Чжоу Чэн говорил двусмысленно: он долго готовился не только к выпускным экзаменам на курсах повышения квалификации.
Но и к повышению, о котором упоминал Чжоу Гобинь.
Экзамены в военной академии всё же отличались от экзаменов обычных студентов. Стыдно сказать, но Чжоу Чэн, вступивший в ряды армии ещё подростком, прошедший через поля сражений и убивавший врагов, впервые столкнулся с таким серьёзным испытанием по общеобразовательным дисциплинам.
Сидя один перед двумя экзаменаторами, он думал о том, что сейчас идёт по пути, который Сяо Лань преодолела два года назад.
Она была так умна, что могла бы обеспечить себе безбедную жизнь и без сдачи вступительных экзаменов или учёбы в университете, но всё же выбрала путь образования… Суть была не в получении диплома, а в той пользе, которую приносит само обучение.
Чжоу Чэн уверенно водил ручкой по бумаге.
Умные люди быстро схватывают всё новое.
Будучи военным, он, естественно, принадлежал к числу лучших.
Если бы он занялся бизнесом, то и там непременно добился бы успеха.
Когда он сосредоточился на подтягивании знаний по теории, результат не заставил себя ждать.
Двое руководителей сухопутной академии специально подошли к окну, чтобы взглянуть на Чжоу Чэна. Увидев, что тот усердно отвечает на вопросы, они молча ушли.
Отойдя подальше, один из них произнёс:
— Чжоу Чэн ведь получит повышение после окончания этих курсов?
Очередное повышение? Сейчас он командир батальона в звании майора, неужели перейдёт на полковой уровень?
Второй кивнул:
— Одной ступенью точно не обойдётся, должность заместителя командира полка ему обеспечена. Ты слышал слухи? Наверху намерены отобрать молодых офицеров, чтобы сделать из них образцы для подражания. Если так…
Если так, то, возможно, его повысят сразу на две ступени.
С ума сойти, сколько лет Чжоу Чэну? Неужели ему дадут полковой уровень?
— Слишком молод, всего двадцать три года. Шутка ли, он даже брачного возраста не достиг — желторотый юнец, у которого молоко на губах не обсохло!
Насчёт молока — неизвестно.
Молод-то он молод, но кто виноват, что парень не боится рисковать, да и удача на его стороне.
Несмотря на свои двадцать три, он в строю уже восемь лет.
Некоторые приходят в армию только к двадцати годам, и к тридцати их повышают до полкового уровня — такие примеры бывали. Чжоу Чэн просто начал службу раньше большинства офицеров, и это не повод постоянно его сдерживать.
Руководители академии разошлись, продолжая беседовать.
В воздухе ещё долго витал едва уловимый вздох:
— Ну и молодёжь нынче пошла, просто невероятно…
«Невероятный» молодой человек и понятия не имел, что его обсуждают руководители. Каким бы выдающимся он ни был в будущем, сейчас ему приходилось послушно заполнять экзаменационный лист. Повышение на одну ступень — это обычная процедура, а вот на две — это уже статус «образца».
Впрочем, всему своё время. Чжоу Гобинь уже обсуждал это с сыном: перепрыгивать через ступени не стоит. Самый разумный вариант — досрочно завершить обучение и Чжоу Чэну сначала дадут одну ступень.
А когда остальные курсанты закончат двухгодичный курс, наверняка кто-то ещё пойдёт вверх.
Тогда Чжоу Чэна можно будет повысить второй раз. Вот вам и две ступени.
…
«Не спрашивайте больше, уверена ли я в победе над группой Джонатана, иначе я покончу с собой!»
Ся Сяолань хотелось напечатать эту фразу на одежде.
Давление на Ричарда и остальных двоих было слишком велико, ей приходилось оказывать им психологическую поддержку. Чем меньше внешнего вмешательства, тем лучше.
Свободного времени совсем не оставалось: половина срока была потрачена впустую, пришлось всё сносить и переделывать, забирая часы у сна. От недосыпа и стресса лицо Дейзи покрылось прыщами. Она сама боялась, что её вид будет неприятен окружающим, поэтому ходила, опустив голову.
К счастью, среди её напарников были Ся Сяолань, которой было плевать на имидж, а также Ричард и Пан Лайэр, которые всегда относились к ней как к «своему парню» и не обращали внимания на внешность.
Дейзи завидовала коже Ся Сяолань, но та лишь советовала ей есть меньше жареного.
Больше овощей, фруктов и овсянки — возможно, это поможет.
— Диета — это вопрос долгого упорства.
Для Дейзи это было полной противоположностью её привычкам. Заставлять молодёжь вместо мяса жевать траву — просто бесчеловечно!
Но глядя на чистую кожу Ся Сяолань, Дейзи всё же решила попробовать.
В такой напряжённой обстановке Ся Сяолань вместе с троицей напарников изготовила макет основного здания площади. Глядя на результат их тяжкого труда, Пан Лайэр потёр глаза:
— Понравится ли это профессору Маккарти?
Ся Сяолань ответила со всей серьезностью:
— Неважно, понравится это профессору Маккарти или нет. Это наш проект. Если наши данные верны, а конструкция и выбор материалов выдержат проверку расчётами, Маккарти обязан поставить нам «A»!
— Верно! В этот раз мы не должны позволить профессору Маккарти подавить нас своим авторитетом. Эй, ребята, мы ведь выполняем поручение клиента!
Неизвестно, был ли Ричард действительно уверен в себе или просто продолжал заниматься самовнушением.
Как бы то ни было, после обеда начиналось занятие профессора Маккарти, и времени на подготовку нового задания уже не оставалось.
В тот день в обед даже у Ся Сяолань пропал аппетит. Стоило ей и группе Ричарда появиться в столовой, как на них обрушился шквал сочувственных расспросов… Ся Сяолань не то чтобы не могла есть, просто эти люди ужасно мешали ей обедать.
В аудитории ей снова пришлось выслушивать «заботу» однокурсников. Например, Хайди подошла поблагодарить её, сказав, что поставила на кон свои карманные деньги за неделю.
— Я вам очень признательна.
Ся Сяолань усмехнулась:
— Не стоит. Если на следующей неделе тебе не на что будет купить еду, я готова одолжить тебе денег, чтобы выручить из беды. Не переживай, мы ведь сокурсники, процентов не возьму.
Хайди взглянула на макет, сделанный группой Ся Сяолань:
— Какая ты милашка!
«Великий и ужасный» вот-вот должен был появиться, и тогда станет ясно, кто чего стоит. Хайди просто язвила, намекая, что Ся Сяолань сильна только на словах.
Нин Сюэ тоже рассматривала макет группы Ся Сяолань. Что это было? На здание не очень-то похоже.
Ся Сяолань больше не вступала с ними в разговоры. Четверо участников группы подбадривали друг друга взглядами, не обращая внимания на мнение окружающих.
Тук-тук-тук, тук-тук…
Сегодня шаги «великого и ужасного» казались какими-то быстрыми.
Интересно, была ли это легкая походка человека в хорошем настроении или нетерпеливая спешка? А может, он предвкушал, как будет кого-то распекать, и от этого его настроение стало нетерпеливо-радостным?
Маккарти толкнул дверь и повёл носом:
— Я слышал, кто-то заключил пари.
Разумеется, «великий и ужасный» уже знал о споре.
Троица Ричарда невольно втянула головы в плечи — это был условный рефлекс, выработанный за долгое время под его гнетом.
Хайди же, полная уверенности, произнесла:
— Да, профессор. Мы заключили пари по вашему предмету. Спорим, что вся группа сможет получить «A» в конце семестра. Конечно, у студентки по обмену цели выше — она лично хочет получить «A+»!
Маккарти взглянул на Хайди, затем на остальных студентов, и особенно на Ся Сяолань, которая замахнулась на «A+».
Станет ли профессор Маккарти их подбадривать?
Будь он таким добряком, его бы не прозвали «великим и ужасным».
— Всей группой получить «A»? А кто-то ещё метит на «A+»? Почему я не знал, что мои «A» так обесценились? Хватит нести чепуху. Давайте-ка я проверю вашу работу!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
