Ну и хорошо, Сян Хайкуй с облегчением выдохнула.
Она также уяснила один факт: впредь не стоит особо полагаться на Бай Синсяня, он всего лишь кошелек с деньгами и поддержка в лечении.
Сян Хайкуй отпустила его и махнула рукой, веля возвращаться в каюту и прятаться там.
В этот миг песчаный монстр наконец явил свой истинный облик — гигантское лицо, состоящее из песчинок.
Под завывания ветра оно издало резкий злобный хохот.
Нанятые владельцем судна бойцы уже заняли свои места. Держа в руках разнообразные магические инструменты, они демонстрировали всё своё мастерство, однако сила, исходившая от этих предметов, при попадании в песчаного монстра исчезала словно глиняный бык, входящий в море1, не принося никакой пользы.
— И правда встретили, — когда все бросились в каюту, Лу Сицяо, напротив, вышел против толпы с длинным мечом в руках; вид у него был довольно воодушевленный.
Защитный барьер летающего челна вот-вот должен был разбиться, Сян Хайкуй копила в себе неистовство.
Лу Сицяо первым бросился вперед с мечом, владелец судна не успел его остановить:
— Лу-гунцзы, ни в коем случае не действуйте опрометчиво, это же песчаный…
Стоило ему покинуть защитный барьер челна, как свист ветра оглушил его; Лу Сицяо совершенно не слышал, что кричал владелец, но лицо его мгновенно изменилось.
Недавнее возбуждение сменилось ужасом.
Не то что атаковать — он даже не мог больше управлять собственным телом.
Лицо песчаного монстра с силой вдохнуло, и вихри песка потащили его прямиком в пасть чудовища.
Когда казалось, что он вот-вот будет проглочен, мелькнула черная тень.
Ее скорость превышала скорость засасывания: совершив красивый разворот, тень ударила его ногой в живот, отшвырнув назад.
Лу Сицяо тут же выплюнул кровь от удара и рухнуло на палубу.
Его слуги поспешили к нему:
Кости Лу Сицяо едва не рассыпались от удара, он сплюнул кровь еще несколько раз.
Владельцу судна и остальным было не до него, они смотрели вперед на мечника, сражающегося с песчаным монстром.
Фигура была замотана, словно цзунцзы2, так что не разобрать — мужчина это или женщина. Меч в руках тоже выглядел странно; если бы не рубящие движения, было бы вовсе не узнать в ней мечника.
Она не была ровней песчаному монстру, но скорость уклонения и отражения песчаных стрел…
Ого, с такой скоростью рук, будь это мужчина, неизвестно, сколько лет одиночества пришлось бы провести, чтобы так натренироваться.
— Скорее отступаем! — отдавал команды владелец, чувствуя в душе благодарность.
Сян Хайкуй лишь сдерживала врага, поэтому ей было довольно легко; она и не замечала, насколько высока ее скорость, лишь надеялась, что отец придет поскорее.
Когда силы были уже на исходе, наконец раздался свист сигнальной стрелы.
Глаза Сян Хайкуй ярко блеснули, и она вновь взбодрилась.
Световая стрела, пронзая песок и ветер, пронеслась мимо; там, где она пролетала, песок рассеивался, а ветер стихал.
Сян Хайкуй поспешила воспользоваться моментом, нагнала челн и проскользнула внутрь.
— Городской глава Серебряных Песков прибыл! — громко выкрикнул кто-то на борту.
Тут же раздались радостные возгласы спасенных.
Челн снова остановился, и Сян Хайкуй вместе со всеми выбежала на палубу, глядя вперед.
На самом деле разглядеть ничего не удавалось, виднелись лишь мерцающие искры.
Вскоре песок и ветер улеглись, и показалась группа людей, прибывших из города Серебряных Песков.
Там была Сян Тяньцин в алом платье и несколько стражников, но глаза Сян Хайкуй видели только ее отца, Сян Хэна.
— Все в порядке? — облаченный в строгие черные одежды Сян Хэн опустился на палубу.
Владелец и остальные поспешили поблагодарить его.
Лу Сицяо, с трудом продираясь сквозь толпу, вышел вперед и резко спросил:
— Великий городской глава Сян, как же вы управляете Серебряными Песками!
Сян Хэн взглянул на него:
— А иначе что, мне уйти в отставку и просить правителя прислать управлять городом тебя?
Лу Сицяо тут же лишился дара речи. В их семье Лу был предок, достигший стадии Преодоления бедствий, поэтому он ни во что не ставил окружающих. Он хотел было уйти, картинно взмахнув рукавом, но это потревожило рану в груди, и он снова сплюнул кровь.
Проклятье, где тот человек, что ударил его ногой?!
Он огляделся вокруг, но никого не нашел. Пусть это и было спасение, но зачем же бить так сильно?!
В тот момент Сян Хайкуй была во власти неистовства, поэтому и правда ударила слишком крепко, но теперь, глядя на его состояние, подумала про себя, что стоило ударить еще сильнее — так, чтобы он и пошевелиться не мог!
Челн приготовился продолжить путь.
Путь отсюда до города Серебряных Песков был очищен от препятствий; Сян Хэн оставил на борту несколько человек, а сам собрался первым вернуться в город.
Но когда он уже был готов отправиться, то почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.
На него смотрели многие, в основном с любопытством или благоговением, но этот взгляд был странным, необъяснимым.
Он невольно остановился, обернулся и посмотрел в ответ.
На палубе стояла молодая девушка с прической в виде пучков; ее большие глаза наполнились слезами, и она с обидой смотрела на него.
Сердце Сян Хэна внезапно екнуло.
— Де. Что случилось? — увидев, что он не уходит, Сян Тяньцин тоже остановилась.
Сян Хэн не ответил, и тогда Сян Тяньцин проследила за его взглядом и тоже увидела Сян Хайкуй.
Сердце Сян Тяньцин тоже дрогнуло. Может ли это быть она?
Это она!
Сян Хэн не видел свою дочь уже более двухсот лет; в тот год, когда он ушел, малышке было всего девять.
Сян Хэн и сам был сиротой, и всякий раз при мысли о том, что дочери придется пройти через те же страдания, что когда-то выпали на его долю, его сердце обливалось кровью. Разве мог он забыть ее облик?
Напротив, он становился всё отчетливее.
Он раз за разом представлял, как будет выглядеть дочь, когда вырастет, и один из этих образов был поразительно близок к лицу перед ним.
Вокруг были люди, когда Сян Хайкуй позвала:
— Де.
После этого возгласа все прибывшие из города Серебряных Песков замерли в оцепенении.
— Сяо Куй! — Сян Хэн поспешно подлетел к ней!
Стражник рядом с Сян Тяньцин спросил:
— Да-цзецзе, неужели она — вторая дочь городского главы, скитавшаяся на чужбине?
Сян Хэн собирался забрать Сян Хайкуй и заранее предупредил об этом всех остальных.
Сян Тяньцин помолчала немного и кивнула.
Все снова принялись с любопытством разглядывать Сян Хайкуй — почему же она совсем не похожа на городского главу?
- глиняный бык, входящий в море (泥牛入海, ní niú rù hǎi) — образное выражение, означающее ситуацию, когда что-то исчезает бесследно. ↩︎
- цзунцзы (粽子, zòngzi) — традиционное китайское блюдо из клейкого риса, плотно обернутое листьями и перевязанное нитями. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
