Люди, любящие сплетни, не меняются — таков уж дух деревни Дахэ.
С одной стороны, все хотели поживиться за счёт Ся Дачжуна, но это не мешало им вовсю обсуждать, что Сяо Юй забеременела до свадьбы.
Всем было очень любопытно, откуда взялась эта новая невестка, Сяо Юй.
Но Сяо Юй была немногословна и, как бы её ни расспрашивали, ничего не рассказывала.
Сяо Юй два дня пролежала в больнице на сохранении, после чего они с Ся Дачжуном покинули Анцин и вернулись в его родной уезд Хэдун. Уезды граничили друг с другом, так что добираться было удобно. Набрав полные руки сумок и пакетов, Ся Дачжун в тревожном ожидании отправился в семью Фань просить руки их дочери.
В семье Фань и не надеялись, что дочь, ушедшая из дома без предупреждения, когда-либо вернётся.
Из-за того что Сяо Юй связалась с Фань Чжэньчуанем, а её прежний жених устроил скандал, семья Фань сильно опозорилась и с тех пор считала, что дочь для них умерла.
Однако на этот раз Сяо Юй вернулась и заявила, что выходит замуж. Ся Дачжун выглядел на добрый десяток лет старше неё, зато у него была официальная работа. К тому же Сяо Юй была беременна, так что семья Фань не посмела придираться к кандидату — они прекрасно понимали, какая репутация теперь у их дочери.
Они не стали чинить Ся Дачжуну никаких препятствий и поскорее помогли оформить все документы для Сяо Юй.
Выйти замуж — это хорошо, пусть теперь идёт и изводит семью Ся!
Из-за этой постыдной причины Сяо Юй получила справку в уезде Хэдун на удивление легко, так что Ся Дачжун даже решил, что родители Фань Юй — очень добрые люди.
Прижимая к груди новенькое свидетельство о браке, Сяо Юй окончательно успокоилась:
— Дачжун-гэ, они не стали помыкать тобой только потому, что я беременна. Беременность до свадьбы — это дурная слава, обещай, что никогда не станешь презирать меня за это.
Сердце Ся Дачжуна было переполнено радостью:
— Что за глупости ты говоришь! Теперь мы законные муж и жена. Ты родишь мне, Ся Дачжуну, сына, как же я могу тебя презирать!
В отношениях новоиспечённых супругов появилась некоторая новизна, и даже во взгляде Сяо Юй на Ся Дачжуна прибавилось искренности.
Если получится жить с Ся Дачжуном спокойно и стабильно, это будет совсем неплохо.
Сяо Юй хотела уехать сразу после свадьбы, но послезавтра отцу Фань исполнялось пятьдесят лет. Ся Дачжун, как новый зять, хотел проявить себя и настоял на том, чтобы отпраздновать юбилей тестя.
Разве с деньгами это проблема? Он вручил матери Фань несколько сотен юаней — на такую сумму можно закатить достойный банкет.
Ся Дачжун повёл Сяо Юй гулять по уезду Хэдун. Она шла, опустив голову и стараясь не привлекать внимания, но Ся Дачжун совершенно не понимал чувств жены и привёл её в универмаг:
— Выбери себе сначала какой-нибудь новый наряд. В таких захолустных местах фасоны некрасивые, вот вернёмся в Пэнчэн — купим ещё несколько комплектов.
Когда случается радость, и на душе становится светлее — Ся Дачжун сорил деньгами чрезвычайно щедро.
Сяо Юй наугад выбрала костюм на прилавке, а Ся Дачжун вдобавок купил по комплекту одежды для её отца и матери.
Много ли в уезде Хэдун универмагов?
Лю Фан работала именно здесь. Увидев Ся Дачжуна, она поначалу не решилась его окликнуть — она ведь видела бывшего зятя всего несколько раз. Но вот внешность Сяо Юй Лю Фан ни за что бы не спутала — разве это не маленькая няня Фань Чжэньчуаня?
Та самая няня, что крутила любовь с Фань Чжэньчуанем и свела в могилу его законную жену. Мать Фань Чжэньчуаня её ненавидела; если бы не желание прогнать Сяо Юй, тётя Фань не стала бы так спешно искать Фань Чжэньчуаню молодую и красивую жену.
Лю Фан осторожно позвала:
— Ся Дачжун?
Тот обернулся и сразу узнал её.
Тут уж ничего не поделаешь — Лю Фан в своё время вышла замуж за государственного кадра и в родительском доме держалась очень высокомерно!
— Тётя Сяо Лань, почему вы здесь?
Лю Фан усмехнулась:
— А я-то думала, что обозналась. Вы это что же…
Ся Дачжун приобнял Сяо Юй:
— Мы только что поженились, пришли прикупить кое-чего.
Ся Дачжун не знал о скверных отношениях между Лю Фан и Ся Сяолань. Лю Фан была из семьи Лю, и ему не хотелось ударить в грязь лицом перед роднёй бывшей жены. В нём даже проснулось желание похвастаться: Лю Фэнь не захотела воссоединяться с ним, зато он взял в жёны молодую и красавицу Сяо Юй. Лю Фэнь, если и захочет снова выйти замуж, вряд ли найдёт кого-то достойного. Раньше она путалась с тем мужчиной, владельцем магазина одежды, но разве этот торговец, который моложе Лю Фэнь, действительно возьмёт её в жёны?
Ся Дачжун женился на Сяо Юй!
Лю Фан была готова расхохотаться во весь голос.
Не то чтобы она радовалась за Лю Фэнь и Ся Сяолань — это было чистое злорадство. Эта Порванная обувь Сяо Юй умудрилась стать мачехой Ся Сяолань! Когда Ся Сяолань узнает об этом, она наверняка умрёт от злости.
Если Ся Сяолань будет плохо, то Лю Фан будет хорошо!
Сяо Юй застыла как вкопанная. Как же так вышло, что она столкнулась с женой Лян Бинаня? Лю Фан знала всю её подноготную, к тому же она была родной тёткой Ся Сяолань. Сяо Юй по-настоящему испугалась, что Лю Фан выложит всё как есть.
Но Лю Фан лишь улыбнулась ей и ничего не сказала.
Сяо Юй поспешно потянула Ся Дачжуна прочь:
— Дачжун-гэ, мне что-то нехорошо, давай вернёмся?
Ся Дачжун спохватился: ну зачем он начал болтать с сестрой Лю Фэнь при Сяо Юй? Вполне естественно, что она расстроилась.
Ему больше не хотелось хвастаться, он боялся, как бы Сяо Юй снова не стало плохо с ребёнком.
— Тётя Сяо Лань, я пойду!
Лю Фан, сдерживая смех, смотрела, как Ся Дачжун осторожно уводит Сяо Юй. Почему она поглаживает живот — неужели беременна? Ся Дачжун, этот болван, скорее всего, и не догадывается, какая дрянь ему досталась.
Ся Дачжуну не повезло, Ся Сяолань будет в ярости, а Лю Фан торжествовала и радовалась весь день.
Даже вернувшись домой после работы, она всё время улыбалась, чем окончательно сбила с толку Лян Бинаня.
— Ты что, сегодня деньги на дороге нашла?
К настоящему времени Лю Фан смирилась с тем, что Лян Бинань сидит дома без работы. У них были общие сын и дочь, Лян Бинань перестал по каждому поводу орать на неё, и отношения между супругами постепенно начали налаживаться.
— Ты даже не представляешь, кого я сегодня видела!
Лю Фан набивала себе цену, но Лян Бинань не обращал на неё внимания, поэтому она не выдержала и сама рассказала о свадьбе Ся Дачжуна и Сяо Юй:
— Представляешь, как не везёт моей второй сестре? Ся Дачжун, похоже, разбогател, так щедро покупал вещи этой нянечке Фань Чжэньчуаня. Из всех женщин мира он выбрал именно её!
Лян Бинань на мгновение замер, а придя в себя, пришёл в ярость:
— Ты глупа как пробка! Ты посмотри, как сейчас живёт твоя вторая сестра, а ты над ней смеёшься? Как бы хорошо ни жил Ся Дачжун, разве он даст тебе хоть копейку? А вот со стороны второй сестры, хоть они раньше и злились на нас, постепенно ещё можно найти путь к примирению!
Лян Бинань до сих пор не выяснил, что за человек приезжал в семью Лю на Новый год.
Но начальник уезда Фань из Анциня действительно наносил визит — как и говорили в деревне Цицзиньцунь, он даже в дом не зашёл, стоял снаружи на холодном ветру.
Важно ли, был ли этот большой начальник, о котором все твердили, мужчиной Лю Фэнь?
Суть в том, что семья Лю наладила связи с такой важной персоной, и раз тот готов с ними общаться, Лян Бинань позже, набравшись наглости, поехал в деревню Цицзиньцунь, но никого не застал.
Он постоянно думал об этом, но, к сожалению, ни Лю Фэнь, ни Ся Сяолань не было в Юнани, Лю Юна тоже не было. Осталась только Ли Фэнмэй, которая управляла магазином одежды в Шанду. Лян Бинань заставлял Лю Фан почаще заходить в «Лань Фэнхуан», чтобы обязательно наладить отношения с Ли Фэнмэй.
Ли Фэнмэй была очень плохого мнения о Лю Фан, и та каждый раз натыкалась на холодный прием, так что после нескольких попыток ей перехотелось туда ходить.
Лян Бинань злился на её бесхарактерность. Когда тебе что-то нужно от людей, разве пара холодных слов — это помеха? Он, как мужчина, не мог целыми днями приставать к Ли Фэнмэй, но будь он на её месте, даже если бы с неба падали камни, а на земле лежали ножи, ничто не помешало бы ему восстановить отношения.
— Сделаем так: знает твоя вторая сестра об этом или нет, поезжай в Шанду и расскажи обо всём тёте Хуаньхуань. Я знаю, тебе не нравится работать продавщицей в универмаге, но разве я хочу, чтобы ты там торговала лицом? Сможет ли наша семья вернуться к прежней жизни, зависит от того, сменят ли гнев на милость твоя сестра и племянница!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
