— Посмотрите на Сяо Гао — до чего же он понимающий! Чжэньчжу наговорила ему таких гадостей, а его это не отпугнуло!
Гао Хуабинь лишь сказал, что будет реже заходить в больницу, чтобы лишний раз не сталкиваться с Бай Чжэньчжу, но не говорил, что не придёт вовсе.
До чего же великодушный парень!
Бай Найнай, не переставая, расхваливала Гао Хуабиня, держа его за руку; Чан Ин тоже была очень довольна.
Как ни крути, Сяо Гао, которого она сосватала Чжэньчжу, проявил себя с лучшей стороны, да и сам по себе молодой человек был безупречен. Значит, это не она, как невестка, подвела золовку — это золовка вела себя неразумно.
— Сяо Гао, ты не сердись на неё слишком сильно. У Чжэньчжу раньше не было парней, она ещё совсем в этом не смыслит!
Чан Ин тоже пыталась как-то сгладить ситуацию.
Гао Хуабинь кивнул:
— Сестра Чан, я всё понимаю. Свидание вслепую для меня лишь способ познакомиться с Чжэньчжу, а чтобы добиться её признания и симпатии, мне нужно приложить собственные усилия. То, что она не соглашается сразу, заставляет меня уважать её ещё больше. Она девушка, которая знает цену себе и своей чести.
Сяо Гао и впрямь умел подбирать слова!
Каждая фраза била прямо в цель, находя отклик в сердцах Бай Найнай и Чан Ин.
Чан Ин подумала: если упустить такого парня, то кого же тогда Чжэньчжу надеется найти?
Они втроём проговорили довольно долго, и во второй половине дня Бай Чжэньчжу действительно не появилась.
— Ну и характер у девчонки! — проворчала Чан Ин.
Гао Хуабинь посмотрел на часы:
— Сестра Чан, возвращайтесь-ка лучше на работу, а я посижу здесь днём. Я всё равно отпросился.
— Нет-нет-нет, как же я могу оставить тебя одного присматривать за больной? — поспешно возразила Чан Ин.
Она не была лишена вежливости. Раньше она оставляла Гао Хуабиня в палате, надеясь создать для него и Чжэньчжу возможность пообщаться, но раз Чжэньчжу сбежала, зачем же обременять Сяо Гао на целый день?
Пока они препирались, в дверях показались две женщины:
— Здравствуйте, товарищи, мы пришли ухаживать за больной.
Ну вот и всё, Чан Ин и Гао Хуабиню больше не о чем было спорить.
Бай Чжэньчжу просто наняла двух профессиональных сиделок, оплатила их услуги на месяц вперёд и даже организовала для Бай Найнай полный пакет медицинских обследований. Старушка, сокрушаясь о тратах, не переставала ворчать.
Но ворчание не помогало — деньги было не вернуть.
Сами сиделки вели себя очень любезно: называли старушку «тётушкой», подавали ей воду, умывали лицо и даже помогали встать, чтобы сходить в туалет — всё делали ловко и споро!
Бай Найнай не была из тех чёрствых людей, что заставили бы сиделок вернуть уже полученную плату.
Скрепя сердце от осознания потраченных денег, Бай Найнай велела Чан Ин и Гао Хуабиню идти по своим делам:
— Нечего вам работу из-за меня прогуливать. И Сяо Бао тоже нельзя вечно в больнице держать. Эх, всё из-за меня, старой и никчёмной, одни хлопоты вам.
Гао Хуабиню тоже не оставалось ничего другого, как уйти, ведь проявлять навязчивость было бы неприлично.
Сиделки были профессионалами в уходе за больными, и он им был явно не помощник.
К тому же, когда дело касалось помощи в туалете, сиделки-женщины подходили Бай Найнай куда больше, чем он.
Когда Гао Хуабинь покидал больницу, его уверенность заметно поубавилась.
Бай Найнай и Чан Ин расположить к себе было легко, но Бай Чжэньчжу была не из простых.
Раньше она тоже отказывала ему, но никогда не высказывалась так резко, как сегодня. Что же изменилось? В больницу приходила та подруга по имени Ся Сяолань… Спускаясь по лестнице вместе с Чан Ин, Гао Хуабинь внезапно спросил:
— Сестра Чан, тот товарищ Ся, что приходила сегодня, они с Чжэньчжу очень близки?
Чан Ин насторожилась.
К чему этот вопрос?
Ся Сяолань была писаной красавицей; не дай бог Сяо Гао ею увлёкся — что тогда будет с Чжэньчжу!
— Ты про Сяо Лань? У них с Чжэньчжу общие дела в бизнесе, и она её хорошая подруга. Когда Сяо Лань выходила замуж, она даже приглашала Чжэньчжу на свадьбу.
Гао Хуабинь был человеком сообразительным и тут же рассмеялся:
— Сестра Чан, вы меня неправильно поняли. Я не расспрашиваю о личной жизни товарища Ся. Просто я увидел, что они с Чжэньчжу близки, и надеялся получить её помощь… По крайней мере, я мог бы узнать, что на уме у Чжэньчжу и какие у неё опасения?
Настороженность в глазах Чан Ин сменилась искренним восхищением.
Раз Сяо Гао так старается, рано или поздно Чжэньчжу будет им тронута.
Но поможет ли Ся Сяолань Гао Хуабиню?
Это было совершенно невозможно.
Судя по тому немногому, что знала Чан Ин, Ся Сяолань была лишь внешне обворожительной, на деле же обладала властным характером и была даже покруче её золовки!
— У меня и вправду нет её контактов, но я разузнаю. Сяо Гао, я очень надеюсь, что мы станем одной семьёй.
И чем только Сяо Гао не угодил?
Эта девчонка Чжэньчжу совсем голову потеряла!
Когда Чан Ин вернулась с сыном в родительский дом, её мать удивилась:
— Что так рано? Почему не осталась в больнице подольше с Найнай Чжиюн?
Чан Ин так и распирало от негодования, а перед родной матерью скрывать было нечего, поэтому она выложила всё, что произошло в больнице:
— Про Сяо Гао и говорить нечего. Она наняла бабушке двух сиделок, да ещё сказала, что в будущем наймёт двух домработниц. Совсем деньгам счета не знает! Где это видано, чтобы обычные люди так жили?
Чан Ин считала, что её родительская семья жила в достатке.
Пусть и не сказочно богаты, но денег всегда хватало.
Когда она была не замужем, то часто покупала себе одежду: зарплаты вполне хватало на личные нужды, и помогать семье не требовалось.
После свадьбы Бай Чжиюн тоже её не обижал: почти всю зарплату он перечислял домой. Она в каждом письме просила его оставлять побольше денег себе, но он не слушал.
Позже, когда появился ребёнок, под влиянием материнских чувств Чан Ин остепенилась и перестала сорить деньгами. Вместо того чтобы покупать обновку каждый месяц, она предпочитала откладывать деньги для сына.
Сейчас в стране проводилась политика планирования семьи, паре разрешалось иметь только одного ребёнка, и дети были на вес золота.
Чан Ин была готова отдать сыну всё самое лучшее; ради него она могла и питаться поскромнее, и одеваться попроще — это не имело значения.
Видя эти перемены в себе, Чан Ин была убеждена, что Бай Чжэньчжу просто ещё не доросла до этого.
Каким бы крупным ни был бизнес, если не выйти замуж и не родить детей, в жизни не будет смысла!
Она просто по-родственному сокрушалась из-за неразумности золовки и её расточительности, но её мать призадумалась:
— Так швыряться деньгами… Насколько же велик бизнес твоей золовки?
Чан Ин и понятия не имела.
Сама она не интересовалась торговлей, на деньги Бай Чжэньчжу не претендовала, а потому никогда этим не интересовалась.
— Кажется, у неё есть магазин стройматериалов в Пэнчэне, открытый в складчину. Наверное, она зарабатывает немало, но разве бизнес может сравниться со стабильной работой? Неужели Сяо Гао с его данными ей не пара?
Чан Ин знала только про магазин стройматериалов со слов Бай Найнай.
О прочем — кирпичном заводе, цементном заводе и инвестициях в «Цихан Цзыбэнь» — Бай Найнай не смыслила, а Чан Ин и подавно.
Она даже не подозревала, что сеть магазинов стройматериалов, в которой Бай Чжэньчжу имела долю, разрослась до десяти филиалов. Если бы прибыль за прошлый год не пустили на расширение, её 29-процентная доля принесла бы ей дивиденды в миллион юаней без малейшего труда!
Чан Ин знала лишь то, что однажды застала Бай Чжэньчжу дома всю в ссадинах и синяках, но не посмела ни о чём спросить.
К тому же Бай Чжэньчжу постоянно крутилась в компании братьев-наставников из школы боевых искусств семьи Бай. Если не заставить золовку выйти замуж и родить, она никогда не заживёт нормальной жизнью…
Чан Ин чувствовала ответственность за золовку как невестка в семье!
К сожалению, та её заботы не ценила, и Чан Ин была готова известись от беспокойства.
Её мать тоже размышляла: если это всего лишь один магазин, да ещё и в доле с кем-то, то сколько же там можно заработать? Почему же девчонка так заважничала, что даже Сяо Гао ей не чета?
Честно говоря, если бы её дочь Чан Ин не была замужем, мать непременно бы познакомила её с Сяо Гао, а не отдавала бы такой шанс кому-то другому.
Целый студент университета! Она что, думает, они на каждом шагу валяются?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
