Совсем не милая.
Она сама так благоухает, а он всего лишь из любопытства хотел выяснить, что это за аромат, и за это она обвиняет его в сексуальных домогательствах?
Харолд и не подозревал, насколько извращенно выглядело его поведение — караулить несколько часов только ради того, чтобы спросить у Ся Сяолань, какими духами она пользуется.
— Я правда всего лишь… Погоди, я провожу тебя до гостиницы.
Ся Сяолань уже поймала такси.
— Не нужно, я доберусь сама. До свидания, мистер Харолд.
Ся Сяолань хотела держаться подальше от этого ненормального и припустила быстрее зайца. Харолд проводил взглядом уезжающее такси, на его лице застыла ухмылка, которую он считал зловещей, хотя со стороны она выглядела скорее глупо.
Ся Сяолань, вероятно, не знала, что он остановился в той же гостинице?
Сотрудники GMP, прилетевшие из Нью-Йорка, жили в одном и том же месте, и Харолд в Пэнчэне, естественно, поселился там же.
Харолду стоило лишь спросить помощника, чтобы узнать, какой номер забронировали для Ся Сяолань.
— Переселите меня в номер по соседству с ней.
У помощника возражений не возникло, зато они нашлись у дворецкого Аллена:
— Сэр, мисс Ся живет в обычном одноместном номере, и соседние комнаты точно такие же. Если вы туда переедете…
Куда бы Харолд ни отправлялся, багажа у него всегда было в избытке.
Чемоданов с одной только одеждой было несколько штук; в обычном одноместном номере они бы просто не поместились, не говоря уже о том, что такая обстановка совершенно не соответствовала статусу Харолда.
— Я перееду, а ты, Аллен, оставайся здесь, в люксе.
Разве это проблема? Все решалось очень просто.
Значит, хозяин решил налегке отправиться на охоту за девицей, а старый дворецкий, прослуживший ему много лет, превратился в ненужную обузу, которую бросают вместе с горой чемоданов?
Во взгляде дворецкого Аллена читался немой укор, но старый слуга был не в силах остановить охваченного амурным пылом нанимателя.
Переезд прошел быстро. Вскоре Харолд занял 603-й номер, а в соседнем, 605-м, поселилась Ся Сяолань.
К сожалению, Ся Сяолань сразу после самолета отправилась на стройплощадку. Она смертельно устала, поэтому, вернувшись в гостиницу, приняла душ и легла отдыхать. Даже ужин она заказала в номер и ни разу не переступила порог своей комнаты.
Сам же Харолд долго ворочался в постели, не в силах уснуть.
Из-за недосыпа он провалился в сон лишь под утро, когда Ся Сяолань уже встала и отправилась на пробежку.
Только во время завтрака Харолд наконец столкнулся с Ся Сяолань в ресторане отеля, где накрывали шведский стол.
Не успел он вымолвить и слова, как к нему решительным шагом подошел пожилой мужчина:
— Харолд, нам нужно поговорить!
Услышав имя Харолда, Ся Сяолань обернулась с подносом в руках. Лицо мужчины показалось ей знакомым.
Ого, она и впрямь его видела — на свадебном банкете Цзи Я. Это же отец Цяо Чжи, старший брат Харолда!
Хотя оба принадлежали к семье Уилсон, даже Цяо Чжи, племянник Харолда, был старше его самого, а этот старик Уилсон по возрасту вполне годился Харолду в отцы.
Но он был не отцом, а старшим братом Харолда.
Не появись на свет Харолд, этот несносный «поздний» ребенок, активы семьи Уилсон, скорее всего, унаследовал бы Иван Уилсон. Иван тоже когда-то очень любил своего младшего братишку, ведь тот был даже младше его собственного сына. Кто бы мог подумать, что, повзрослев, Харолд станет его злейшим врагом и, обойдя остальных членов семьи, приберет к рукам управление колоссальным состоянием Уилсонов!
— Иван, как ты здесь оказался? Я слышал, ты отдыхаешь в Швейцарии.
Лицо Харолда выражало полнейшую невинность.
Грудь старика Ивана тяжело вздымалась от гнева.
— Почему я здесь? Дорогой мой братец, я пришел напомнить, что ты, кажется, забыл о нашем уговоре! В прошлом году, когда тебе нужна была помощь, ты обещал передать проекты в Китае под начало Цяо Чжи. И сколько времени прошло? Ты уже растоптал свое слово!
Он пришел из-за поля для гольфа!
Это дело косвенно касалось и Ся Сяолань, поэтому она замерла с подносом в руках, не в силах уйти.
Харолд понял, что она хочет послушать, и просто пригласил Ивана присесть:
— Мы можем сесть и все обсудить. Неужели ты хочешь, чтобы другие слышали нашу перепалку? Иван, поумерь свой пыл. Мне бы не хотелось, чтобы в завтрашних газетах появились статьи о междоусобице в семье Уилсон.
Иван огляделся по сторонам: на них действительно посматривали многие посетители.
Именно поэтому Иван настоял на разговоре в ресторане, а не с глазу на глаз в частной обстановке — старик Иван хотел поставить Харолда в неловкое положение.
Поэтому, хоть он и сел, голос понижать не стал:
— Я не боюсь, что меня услышат! Пусть все видят, как ты поступаешь с Цяо Чжи! Харолд, семья Уилсон держится не на тебе одном, без тебя она не рухнет! Ты просто мерзавец!
Ся Сяолань сидела к ним спиной.
Иван видел ее на свадьбе, но то ли не запомнил, то ли сейчас был слишком занят атакой на Харолда, но он даже не взглянул в сторону Ся Сяолань. Это позволило ей совершенно открыто сидеть рядом и подслушивать.
Впрочем, подслушивала не только она, но и другие постояльцы.
— Иван, разумеется, я помню о твоей помощи. Без тебя в прошлом году я бы не смог так быстро стабилизировать ситуацию в Штатах. Но если уж ты пришел меня отчитывать, то хотя бы объясни причину! Что касается отделки гольф-клуба… это всего лишь мелочь. Раз я инвестирую в Китай, я должен считаться с местным правительством. Открытый тендер — простая формальность. Неужели ты не уверен в Цяо Чжи?
Иван помрачнел.
— Не пытайся меня дурачить. Мы оба прекрасно понимаем, в чем дело!
Строительство поля для гольфа было внутренним проектом семьи Уилсон, инвестиции в который контролировал Харолд. Он сам решал, кто получит субподряды, и никакие открытые торги для этого не требовались.
Это отличалось от ситуации с гостиницами «Уилсон», где семье принадлежала большая часть акций, но имелись и другие мелкие акционеры.
Ивану Уилсону было уже за шестьдесят, он давно миновал пенсионный возраст. Не будь у него за душой огромного состояния, он был бы обычным ворчливым стариком, но это было не так.
Когда-то он был самым опасным соперником Харолда, и сейчас лицо Ивана выглядело крайне угрюмым.
Харолд на мгновение задумался:
— Дорогой Иван, похоже, мне тебя не провести. Ладно, скажу правду. В случившемся виноват сам Цяо Чжи. Ради любви он умудрился восстановить против себя в Китае уйму народу. Ты ведь сам был на их свадьбе. Жена, которую выбрал Цяо Чжи, ничем не помогает его карьере, а только тянет на дно! Если бы он остался в Китае, его ждали бы новые неудачи… Я ничего не мог поделать. В поле для гольфа вложены огромные деньги, неужели я должен ставить под удар инвестиции в Пэнчэне ради Цяо Чжи? Родственные чувства очень важны, поверь, я дорожу семьей, но девиз Уилсонов — никогда не идти против выгоды!
Ся Сяолань чуть не поперхнулась молоком.
Харолд был просто беспредельно нагл.
Он сам передумал, но ловко переложил вину на плечи старика Тана, намекая, что вынужден был устроить открытый тендер ради спасения всех инвестиций в Пэнчэне. Он внушал Ивану Уилсону, что Цяо Чжи сам свалял дурака, рассорившись с местными чиновниками…
Иван Уилсон не верил словам Харолда.
Но факты говорили сами за себя: Цяо Чжи действительно взял в жены крайне неподходящую женщину!
Да и когда это в семье Уилсон ценили любовь? Все женщины, прикрывающиеся этим словом, просто хотели выманить побольше денег.
Харолд все-таки сумел сбить Ивана с толку.
— Черт побери! Он даже не подписал брачный контракт с этой китаянкой!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
