Власть и богатство повышают конкурентоспособность мужчины.
В живой природе самцы птиц строят красивые гнезда, чтобы привлечь самок; люди же — всего лишь высшие приматы, и женский инстинкт также заставляет выбирать более сильных самцов. В первобытном обществе критерием было умение добыть достаточно дичи, в феодальном — количество земли во владении, а в современном обществе это, разумеется, власть или деньги.
А лучше и то, и другое сразу!
Мужчины, обладающие властью и богатством, прекрасно осознают свои преимущества. Уверенность позволяет им держаться перед женщинами непринужденно, в их словах и поступках чувствуется внутренняя сила. И если поставить рядом с таким человеком мелочного и скупого мужчину, то выбор спутника жизни для женщины станет очевидным!
Нельзя сказать, что мысли Ли Юна были ошибочны. Даже в материковом Китае, где нравы все еще оставались довольно простыми, мужчина с городской пропиской и официальной работой всегда был завидным женихом на рынке сватовства… Исключение составлял лишь один случай: если парень был необычайно хорош собой, тогда и прописка, и работа отходили на второй план.
Однако в мире есть и такие женщины, которые предпочитают добиваться желаемого собственным трудом и находят в этом процессе особое упоение. Для них власть и богатство мужчины не имеют большой притягательной силы.
Ли Юн был весьма самоуверен, но он не знал, что мистер Харолд Уилсон когда-то был преисполнен такой же уверенности.
Деньги и власть?
В Америке деньги — это и есть власть, законы здесь пишутся едва ли не специально для богачей.
Богатые люди могут задействовать колоссальные общественные ресурсы, они даже способны объединяться, чтобы манипулировать выборами!
Поэтому Харолд, обладавший и властью, и деньгами, — а любой гладкий предмет, способный отражать человеческий силуэт, напоминал ему, что он к тому же удачно унаследовал превосходную внешность семьи Уилсон, — этот безупречный «бриллиантовый холостяк», встретив Ся Сяолань, увидел, как его уверенность разлетается вдребезги!
Если бы Харолд узнал о самонадеянных мыслях Ли Юна, он бы непременно одарил того презрительным взглядом, предоставив оппоненту самому осознать свою ничтожность.
Разговаривать?
С какой стати ему разговаривать с каким-то мелким иностранным студентом? Тратить время на никчемных людей совершенно не соответствовало ценностям Харолда.
У любой вещи и у любого человека в этом мире есть своя цена, и «время» не исключение.
Разве за деньги нельзя купить время?
У обычного человека в сутках двадцать четыре часа: семь-восемь уходит на сон, а остальное съедает готовка, уборка, стирка и прочая суета. Сколько же времени это отнимает?
Богатый человек может нанять людей для выполнения этих дел и, по сути, купить себе время!
Тратить время на Ся Сяолань — это не расточительство. На нее приятно смотреть, к тому же она очень интересная. Харолд раньше наговорил лишнего и теперь втайне жалел об этом, подыскивая не слишком очевидный предлог, чтобы забрать свои громкие слова обратно. К счастью, Ся Сяолань училась в Корнеллском университете по обмену.
А что есть в Корнеллском университете?
Там сильный факультет гостиничного менеджмента!
Если хоть немного пошевелить мозгами, способ всегда найдется.
Харолд окинул взглядом ночной Куинс с крыши небоскреба.
Он и сам не знал, зачем это делает, но его интерес к Ся Сяолань не угас после возвращения на родину. Возможно, виной тому были отчеты глупого Карла, а возможно — досада от первой за многие годы неудачи. Харолд не хотел копаться в причинах: если есть интерес, нужно просто быть ближе.
Он взял трубку и набрал номер:
— Мы ведь раньше делали пожертвования Корнеллскому университету? Организуйте всё как можно быстрее, нужно больше взаимодействия с университетом. Только факультет гостиничного менеджмента? Если я владею отелями, это не значит, что я могу иметь дело только с этим факультетом, хех…
Этот смешок Харолда так напугал собеседника на другом конце провода, что тот выдал целую серию заверений.
Способ всегда найдется, стоит только захотеть. Если боссу внезапно приспичило наладить связи хоть с сельскохозяйственным колледжем Корнелла, подчиненным останется только усердно искать эти самые связи. В крайнем случае, можно заявить, что мистер Харолд внезапно озаботился развитием американского сельского хозяйства… Босс лишь ставит задачу, а исполнение ложится на плечи сотрудников. Им нужно постоянно доказывать свою полезность, чтобы получать зарплату из рук мистера Харолда!
***
— Привет!
— Ся, удачи!
— Ты веришь в свою победу?
Излишнее внимание имеет как плюсы, так и минусы. По мере приближения срока проверки задания профессором Маккарти, всё больше людей в кампусе начали здороваться с Ся Сяолань.
Необязательно они желали ей зла, просто всем было любопытно. Спор Ся Сяолань и Джонатана на профильном курсе стал поводом для новых пари, в которые вовлекалось всё больше людей. Влияние этой истории вышло за пределы архитектурного факультета и распространилось на весь университет… Ся Сяолань не имела ничего против этого, но ее раздражали те, кто специально подходил к ней, здоровался и спрашивал об успехах или уверенности в победе, а затем сообщал, что поставил на победу группы Джонатана.
Ну и подонки же!
Оказалось, что только Дэниэл верит в победу её группы с Ричардом.
Даже Нэнси, ободряюще обняв Ся Сяолань, застенчиво призналась, что поставила на Джонатана.
— Ся, ты в Корнелле совсем недолго. Вот в следующем году, если снова будет какой-нибудь спор, я обязательно поставлю на тебя, клянусь нашей дружбой!
Ся Сяолань округлила глаза:
— В следующем году я уже вернусь домой!
Нэнси расхохоталась:
— Ой, прости, я ошиблась. Тогда в следующем семестре.
Ситуация была крайне серьезной.
Пусть всё это и носило характер шутки, Ричард и двое других парней чувствовали огромное давление.
От проигрыша они не умрут, но клеймо «лузеров» приклеится к ним намертво. Им предстояло учиться в Корнелле еще долго, ведь сейчас шел только второй семестр второго курса, и такая перспектива казалась кошмаром.
Ся Сяолань рассказала обо всем Чжоу Чэну по телефону.
Чжоу Чэн слышал, что, хоть она и ворчит, на самом деле ей нравится этот процесс. Он решил пока не говорить о своем отъезде за границу, чтобы не отвлекать Сяо Лань. Когда всё окончательно подтвердится, сюрприз будет лучше.
— Сяо Лань, тебе это в удовольствие. Тебе действительно очень нравится в Корнеллском университете!
Ся Сяолань не стала отрицать:
— Да, мне здесь нравится. Университет Хуацин тоже прекрасен, но Корнелл хорош по-другому. Не знаю, как описать, но этот год по обмену определенно того стоил!
В Китае Ся Сяолань приходилось беспокоиться о множестве вещей.
В Корнеллском университете она превратилась в сорвавшуюся с привязи лошадь, свободно и радостно путешествующую по этому заведению, пропитанному духом науки и в то же время принимающему в себя всё многообразие мира.
— Я обязательно поставлю на твою победу. Те люди просто плохо тебя знают, ты еще ни разу не проигрывала.
Говорят, что женщина должна быть мягкой и не проявлять излишнюю агрессивность, чтобы казаться милее — чушь собачья! Чжоу Чэну нравилась именно такая Ся Сяолань, всегда стремящаяся вперед.
Ему тоже нельзя было сильно отставать.
Хотя время его стажировки составляло чуть меньше двух лет, вернее, полтора года, Чжоу Чэну вскоре предстояло сдавать выпускные экзамены.
Уровень, эквивалентный диплому колледжа, конечно, слабоват по сравнению с его невестой.
Но это была лишь одна стажировка, и фактически на учебу у него ушло меньше полутора лет. Если он сохранит привычку учиться, знания со временем накопятся.
Повесив трубку, Чжоу Чэн вошел в аудиторию, подготовленную специально для него.
Один экзаменуемый и двое наблюдателей.
— Чжоу Чэн, ты готов?
Чжоу Чэн кивнул:
— Я готовился очень долго!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
