Цзи Я слегка замерла.
Она уже давно бросила резкие слова о том, что банковский кредит Цяо Чжи выплачивать не нужно и она сама со всем разберется.
Она не ожидала, что Цяо Чжи, хоть и не одобрял затею с кредитом, всё же не проявил той холодности, о которой заявлял на словах, и по-прежнему хотел помочь ей выплатить долг… Именно таким и был тот Цяо Чжи, которого она знала. Обида в её душе немного утихла:
— Три миллиона прибыли? Тан Хунэн совсем обезумел в стремлении помочь этой деревенщине, на которой женился. Такая огромная сумма… сможет ли её брат проглотить такой кусок? Цяо Чжи, к чему паника? Ведь именно ты отвечаешь за проект поля для гольфа. Если он думает, что сможет спокойно выполнить этот подряд, то он ошибается!
В процессе отделочных работ можно создать массу проблем. Цзи Я считала, что в любой момент сможет вышвырнуть компанию Лю Юна из проекта.
Если удастся заставить Лю Юна нарушить контракт, можно сделать так, чтобы он не заработал, а только понес убытки!
Цяо Чжи не проявлял особого энтузиазма.
Цзи Я думала только о мести, но разве был толк в том, что «Юаньхуэй» потеряет деньги?
Нужно, чтобы зарабатывала отделочная компания, принадлежащая самому Цяо Чжи!
Изначально он купил эту компанию лишь для того, чтобы порадовать Цзи Я, и не ожидал, что она станет его главным источником дохода в Китае.
— Дорогая, нам нужно серьезно поговорить. Последние несколько месяцев мы почти не общаемся. Ты в Пекине, я в Пэнчэне. Тебе не кажется, что это мало похоже на нормальную супружескую жизнь?
Цяо Чжи обладал типично американским мышлением.
Супруги должны жить вместе. Он не понимал, что в Китае из-за распределения работы и прочих проблем многие пары годами живут в разных местах. В Америке «раздельное проживание» практиковали только те супруги, которые не могли больше оставаться вместе и стояли на пороге развода.
Там люди днем заняты своими делами, но вечером возвращаются в один дом; близость супругов важнее отношений между родителями и детьми.
Как и его родители: им сейчас за шестьдесят, но они до сих пор вместе ездят в отпуск. Именно такая модель семьи была привычна для Цяо Чжи.
У Цзи Я разболелась голова.
— Цяо Чжи, я думала, ты поддерживаешь мою карьеру. Ведь это ты сначала воодушевил меня перенести студию в Китай и создать собственный бренд. Сейчас критический момент для моего бизнеса: бренду «Elegance» нужно открывать магазины по всей стране, и мне необходимо лично всё осматривать… Но это временно, от силы год или два. Нет, даже меньше! Через полгода проект поля для гольфа завершится, тебе не придется постоянно находиться в Пэнчэне, и мы сможем жить вместе как нормальная пара!
По сравнению с теми парами, что жили в разлуке годами, Цзи Я считала их ситуацию с Цяо Чжи временной и легко разрешимой.
Морщина на лбу Цяо Чжи не разгладилась:
— Через полгода, когда проект будет закончен, я всё равно хотел бы… ладно, в этом вопросе я могу тебя послушать. Но я надеюсь, что в ближайшее время ты сможешь поехать со мной в Америку.
Цзи Я воспротивилась:
— У «Elegance» сейчас решающий период развития, и ты хочешь, чтобы я уехала из страны?
Раньше Тан Хунэн не пускал её обратно в Америку, а теперь Цзи Я сама не хотела туда возвращаться.
Цяо Чжи взъерошил волосы:
— Если бы ты в обычное время уделяла хоть немного внимания моим родителям, нам бы не пришлось лететь в США. Мы несколько месяцев толком не общались, ты хоть знаешь моё нынешнее финансовое положение? Мне была необходима победа в этом тендере, потому что два месяца назад мой трастовый фонд был заморожен!
После этих слов у Цзи Я окончательно пропало желание ужинать с Шэн Сюань.
— Заморожен?!
Как только трастовые активы учреждаются, они отделяются от имущества учредителя, доверительного управляющего или бенефициара, становясь обособленным капиталом, который не может быть изъят за долги, ликвидирован или объявлен банкротом.
Цяо Чжи был бенефициаром фонда.
Значит, учредителем был его отец?
Цзи Я никогда не вникала в эти детали. Другие думали, что она с Цяо Чжи только ради денег, но на самом деле у неё всегда были средства, и ей в голову не приходило проверять, из чего конкретно состоят активы Цяо Чжи.
Она действительно не знала его финансового состояния. В любом случае, тех сумм, которые Цяо Чжи получал ежегодно, при нынешнем уровне цен в Китае должно было хватить с лихвой.
Он давал ей деньги на открытие студии, на проведение показов мод и создание бренда «Elegance».
К тому же Цяо Чжи сам купил гонконгскую отделочную компанию и сделал несколько других небольших инвестиций в Пэнчэне, никогда не показывая, что стеснен в средствах.
И вот теперь, когда Цяо Чжи сказал, что фонд заморожен, Цзи Я впала в ступор.
— Почему его заморозили? Это твои родители?
Цяо Чжи молча смотрел на неё.
— Да. Они хотят, чтобы я вернулся в Америку.
Во всем мире способы, которыми родители усмиряют непослушных детей, примерно одинаковы: не слушаешься — не получишь денег на расходы!
Помимо трастового фонда, у Цяо Чжи была некоторая недвижимость в США. Нужно ли будет что-то продавать, чтобы получить наличные, зависело от итогов поездки.
Возможно, кондиционер в комнате работал слишком сильно, но Цзи Я почувствовала холод в руках и шее.
Что Цяо Чжи имел в виду, говоря ей такое?
Была ли это воля его родителей или его собственное решение…
Цзи Я очень хотелось хлопнуть дверью и уйти, но она понимала: если она сейчас снова сорвется, отношения с Цяо Чжи будет уже не восстановить!
Она не то чтобы сильно любила Цяо Чжи, просто в данный момент не могла без него обойтись.
Пока не появится мужчина с условиями получше, её разрыв с Цяо Чжи неизбежно станет поводом для насмешек.
Семья Цзи этого не одобрит, да и те, кто ждет повода посмеяться — Тан Хунэн, Лю Фэнь, Ся Сяолань и остальные — будут в восторге.
— Хорошо, я поеду с тобой в Америку. Если твои родители заморозили фонд из-за неприязни ко мне, я сама со всем разберусь — извинениями или как-то иначе!
Цяо Чжи подошел и обнял Цзи Я:
— Прости, я был слишком серьезен. Это мои проблемы, а теперь тебе приходится разделять их со мной. Но я очень рад, рад, что ты готова поехать со мной и вместе всё уладить. Раз ты идешь на компромисс ради меня, я тоже должен вести себя как подобает мужу. Вечером я сопровожу тебя на ужин с Шэн Сюань, хорошо?
Цзи Я кивнула.
Если бы Цяо Чжи с самого начала был так сговорчив, она была бы счастлива.
Но сейчас, когда он пытался загладить вину, ощущение было уже не то.
Ведь раньше Цяо Чжи потакал ей без всяких условий, а теперь за каждый поступок требовал равноценного обмена?
«Юаньхуэй» выиграла тендер, у Цяо Чжи финансовый кризис, а ей приходится лететь в Америку задабривать свекров… Столько событий подряд, и каждое заставляло Цзи Я чувствовать себя скверно!
***
Ся Сяолань тоже не выглядела особо радостной.
Накануне своего запланированного возвращения в Нью-Йорк она снова увидела старика Ивана Уилсона, этого старого негодяя.
На этот раз он явился не один, а со своей женой, миссис Уилсон.
Старик Иван с супругой один за другим прилетели из Швейцарии в Пэнчэн. На первый взгляд казалось, что они прибыли, чтобы доставить Харолду неприятностей из-за своего сына Цяо Чжи.
То, что Цяо Чжи лишился подряда на отделку, было мелочью. Однако эта мелочь стала признаком того, что Харолд намерен разорвать некоторые соглашения и обещания, данные Ивану в прошлом году.
Вероятно, именно этого старик Иван не мог стерпеть.
Ся Сяолань только что получила звонок из Пэнчэна. Дядя сообщил, что «Юаньхуэй» успешно выиграла тендер; всё прошло так гладко, будто победа была предопределена заранее. Он специально позвонил поделиться радостью, но в то же время Лю Юн был немного встревожен, опасаясь, что свалившийся с неба подарок может оказаться с подвохом.
Едва Ся Сяолань успокоила дядю, как супруги Уилсон пришли к ней!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
