Ся Сяолань была не только самоуверенной, она была ещё и своенравной.
Она вписала только один вуз — «Университет Хуацин». Подумав, всё же отметила галочкой пункт «согласна на распределение».
Сначала нужно переступить порог Хуацин, а там видно будет. Если не поступит на архитектурный факультет, можно будет перевестись уже после зачисления; в любом случае это лучше, чем провалиться на экзаменах.
Директор Сунь с облегчением выдохнул — он как раз боялся, что Ся Сяолань отметит «не согласна на распределение».
На самом деле архитектурный факультет Хуацин в то время не был особо популярным. Многие не видели разницы между архитектурой и гражданским строительством. Чтобы поступить на архитектурный, достаточно было набрать на несколько баллов больше проходного балла самого университета, так что выбор Ся Сяолань в пользу «распределения» был лишь своего рода двойной страховкой.
— И только один университет?
Директор Сунь начал нервничать. Хуацин в качестве первого приоритета — это без проблем, но ведь кроме него есть и много других вузов.
Ся Сяолань твердо отказалась менять анкету. Она также неоднократно подчеркнула, что никто не смеет трогать её бланк:
— Если анкету изменят, я не пойду учиться, даже если поступлю в другой университет.
Это не было высокомерием; она просто вспомнила некоторые слухи.
В те годы у студентов было меньше всего прав. Будь то учителя или родители — немало было тех, кто под предлогом «ради блага ученика» втайне исправлял анкеты с выбранными вузами.
Ся Сяолань тоже боялась столкнуться с подобным, поэтому директор Сунь раз за разом заверял её:
— Кроме меня никто даже не посмеет к ней прикоснуться!
У Ся Сяолань были на то способности — первое место на предварительных экзаменах в городе Фэнсянь уже доказало это.
Раз травма запястья не повлияла на результаты ученицы Ся Сяолань, директор Сунь тоже надеялся, что кто-то из первой средней школы уезда Аньцин поступит в престижнейший вуз!
Ся Сяолань сдала свою анкету и спросила Чэнь Цина, на какой балл он рассчитывает.
— В нескольких вопросах я не совсем уверен, какой ответ дал в тот момент. По минимуму около 490, по максимуму — почти 510 баллов.
Таких высоких баллов Чэнь Цин не набирал даже на пробных экзаменах.
Во-первых, китайский и английский в этом году были простыми. По китайскому языку Чэнь Цин всегда был неплох, а его результаты по английскому значительно улучшились. Кроме того, математика — все говорили, что она была сложной и тянула результаты вниз, но Чэнь Цин правильно решил на несколько задач больше и оценил свой балл по математике в 80. Совокупность этих факторов и позволила ему рассчитывать на общую сумму в 500 баллов на этих вступительных экзаменах.
И в этом была огромная заслуга Ся Сяолань: методы изучения английского, типовые задачи по математике перед экзаменом… Без Ся Сяолань Чэнь Цин не знал, смог бы он вообще пройти порог для поступления в бакалавриат.
Да, даже по самым скромным подсчетам, 490 баллов — это уверенное прохождение порога бакалавриата, хотя вопрос о зачислении в ключевые вузы оставался открытым.
Ся Сяолань с улыбкой поздравила его:
— Отличные результаты! Уже решил, в какой университет подавать документы?
С такими баллами, если обязательно выбирать ключевой университет, Чэнь Цин на самом деле хотел поступать в Шанда.
Шанда находился в провинции Юйнань и в первую очередь принимал местных абитуриентов. Шанду располагался всего в двух-трех часах езды от деревни Цицзин, так что учиться там Чэнь Цину было бы удобно. Но Ся Сяолань, как и говорила ранее, подала документы в Хуацин. Чэнь Цин давно решил: он тоже будет поступать в столичный университет.
Это решение получило единогласную поддержку семьи Чэнь.
Не говоря уже о Чэнь Ванда, даже невестка Чэнь знала, что Пекин — столица страны, и учеба там отличается от учебы в других местах.
— Я хочу поступать в столичный вуз, Университет международной экономики и торговли. Что скажешь?
Поступать в столичный университет?
Пекинский университет международной экономики и торговли был действительно хорошим вузом. Чэнь Цин, очевидно, тоже изучил проходные баллы прошлых лет: если он наберет 500, то с поступлением проблем не возникнет. Вот только почему Чэнь Цин вдруг решил изучать экономику? Дело не в том, что Ся Сяолань его недооценивала, просто Чэнь Цин всегда был погружен исключительно в классические книги, а в свободное время мастерски помогал семье с сельхозработами; он, вероятно, даже не понимал значения слова «экономика».
— Университет хороший, пожалуй, единственный ключевой экономический вуз в стране. Большинство специальностей там связаны с экономикой. «Международная экономика и торговля» — их лучшая дисциплина. Советую поступать именно на неё, но лучше согласиться на распределение…
Ся Сяолань рассказала Чэнь Цину всё, что знала.
Она хорошо знала этот университет — и по впечатлениям из прошлой жизни, и благодаря внимательности в нынешней.
На самом деле Ся Сяолань колебалась между архитектурой и экономикой. В конечном итоге выбор пал на архитектуру благодаря её знаниям о будущем на тридцать лет вперед. Она была очевидцем всех тенденций экономического развития вплоть до 2017 года — чему ей еще учиться? Уж лучше направить силы на незнакомую дисциплину, которая также пересекается с её планами на будущее. Это оправдало бы её перерождение и позволило бы выучить что-то новое.
Что бы ни говорила Ся Сяолань, Чэнь Цин слушал, кивая.
Чэнь Цин всем сердцем стремился следовать за Ся Сяолань и даже не рассматривал университеты за пределами Пекина.
Увидев его анкету, учителя тоже схватились за головы. Судя по предварительным баллам, Чэнь Цин в этом году без проблем проходил в ключевые вузы, но нельзя же выбирать только один университет! Почему не заполнено второе желание? Директор Сунь не мог заставить Ся Сяолань, но перед Чэнь Цином у него всё же был авторитет. Он заставил Чэнь Цина вписать второе желание — тоже ключевой вуз в столице. Директор Сунь помог Чэнь Цину выбрать «Пекинский педагогический университет».
Чэнь Цин состроил кислую мину — он совсем не хотел быть учителем.
Ся Сяолань не смогла сдержать улыбки:
— Пекинский педуниверситет тоже очень хорош.
Пекинский педуниверситет легко спутать с Пекинским педагогическим институтом — именно в последнем учились Ся Цзыюй и Ван Цзяньхуа.
Благодаря своему расположению Пекинский педуниверситет негласно считался лидером среди педагогических вузов страны и был гораздо престижнее Пекинского педагогического института.
В восьмидесятые годы работа учителем не сулила хорошего жалованья, однако выпускники Пекинского педуниверситета могли остаться преподавать в самом вузе. А преподаватель государственного ключевого университета — это совсем не то же самое, что учитель в старшей или средней школе.
Оба сдали анкеты. Душная погода заставляла сердце Чэнь Цина биться неспокойно.
Хотя извещение о зачислении ещё не пришло, долго подавляемые чувства молодого человека, казалось, готовы были вот-вот вырваться наружу.
— Сяолань, мне нужно тебе кое-что сказать…
Голос Чэнь Цина становился всё тише, а лицо — всё краснее.
Видя это, как могла Ся Сяолань не понять? Этот глупый парень наверняка собирался признаться в любви!
Ся Сяолань всё это время скрывала свои отношения с Чжоу Чэном — просто не подворачивалось подходящего момента, да и что было бы, если бы отказ повлиял на результаты Чэнь Цина на экзаменах? Чэнь Ванда оказал Ся Сяолань и Лю Фэнь большую услугу: без его поддержки им не удалось бы так легко избавиться от Ся Дацзюня. Ся Сяолань не считала, что должна выходить замуж за внука Чэнь Ванда в знак благодарности, но и платить злом за добро, лишая Чэнь Цина настроя на экзамены, она не собиралась.
Теперь всё было в порядке: экзамены закончились, баллы подсчитаны, даже анкеты с выбором вузов сданы. У Ся Сяолань больше не осталось поводов для беспокойства.
— Брат Чэнь Цин, ты знаешь, почему я хочу поступить именно в пекинский Университет Хуацин?
Ся Сяолань заговорила внезапно, прервав ход мыслей Чэнь Цина.
— Потому что человек, которого я люблю, находится в Пекине, и я хочу быть к нему ближе. Он замечательный, и когда ты тоже поедешь учиться в Пекин, вы обязательно станете друзьями…
Голос Ся Сяолань то приближался, то отдалялся; Чэнь Цин оцепенел.
— Сяо… Сяолань, он твой парень?
«Тот, кого люблю» — это ведь не обязательно парень, верно?
Чэнь Цин всё ещё питал крупицу надежды, но Ся Сяолань без малейших колебаний кивнула:
— Да, мы встречаемся уже несколько месяцев.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
