Син У вытянул шею и заглянул в экран. На телефоне Цин Е была фотография: девушка прислонилась к парню. Хоть Син У и не знал девушку, парня он уже видел. Это был отправитель посылки.
Глядя на остолбеневшую Цин Е, Син У внезапно стиснул зубы и сказал:
— Ты…
Не дав ему договорить, Цин Е быстро заблокировала телефон, подхватила связку ключей и вскрыла картонную коробку. Вытащив оттуда несколько вещей, она сказала Син У:
— Я буду заниматься.
Син У промолчал, продолжая подпирать дверной косяк и пристально наблюдать за ней. На лице Цин Е не отразилось ни тени волнения. Она просто сложила вещи на письменный стол у окна, отодвинула стул, спокойно села и, уткнувшись в тетрадь, взялась за ручку.
В комнате стало так тихо, будто даже свист ветра за окном стих. Со спины она казалась хрупкой и покинутой, одиноко сидя у окна. Син У долго смотрел на неё, прежде чем выйти и прикрыть за собой дверь.
Около полуночи Ли Ланьфан уже давно спала. Син У, привалившись к дивану, впал в полузабытьё. Телевизор всё ещё работал, транслируя ночные новости. Сквозь дрему Син У послышался какой-то звук снизу. Он медленно открыл глаза, покосился на дверь своей комнаты и заметил, что она почему-то открыта. Затем до него донёсся звук закрывающейся дверцы холодильника на первом этаже.
Он поднялся и, спустившись вниз, увидел маленькую фигурку, сидящую на пороге чёрного хода. С банкой пива в руке она смотрела на серп убывающей луны. Её силуэт словно был заточён в узком дверном проёме. Она созерцала звёздное небо, принадлежавшее лишь ей одной — одинокая и борющаяся с собой.
Эта картина врезалась в память Син У, и он долго не мог прогнать её. Ему внезапно вспомнились слова, которые Ли Ланьфан сказала ему в первый день приезда Цин Е.
— Мать у неё только-только умерла, а отца посадили. Бедняжка, теперь ей только на нас и надеяться.
Тогда эти слова не вызвали у Син У никаких чувств, будто он слушал историю о ком-то совершенно постороннем. Но теперь, глядя на спину Цин Е, он ощутил удушающую тяжесть.
Цин Е снова запрокинула голову и сделала глоток пива. Внезапно за её спиной раздался щелчок зажигалки. Обернувшись, она увидела Син У, прислонившегося к двери. Огонёк сигареты ярко вспыхнул. Затянувшись, он посмотрел на неё сверху вниз:
— Я думал, прилежные ученицы знают, что если топить горе в вине, то горя станет ещё больше.
Цин Е насмешливо хмыкнула и протянула ему банку:
— Выпей со мной.
Син У на мгновение оторопел. Он посмотрел на протянутую банку, затем с некоторым сомнением уставился на неё саму. В конце концов, она уже пила из этой банки, а их отношения вряд ли были настолько близкими, чтобы пить из одной посуды.
Цин Е недовольно прищурилась:
— Что ты ломаешься как девчонка?
Син У усмехнулся и взял пиво. Цин Е отодвинулась, освобождая ему место. Он отбросил сигарету и, перемахнув длинными ногами через порог, сел рядом.
Порог был узким, и они сидели почти вплотную. Случайное касание локтями заставило Син У почувствовать неловкость, но Цин Е, казалось, совсем не замечала этих деталей. Вид у неё был скверный; возможно, к этому примешивалась и капля грусти, но Син У не мог до конца разгадать её истинное настроение.
Он поднёс банку к губам. Мысль о том, что Цин Е только что пила из неё, вызвала странное чувство. Он невольно скользнул взглядом по её влажным и маленьким губам. Его кадык дёрнулся. Сделав глоток, он вернул банку и невзначай спросил:
— Несчастная любовь?
Цин Е пренебрежительно забрала пиво:
— Какая ещё к чёрту любовь?
— Тот, по фамилии Мэн.
Цин Е искоса взглянула на Син У и, поняв, что он всё прекрасно запомнил, даже фамилию, невольно рассмеялась. Она поднесла банку к губам и отпила именно с того места, где только что касался Син У. Вернув банку, она произнесла:
— Он не мой парень.
Син У только взял пиво, как услышал её следующую фразу:
— Если быть точнее, у нас с ним была помолвка.
— … — рука Син У замерла. Он повернул голову и уставился на неё. Помолвка? Сколько же им лет?
Опершись ладонями о землю позади себя, Цин Е посмотрела на усыпанное звёздами ночное небо и тяжело вздохнула:
— Я просто не могу взять в толк. Он, понимаешь ли, с начальной школы хвостиком за мной ходил. В средней школе признался в любви, сказал, что я ему нравлюсь, и что в будущем он на мне женится. Он действительно ко мне хорошо относился, за все эти годы я ни разу не видела, чтобы он смотрел на кого-то другого. И хотя я никогда не думала так рано заводить с ним серьёзные отношения, если бы с отцом не случилось этой беды, думаю, рано или поздно мы всё равно были бы вместе. В конце концов, никто не знает меня лучше него. Скажи мне, я ведь уехала из Пекина всего несколько месяцев назад, верно? Как он мог так быстро с кем-то сойтись? Да ещё и с моей лучшей подругой?
Не дав Син У отхлебнуть, Цин Е снова выхватила пиво и сделала большой глоток. Вытерев рот рукой, она сердито добавила:
— Я правда не против того, что они вместе. Но то, как они это провернули… это подло. Послушай, мы с Жуйханом вместе выросли. Неужели он не мог мне всё рассказать? Если они правда любят друг друга, я бы только порадовалась за них. Разве я похожа на человека с куриным желудком и кишками крысы1?
Син У в такт её словам кивнул. Цин Е грозно сверкнула глазами, и он тут же поспешно замотал головой, забрал пиво и сделал глоток.
- Куриный желудок и кишки крысы (小肚鸡肠, xiǎo dù jī cháng) — образное выражение, описывающее крайне мелочного, завистливого и узколобого человека. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
