Тьфу! Виделась-то с Тан Хунэном всего пару раз в семье Сунь, а туда же — любовь с первого взгляда.
Если бы старик не ценил Тан Хунэна, да и сам тот не был бы вполне хорош собой, разве стала бы двадцатилетняя девица влюбляться в него с первого взгляда?
Сунь Наньчжэнь всё прекрасно понимала. Некоторые люди всю жизнь остаются наивными простаками, а другие — изо всех сил стремятся к власти. Для дочери из обычной семьи выйти замуж за Тан Хунэна означало взлететь до небес. А если у семьи были свои амбиции, они тем более не упустили бы шанса породниться с ним.
Сунь Наньчжэнь усмехнулась, в душе глубоко презирая свою вторую невестку.
Заранее распустить слухи о том, что её кузина влюбилась в Тан Хунэна с первого взгляда, и несколько лет разыгрывать карту безответной страсти в надежде, что старик вмешается?
Если бы старик заговорил, Тан Хунэн наверняка бы его послушал.
Но, к сожалению, старик в прошлом уже ошибся, выступая в роли свахи, и теперь, вероятно, испытывал перед Тан Хунэном лишь чувство вины, так что вмешиваться ни за что бы не стал!
Двадцатилетняя девушка дотянула до тридцати и всё ещё не вышла замуж; Сунь Наньчжэнь подумала, что вторая невестка должна беспокоиться об этом гораздо сильнее неё самой.
Хо Чэньчжоу, вспоминая о Ся Сяолань, тоже чувствовал головную боль:
— Я не видел новую жену мэра Тана, но уже встречался с её дочерью. Она молода, но очень хваткая. Я крайне не рекомендую вам пытаться зайти с этой стороны. Если всё получится — хорошо, но в случае неудачи мы не только наживём врага в лице мэра Тана, но и создадим противника для всей нашей семьи… Мэр Тан дал понять: если я хочу развивать бизнес в Пэнчэне, я не могу игнорировать его будущую падчерицу.
Сила Ся Сяолань заключалась вовсе не в её успехах в учёбе.
В деле с проектом отеля «Наньхай» она с поразительной точностью просчитала психологию гонконгских бизнесменов.
Чего стоила одна её способность самостоятельно заниматься строительством жилья. В некоторых аспектах Тан Хунэн мог ей помочь, но взвинтить цену участка земли с трёх до пятнадцати миллионов всего за полмесяца — это не то, в чём мэр мог бы посодействовать. По крайней мере, за те две недели правительство Пэнчэна не объявляло ни о каких выгодных указах, которые могли бы подтолкнуть цены; Ся Сяолань сама провернула эту земельную спекуляцию.
Ся Сяолань сделала деньги из воздуха, использовав авансы за строительные работы от «Дунфэн Холдингс» для застройки жилых кварталов. Хо Чэньчжоу это злило, но он не мог не восхищаться её талантом.
Не стоило смотреть на Ся Сяолань как на обычную студентку — она была прожжённой предпринимательницей.
И как расчетливый человек, желающий развиваться в Пэнчэне в долгосрочной перспективе, она обязательно будет мертвой хваткой держаться за свою опору в лице мэра Тана. Если Ся Сяолань узнает, что кто-то пытается увести её покровителя, она наверняка пойдёт до конца.
Хо Чэньчжоу не хотел принижать достоинство своей семьи, но считал должным предупредить мать:
— Падчерицу мэра Тана зовут Ся Сяолань. С ней очень трудно иметь дело, она хитра как лиса. Нельзя недооценивать её из-за возраста. Если вы внимательно её изучите, то заметите, что вся эта семейка поднялась невероятно быстро!
Обычным людям требуются долгие годы борьбы, чтобы вырваться из своего социального слоя.
Хо Чэньчжоу, намереваясь использовать компанию «Юаньхуэй», разумеется, проверил её подноготную.
Лю Юн был обычным крестьянином из деревни в провинции Юнань. Он приходился Ся Сяолань дядей по матери, а значит, и она сама была того же происхождения.
Однако за какой-то год или два семья Лю уже вовсю общалась с мэром. Скорее всего, в этой семье простых людей нет. Кто-то выбивается в люди исключительно благодаря удаче, но без способностей удачу не удержать. Хо Чэньчжоу боялся, что его мать недооценит противника и в итоге может больно споткнуться.
Сунь Наньчжэнь кивнула:
— Ты думаешь, я настолько глупа, чтобы позволить использовать себя как чужое орудие? События произошли только утром, а к вечеру я уже получила новости. Угадай, кто намеренно хотел заставить меня высунуться первой?
На такое была способна только Цзи Я.
Сунь Наньчжэнь ещё в молодости её презирала.
Семья Цзи из себя ничего особенного не представляла, а Цзи Я величали не иначе как «Жемчужиной Пекина». Если Цзи Я — жемчужина, то все остальные, выходит, рыбьи глаза и битый камень? Просто семья Сунь вела себя скромно, и Сунь Наньчжэнь не было нужды бороться за столь пустые титулы.
Цзи Я — набитая дура, у которой за эффектной внешностью скрывался багаж абсолютно бесполезных знаний.
Сунь Наньчжэнь терпеть не могла Цзи Я ещё и за то, что та бросила Тан Хунэна в самый критический момент. И дело было не только в самом Тан Хунэне — семья Цзи, эти флюгеры, просто не верили, что старик сможет восстановить свои позиции… Ха-ха, ну и проницательность.
Сунь Наньчжэнь знала, что делает, и на самом деле не придала большого значения словам Хо Чэньчжоу о «хваткой падчерице».
Чэньчжоу всё-таки ещё слишком молод. Видимо, он не встречал по-настоящему грозных людей, раз так опасается девчонки.
Хватка и способности человека наполовину зависят от семейного воспитания, а наполовину — от жизненного опыта.
Что может быть у этой девчонки по имени Ся Сяолань?
…
После того как Лю Фэнь вернулась в Пекин со свадьбы Цзи Я, в ней произошли некоторые перемены.
Когда Ма Со снова начал ошиваться рядом с ней, Лю Фэнь довольно деликатно рассказала ему о том, что теперь она вместе с Тан Хунэном.
Лицо Ма Со часто бывало суровым, а из-за грубых черт он выглядел довольно пугающе, когда молчал.
Он, казалось, не слишком удивился, лишь выражение его лица стало тоскливым:
— Видимо, ты уже всё обдумала. Товарищ Тан работает в Пэнчэне, он явно человек непростой. Больше я не смогу о тебе заботиться. Береги себя, товарищ Лю Фэнь. Если решите пожениться, не забудь пригласить меня на свадьбу — я всё же хочу, чтобы у тебя всё было хорошо!
Ма Со проявил понимание, и Лю Фэнь стало не по себе.
Возможно, ей следовало набраться храбрости и четко отказать ему раньше, чтобы он не тратил столько времени впустую.
К Ма Со у неё не было никаких чувств, а с Тан Хунэном она поначалу из-за неуверенности в себе затянула ситуацию, доведя всё до такого состояния.
Ма Со отнёсся к этому философски, от чего Лю Фэнь чувствовала себя ещё более виноватой.
Она полагала, что ей нужно разобраться только с Ма Со, и ещё не осознавала, какой резонанс в частных кругах вызовет открытое признание её отношений с Тан Хунэном. Например, её будущие сваты — Чжоу Гоцзинь и Гуань Хуэйэ — в этот момент сидели дома и во все уши слушали, что говорит Ся Сяолань.
— Значит, мэр Тан и твоя мама… вы действительно сопровождали мэра Тана на свадебном банкете?
Хотя семья Чжоу не пошла на свадьбу Цзи Я из-за её конфликта с Ся Сяолань, Гуань Хуэйэ всё равно следила за происходящим.
В кругу их общих знакомых было немало людей. Одна из приглашённых дам видела Гуань Хуэйэ и Ся Сяолань на одном приёме, а лицо Ся Сяолань было таким, что, увидев его однажды, забыть невозможно.
Как только та гостья вернулась и рассказала об увиденном, Гуань Хуэйэ обо всём узнала.
Удивительно, но семья Чжоу до этого момента не слышала даже малейшего слуха.
Ся Сяолань привели в дом Чжоу для «допроса». Гуань Хуэйэ спрашивала сдержанно, и Ся Сяолань не видела смысла что-то скрывать:
— Они действительно сейчас на стадии знакомства, всё ещё окончательно не решено, поэтому я и не говорила вам с дядей Чжоу.
Гуань Хуэйэ покачала головой:
— Я тебя не виню. Это личное дело твоей мамы, не кричать же об этом в мегафон на весь свет? Просто мы с твоим дядей Чжоу чуть было неправильно не поняли мэра Тана. Хорошо, что теперь всё прояснилось!
Она и Лао Чжоу, видя, как Тан Хунэн добр к Сяо Лань, грешным делом подумали, что он положил на неё глаз и хочет забрать её в невестки для своего сына.
Супруги уже ломали голову над тем, как защитить невесту своего сына, пока тот заперт в сухопутной академии, и только теперь поняли, что это было недоразумение.
Тан Хунэн интересовался не самой Сяо Лань, а проявлял к ней заботу ради её матери.
Гуань Хуэйэ было всё равно, чьей «падчерицей» станет Ся Сяолань. Наличие Тан Хунэна за спиной не означало, что они станут ценить её больше; Ся Сяолань заслужила признание семьи Чжоу исключительно благодаря своим личным качествам.
Вдруг Гуань Хуэйэ сделала паузу:
— …Появились новости о Чжоу И.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
