Не спрашивайте, почему совершенствующиеся всё ещё боятся условий пустыни: здешняя песчинка весит столько же, сколько целая горсть песка на Земле, и от её удара по лицу становится очень больно.
Солнце здесь тоже палит беспощаднее: всего за два дня оно способно превратить человека в вяленое мясо.
А также здесь полно всяких бурь, песчаных зверей и каменных монстров.
Например, прямо сейчас под её ногами кружило множество песчаных обезьян.
Песчаные обезьяны не обладали большими силами, но очень любили проказничать. Круглый год они сновали в толще песка и могли внезапно вытянуть лапы наружу, схватить за ноги идущее сверху вьючное животное и перевернуть его.
Однако теперь на щиколотках вьючных животных были закреплены многочисленные шипы, очень напоминающие усыпанные заклепками напульсники в стиле панк. Боясь уколоться, песчаные обезьяны больше не осмеливались действовать опрометчиво.
Всё это не представляло для Иньша самой большой угрозы.
Настоящим же ужасающим врагом было племя двуформных демонов.
Возле заставы Юймэньгуань в Хуася есть свой Город Дьявола, и за стенами города Иньша тоже лежал Город Дьявола, в котором обитало племя умеющих перевоплощаться двуформных чудовищ.
В обычное время они принимали человеческий облик, от рождения обладали невероятной силой и крепким телосложением.
Во время боя они могли трансформироваться прямо на месте, подобно оборотням в ночь полнолуния, принимая облик демонических зверей, отчего их сила возрастала еще в несколько раз.
Когда Сян Хайкуй впервые услышала об этом, её волосы и кости содрогнулись от ужаса1, но после того как она начала постигать Тянькуан и узнала, что в состоянии безумной ярости сама может превращаться в Цзяолуна, это перестало казаться ей чем-то особенным.
Она даже подозревала, что, когда патриарх Школы Меча выковывал Тянькуан, он, возможно, взял за основу этих двуформных чудовищ.
К счастью, на протяжении всего пути до самого места назначения ей не попалось ни одного крупного гада.
Едва она успела порадоваться, как её сердце тревожно ёкнуло.
Мама родная, она снова увидела Лу Сицяо!
Этот искатель неприятностей неподвижно стоял на песчаном бархане — судя по всему, он угодил в беду.
Сян Хайкуй как раз раздумывала, не подойти ли ей проверить, в чём дело, вырубить его и утащить обратно, чтобы избавить отца от лишних хлопот, как Лу Сицяо заметил её первым и, словно после долгой засухи встретил благодатный ливень2, взволнованно закричал:
Сян Хайкуй погнала своё вьючное животное, и оно резво зашагало к нему.
— гунян, помогите мне! — Лу Сицяо её не знал, да и выпустить божественное чутье сейчас не мог, а потому не мог распознать уровень её совершенствования.
Однако она несла за спиной оружейный короб и осмелилась в одиночку отправиться за заставу, так что точно не была обычным человеком.
Сян Хайкуй оглядела песок под его ногами, не решаясь подойти слишком близко:
— Что случилось с гунцзы?
— Сам не знаю, — ответил Лу Сицяо. — Стоило мне ступить в это место, как вьючное животное внезапно увязло. Я упал на землю, а когда поднялся, мои ноги словно прилипли к песку, и теперь я не могу пошевелиться.
Сян Хайкуй нахмурилась: что это за чудовище? Ей никогда не приходилось слышать о подобном.
— гунян, меня зовут Лу Сицяо, я прямой потомок рода Лу из столицы. Знаешь о роде Лу? Вся Торговая палата Чжунчжоу держит треть своих ресурсов в руках моей семьи. Только спаси меня, и можешь называть любую цену, какую захочешь, — Лу Сицяо ударил себя в грудь с исключительной щедростью.
Сян Хайкуй бросила в его сторону духовную жемчузину, и та, едва оказавшись в границах участка Лу Сицяо, тут же рухнула на землю, словно притянутая магнитом.
Что бы это ни было за чудовище, оно вряд ли отличалось могуществом, ведь Тянькуан никак не отреагировал, посчитав его ниже своего достоинства.
— Спасти тебя я могу, но ты должен пообещать мне, что немедленно покинешь приграничные земли и вернешься в столицу.
— Так не пойдет, — отказался Лу Сицяо. — У меня за заставой есть важное дело.
— И что же тебе нужно сделать?
— Я…
— Говори правду, иначе я не стану тебя спасать.
— гунян правда может меня спасти?
— Могу, — Сян Хайкуй не стала тратить слов попусту. С негромким щелчком она открыла заплечный короб, вытянула Тянькуан и, направив остриё на него, выразительно приподняла брови.
Этот меч..!
— Это ты! — вспомнил Лу Сицяо. Это же тот самый человек, который пнул его тогда на летающем корабле!
В тот же миг его обуяла ярость, а в груди снова заныло; ему нестерпимо захотелось обругать её, однако она и впрямь однажды уже выручила его, да и сейчас приходилось на неё полагаться.
Лу Сицяо немного поразмыслил:
— Тогда ты тоже пообещай: я расскажу тебе, но ты никому больше не проболтаешься.
— Идёт.
— Дело в том, что в одной из пещер за заставой запечатан демон Шангу. Этот демон Шангу совсем не прост, в древние времена он был владыкой здешней великой пустыни.
— Один великий клан из Чжунчжоу проведал об этом и нанял выдающегося мастера массивов, который тайно прибыл сюда много лет назад. Всё это время он разыскивает место заточения, собираясь выпустить демона Шангу, чтобы сокрушить приграничную оборону Сян Хэна, убрать Сян Хэна — этот гвоздь в своём глазу, а заодно ввергнуть границу в хаос и нажиться на национальном бедствии.
Сян Хайкуй хорошенько порылась в воспоминаниях о своих снах — кажется, нечто подобное и впрямь происходило.
Вот только тому демону Шангу крупно не повезло с предначертанной судьбой.
Вырвавшись на свободу, он вознамерился устроить великую резню во всех четырёх сторонах света и вернуть себе былое грозное величие.
Однако в то самое время её отец как раз впал в безумие и поддался демонам, начисто вырезав всё приграничье — так, что чудовищу не осталось даже жалких крох.
Обделенный вниманием демонический зверь в ярости отправился к её отцу, чтобы поговорить по справедливости, да там его насмерть и забили.
От самого начала и до конца он не сумел поднять даже малейшего всплеска воды.
Сян Хайкуй почесала затылок:
— Это Мэн Силоу?
— Да что Мэн Силоу смыслит в массивах! — Лу Сицяо презрительно махнул рукой. — К тому же эту весть раздобыл мой род Лу, и мастера массивов наняла тоже моя семья. Кого угодно бы пригласили, только не этого по фамилии Мэн.
- содрогнулись волосы и кости (毛骨悚然, máo gǔ sǒng rán) — китайский идиом, означающий крайнюю степень ужаса, когда от страха волоски встают дыбом, а по телу пробегает дрожь. ↩︎
- встретил благодатный ливень после долгой засухи (久旱逢甘霖, jiǔ hàn féng gān lín) — китайский идиом, означающий огромную радость от своевременного избавления от бед или обретения желаемого. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
