Вэй Жао, пока спокойно ждала, уже придумала, что сказать. Услышав вопрос, она коснулась носком туфли земли и так же смущённо проговорила:
— Я только что рассталась с а-нян и хотела побыть одна, погулять здесь, развеяться. Увидев, как четвёртая шэнь вбежала сюда, я испугалась, что вы спросите, почему я здесь, и спряталась. Не ожидала… Четвёртая шэнь, что с вами? Почему вы так горько плачете?
Она не могла упомянуть слова двух маленьких служанок — от этого четвёртой фужэнь стало бы только больнее.
Четвёртая фужэнь заметила, что у Вэй Жао, кажется, есть какая-то тайна, которой трудно поделиться. Из любопытства ей стало уже не так неловко, как мгновение назад. К тому же племянница уже однажды видела её с покрасневшими от слёз глазами — если увидит ещё раз, хуже не станет.
— В такой глуши? Жао-Жао, что-то случилось? — четвёртая фужэнь тоже беспокоилась о Вэй Жао. Она подошла и взяла её за руку.
Вэй Жао опустила голову, делая вид, будто не знает, с чего начать.
Четвёртая фужэнь мягко произнесла:
— Если тебе неудобно говорить, я не стану расспрашивать. Только впредь никогда не уходи одна. Ты недавно вышла замуж и переехала к нам, местность ещё плохо знаешь. А если заблудишься?
Вэй Жао с благодарностью ответила:
— Четвёртая шэнь так добра ко мне.
Четвёртая фужэнь улыбнулась. Увидев, что Вэй Жао, договорив, снова поникла и, кажется, пока не собирается уходить, она не удержалась и снова проявила участие.
Услышав это, Вэй Жао осторожно высвободила руку из ладони четвёртой фужэнь, отвернулась, закрыв лицо руками, и с трудом вымолвила:
— На самом деле ничего особенного. Просто а-нян… она очень хочет внуков и только что спрашивала, делили ли мы со шицзы ложе.
Четвёртая фужэнь сначала удивилась, а затем рассмеялась и нежно сказала:
— У дасао¹ только один ребёнок — Шоучэн, её нетерпение вполне объяснимо. Жао-Жао, не переживай, вы так молоды, скоро обязательно зачнёте.
Вэй Жао застенчиво улыбнулась и, не поднимая глаз, прошептала:
— А-нян тоже так говорит. Более того, она поделилась со мной одним способом, который, как говорят, очень действенный. Он гарантирует, что я забеременею в течение года.
Сердце четвёртой фужэнь затрепетало. Хоть из-за недуга ног четвёртого е они с ним до сих пор не стали настоящими супругами, но раз уж он согласился сбрить бороду, то, возможно, когда-нибудь захочет попробовать снова. Если она заранее узнает этот способ, о котором дасао поведала Вэй Жао, удастся ли ей тоже благополучно родить дитя?
Четвёртая фужэнь в волнении крепко сжала кулаки. Ей хотелось спросить, но слова застревали в горле.
Вэй Жао заметила, как та нервно перебирает пальцы, и, сощурив глаза, внезапно с тревогой спросила:
— Четвёртая шэнь, почему вы снова плачете?
Четвёртая фужэнь инстинктивно хотела уклониться от ответа, но потом передумала. Если она расскажет о своей беде, племянница, такая умная и добрая, наверняка откроет ей секрет зачатия.
Случайная встреча в бамбуковой роще этим вечером — это судьба. Раз уж племянница делится с ней столь сокровенным, скрытничать в ответ было бы проявлением отчуждённости.
Поэтому четвёртая фужэнь призналась, как завидует второй фужэнь и третьей фужэнь. В конечном счёте, всё сводилось к тому, что у неё не было детей.
Разговор завязался, и Вэй Жао подхватила:
— Четвёртая шэнь, не расстраивайтесь. Я расскажу вам о способе, о котором поведала мне а-нян. Попробуйте при случае, вдруг получится.
Сдерживая волнение, четвёртая фужэнь ответила:
— Хорошо… давай. Я уже в таком возрасте, если не попробую сейчас, другого шанса может и не быть.
Вэй Жао рассмеялась:
— Четвёртая шэнь, что за глупости вы говорите! Вам всего двадцать шесть, разве это старость?
Четвёртая фужэнь сдержанно улыбнулась.
Вэй Жао взглянула на неё, внезапно слегка похлопала себя по щекам и застенчиво произнесла:
— Ох, этот способ… мне так неловко говорить о нём.
Четвёртая фужэнь тоже почувствовала, как лицо заливает жар. Однако пересуды тех двух служанок пробудили в ней нежелание сдаваться. Она увлекла Вэй Жао поглубже в рощу и, остановившись, прошептала:
— Здесь только мы вдвоём. Жао-Жао, говори без стеснения, я обещаю, что никому не скажу.
Вэй Жао пробормотала:
— Тогда… если четвёртый Шуфу спросит, скажите, что это лаофужэнь поведала вам. Только не выдавайте меня.
У четвёртой фужэнь покраснели даже мочки ушей:
— Я ни за что не выдам тебя.
В глубине бамбуковой рощи, освещённой лишь скудным лунным светом, Вэй Жао прильнула к уху четвёртой фужэнь и нашептала ей о позе для деления ложа, которую вычитала в одной книжице.
Четвёртая фужэнь едва не сгорела со стыда. Разве может женщина проявлять в таком деле инициативу?
К тому же она столько лет была бесплодна. Её мать и лаофужэнь, не знавшие истинного положения дел, не раз давали ей советы втайне, но она никогда не слышала, чтобы можно было так.
Однако четвёртый е был слишком ранимым. Несколько попыток, которые они предпринимали раньше, заканчивались его гневом и отказом из-за того, что ему было неудобно двигаться. Но если… если четвёртому е не придётся утруждаться, и она сама возьмёт всё на себя, возможно, всё действительно получится.
Стыд стыдом, но четвёртая фужэнь ещё сильнее хотела разделить ложе с четвёртым е, хотела родить от него детей и вместе растить их.
— Ах, говорить об этом так неловко! Четвёртая шэнь, пойдёмте скорее, — кокетливо проговорила Вэй Жао, потянув четвёртую фужэнь за рукав.
На душе у четвёртой фужэнь стало светло. Теперь, когда у неё появилась надежда, сплетни служанок больше её не задевали. Она была преисполнена глубокой благодарности к Вэй Жао.
— Жао-Жао, если этот способ сработает, ты станешь величайшей благодетельницей для нас с четвёртым е, — серьёзно произнесла четвёртая фужэнь, останавливая племянницу.
Вэй Жао не смела приписывать заслугу себе. Если этот способ и поможет, то только благодаря смелости четвёртой фужэнь.
Сама Вэй Жао никогда не смогла бы пойти на такую позу ни с одним мужчиной.
Взявшись за руки, они вышли из бамбуковой рощи. Пройдя немного вместе, они по молчаливому согласию разошлись.
Четвёртая фужэнь, по-видимому, направилась в зал Чжаохуэй. Вэй Жао уже собиралась вернуться той же дорогой, которой пришла, как вдруг из-за старого дерева появилась высокая и стройная фигура.
Вэй Жао уставилась на Лу Чжо, словно увидела привидение:
— Вы… разве вы не ушли пить вино? Почему вы здесь?
Лу Чжо бросил взгляд на бамбуковую рощу на севере и спросил в ответ:
— Почему четвёртая шэнь плакала? О чём вы там говорили?
То, что Вэй Жао обсуждала с четвёртой фужэнь, было невозможно поведать ни одному мужчине.
— Это женские секреты. Шицзы славится своим безупречным следованием правилам приличия, так что лучше вам об этом не выспрашивать.
Лу Чжо поджал губы.
Вэй Жао с улыбкой прошла мимо него.
[¹] дасао (大嫂, dàsǎo) — уважительное обращение к жене старшего брата.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
