде этой сцены слегка приподнял брови, а затем его сердце и печень затрепетали от страха.
Каждый фантом дракона и феникса обладал силой полушага до Золотого Бессмертного!
А с поддержкой мощи Небесного бедствия… даже один фантом, пожалуй, мог бы сразиться до взаимного уничтожения с главой Цзи Уюем — единицей измерения боевой мощи Золотых Бессмертных!
Вот оно, главное испытание его Бедствия Золотого Бессмертного!
И это еще не всё: те триста шестьдесят пять грозовых пятен превратились в невидимый астральный ветер, сгустились в небесное пламя огненного моря, окружили всё вокруг ледяным холодом изначального льда…
Разве что крохи внутренних демонов, что всплыли в глубине души, были до смерти затоптаны толпой крепких старух.
Эти старухи даже принимали позы, уместные разве что на соревнованиях по бодибилдингу, складываясь в большие иероглифы:
«Дао-сердце Чаншоу под нашей защитой».
Такой расклад…
Такая ситуация…
Неужели обрести вечную жизнь для него настолько трудно?
Хотя подготовленных козырей осталась еще половина, сейчас от них было не слишком много толку.
Как бы Ли Чаншоу ни просчитывал всё в уме, вероятность того, что он переживет эту последнюю волну, составляла жалкие…
Семьдесят процентов.
Семь шансов на жизнь, три на смерть — если округлить, не то же ли это самое, что девять смертей, одна жизнь1?
Неужели ему наконец придется прибегнуть к «секретному приему»…
Позвать большую ногу2?
Конечно нет, зов «большой ноги» — это «высший предел».
Ли Чаншоу закрыл глаза, выражение его лица оставалось совершенно спокойным. Он выбрасывал одну партию Бумажных даосов за другой, и те продолжали рассыпать бобы, превращая их в воинов…
Это казалось бесполезной тратой сил, ведь воины из бобов, едва бросившись вперед, тут же превращались драконами и фениксами в труху, однако это позволяло Ли Чаншоу выгадать немного времени.
Воины из бессмертных бобов отвлекли и рассредоточили сорок девять лазурных драконов и божественных фениксов, и фигура Ли Чаншоу постепенно оказалась в окружении.
— Это Небесное бедствие явно не то, чему он способен противостоять, — внезапно заговорила хранившая доселе молчание Юньсяо и поторопила: — Сюаньду-шисюн, когда мы вмешаемся?
— Подождем еще, — Сюаньду слегка нахмурился. — Он еще не звал на помощь.
— Ой! — встревожилась стоявшая рядом Бисяо. — Если он позовет, будет уже поздно! Неужели Учение Людей недовольно таким учеником? Предыдущие шесть, семь и восемь волн превратили бы в пыль даже Золотого Бессмертного!
Цюнсяо возразила:
— Не спешите, Небесное бедствие — это еще и возможность. Сила бедствия несет в себе мощь Великого Дао. Чем дольше он продержится, тем больше получит выгоды.
Бисяо не удержалась и закатила глаза.
— Он что, хочет одним шагом достичь небес и стать Дало?
Великий монах Сюаньду легко рассмеялся:
— Кто может знать наверняка в таких делах?
Едва эти слова сорвались с его губ, сорок девять фантомов драконов и фениксов почти одновременно прикончили преследуемых воинов из бобов. Они развернулись и, оглашая небо ревом и криками, разом бросились к стоящему в воздухе Ли Чаншоу!
Ли Чаншоу, всё это время шептавший какой-то отсчет, внезапно открыл глаза. Договорив «сорок девять», он негромко выкрикнул:
— Пади!
Всё небо расцвело фиолетовыми молниями, которые, подобно водопаду, обрушились на находящегося внизу Ли Чаншоу.
В этот самый миг фантомы драконов и фениксов, небесный гром и небесное пламя, изначальный лед и астральный ветер — всё одновременно ударило со всех четырех сторон, восьми направлений, сверху и снизу, желая стереть Ли Чаншоу в порошок!
Бессмертная сила Ли Чаншоу вспыхнула бурным потоком, но он не использовал ни одной защитной способности!
Левой рукой он поддерживал правую, сложив пальцы правой в жест меча, и начал быстро читать заклинание. Скорость его речи была такова, что слышалось лишь сплошное жужжание!
Лазурное древо притягивает гром Ян, в сокровенных небесах расцветает цветок Дао!
Истинный смысл пути стабильности заключен в техниках побега!
Вокруг Ли Чаншоу вспыхнула сине-зеленая молния. Она устремилась снизу вверх наперерез небесному сиянию, и Ли Чаншоу с тихим свистом исчез, слившись с этим разрядом!
Продвинутая стадия Древесного побега из Техник побега пяти стихий — Искусство громового побега девяти небес!
Самым его сильным умением, приемом, в котором он преуспел больше всего, были не божественные способности, не построения или ядовитые пилюли, не превращение бобов в воинов и даже не вырезание людей из бумаги!
А…
Двадцать три вида техник побега, на изучение которых он потратил неисчислимое количество сил!
В мгновение ока Ли Чаншоу, следуя за выпущенной им молнией, взмыл в воздух, оставив позади фантомов драконов и фениксов и уклонившись от атак ветра, огня и льда!
Он знал, что у него есть только один шанс!
Небесное бедствие быстро среагирует, и в следующий миг его прижмет к месту и начнет неистово терзать. Возможность применить технику побега была лишь одна!
В этот момент даже Великий монах и Юньсяо-сяньцзы не могли понять, что задумал Ли Чаншоу.
Ли Чаншоу верхом на молнии летел навстречу удару. В этой молнии не было особой мощи, и при соприкосновении с фиолетовым божественным громом она просто рассеялась…
Однако фигура Ли Чаншоу всё еще стремилась вверх. Его силуэт мелькнул перед морем молний и снова…
Исчез!
Люди, наблюдавшие за бедствием, одновременно нахмурились и сосредоточились.
Цюнсяо вдруг вскрикнула:
— Он наверху, он ушел в само сияние грома Небесного бедствия!
Бисяо тоже потрясенно воскликнула:
— Он совершил побег внутрь Небесного бедствия?
Он совершил побег внутрь Небесного бедствия!
В фиолетовом громе Ли Чаншоу превратился в точку света, свободно странствуя посреди разрядов и принимая на себя бушующие потоки силы Небесного бедствия!
Находившиеся внизу фантомы драконов и фениксов, что нацелились на него, теперь сбились в кучу и один за другим стремительно ворвались в фиолетовое море молний!
Две части силы Небесного бедствия, прежде разделенные, теперь столкнулись лицом к лицу, и фантомы драконов и фениксов были мгновенно уничтожены громом этого самого бедствия!
Негодующий рев лазурных драконов, яростный крик божественных фениксов!
В конце концов, всё это превратилось в дождь из света и было разорвано в клочья обрушившимся с небес громом!
Точно так же, как эти фантомы при своем появлении разорвали в клочья призрачных воинов ву-яо!
Ли Чаншоу сейчас тоже приходилось несладко.
Два мощнейших потока силы Небесного бедствия хлынули на него, пересекаясь и ударяя в Ли Чаншоу, всё еще поддерживавшего технику побега!
Снизошла небесная воля, обрушившись на него и выталкивая из громовых разрядов…
Ли Чаншоу проявил свое истинное тело и выплюнул глоток крови. Его бессмертная сила работала на пределе, а Первозданный дух сопротивлялся давлению Неба и Земли!
Он открыл свой разум и дух, принимая силу грома, огня, ветра и льда, и, стиснув зубы, стойко держался внутри Небесного бедствия!
И ему оставалось только держаться!
Теперь, когда самая большая угроза — фантомы драконов и фениксов — была рассеяна громом, вероятность того, что он выстоит до конца без использования Пилюли девяти превращений, приблизилась к девяноста пяти процентам!
А пилюля уже была у него во рту: если не сможет терпеть, просто раздавит её одним движением челюсти!
Но Ли Чаншоу всё еще не смел сказать, что дело «стабильно», и ни на миг не расслаблял разум.
Даже к внутренним демонам, которые не выдержали бы и одного пинка старух, Ли Чаншоу относился с должным уважением.
Можно ли совершить побег сквозь молнии во время перерождения?
Можно!
Но требования к технике побега крайне суровы, а момент для её применения нужно рассчитать с ювелирной точностью — шанс промелькнет и исчезнет в одно мгновение.
Согласно выводам, которые Ли Чаншоу систематизировал и обобщил, гром Небесного бедствия был лишь проявлением его силы.
Сила Небесного бедствия — это испытание для культиватора, но также и его возможность; гром же, в который превращается эта сила, приносит культиватору лишь разрушение.
Если рассуждать с этой точки зрения, то если в момент удара бедствия применить технику побега и ворваться в грозовой разряд, не придется ли принимать на себя исключительно чистую силу Небесного бедствия?
Ли Чаншоу просчитывал это сотни раз, постоянно проверял и в итоге пришел к выводу…
Это, должно быть, лазейка в «системе Небесного бедствия»; если ею воспользоваться, Небесное Дао должно быстро обнаружить это и выбросить его из молний.
Глядя на то, как сегодня проходило его испытание, Ли Чаншоу ещё во время шестой волны Небесной кары задумал использовать этот способ, чтобы уклониться от отряда духовных воинов1 Небесного бедствия. Ради надёжности он приберёг этот приём до самого конца.
Хм, помочь Небесному Дао усовершенствовать Небесную кару — он, Ли Чаншоу, будучи выдающимся учеником врат Дао, считал это своим неоспоримым долгом!
Прошло ещё мгновение, и тело Ли Чаншоу уже окутало бурлящее золотое сияние. Рифма Дао и его аура стремительно пошли вверх, в то время как мощь Небесной кары начала постепенно угасать.
Это испытание Золотого Бессмертного…
Пожалуй, всё надёжно…
Кхм, нельзя раньше времени ставить флаги2, лучше дождаться самого последнего мига.
- língbīng (灵兵, língbīng) — духовные воины или призрачное оружие, созданное из энергии Небесного бедствия. ↩︎
- chā qí (插旗, chā qí) — «вонзать флаги», интернет-сленг, означающий создание «флага смерти» или предзнаменования неудачи из-за излишней уверенности в успехе. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
