С трудом проводив последних репортеров, Ся Сяолань наконец-то выполнила поручение директора Суня.
В этом году первая средняя школа уезда Аньцин показала по-настоящему выдающиеся результаты. Ся Сяолань не была единственной отличившейся, просто ее успех был настолько ярким, что затмил достижения остальных. Взять хотя бы Чэнь Цина: когда пришли ведомости, его баллы оказались просто превосходными — 515, что на 21 балл выше проходного порога в ключевые вузы. Для поступления в Университет международного бизнеса и экономики может понадобиться капля удачи, но если он согласится на распределение по специальностям, то в Пекинский педагогический университет пройдет без проблем.
В нынешнее время педагогические вузы не пользуются большой популярностью, и абитуриенты подают туда заявления неохотно.
Даже в Пекинском педагогическом университете действуют льготы при начислении баллов, а в течение четырех лет обучения почти каждый студент может получать пособие — все это делается для того, чтобы мотивировать людей поступать на педагогические специальности. В других же университетах для получения ежемесячного пособия успеваемость во время учебы должна соответствовать высоким стандартам.
Кто-то сдал экзамены хорошо, а кто-то — плохо.
Те, кто провалился, безусловно, страдали, но результаты Гаокао невозможно изменить из сочувствия. Это не игра, а настоящая битва не на жизнь, а на смерть.
У Ся Сяолань не было времени на долгие разговоры с Чэнь Цином. Завершив миссию по общению с прессой, она твердо отклонила тщеславное предложение директора Суня проехать по улицам в кузове автомобиля. При мысли о том, что ей придется стоять в машине с огромным красным цветком из шелка на груди… даже такая стойкая натура, как Ся Цзун, почувствовала, как по коже пробежали мурашки.
Не обращая внимания на разочарованный взгляд директора Суня, Ся Сяолань заранее заказала банкет в государственном ресторане Аньцина. Она хотела устроить «Благодарственный обед для учителей», пригласив всех преподавателей-предметников и, конечно же, одноклассников из третьего класса — после Гаокао пути всех присутствующих разойдутся в разные стороны.
— Можно было пообедать и в столовой, к тому же тебе не пришлось бы тратить свои деньги. Зачем этот государственный ресторан?
Директор Сунь хотел сэкономить деньги Ся Сяолань. Учителей и учеников набралось несколько десятков человек; обед в государственном ресторане, даже скромный, обойдется в сто-двести юаней. Разве нет лучшего применения этим деньгам? На учебу в университете тоже понадобятся средства. Впрочем, раз она заняла первое место в провинции, департамент образования наверняка ее поощрит; власти города Фэнсянь и уезда Аньцин, уровень за уровнем, тоже окажут поддержку. В сумме наберется немало — на первый год учебы в Пекине точно хватит, а если ведомства проявят щедрость, то и на все четыре года.
Как бы бедна ни была страна, нельзя экономить на образовании. Если студент, ставший лучшим в провинции, не сможет учиться из-за нехватки средств, это будет позором для всех работников сферы просвещения.
Ся Сяолань понимала, что директор Сунь по-прежнему смотрит на нее старым взглядом — виной тому был ее прочно закрепившийся образ бедной девушки.
Когда она только поступила в школу, она не совсем лгала: тогда она только начинала бизнес по перепродаже угрей и действительно была бедна. Но период с октября прошлого года по июль нынешнего стал временем стремительного развития ее дела. Ся Сяолань больше не была бедной.
На самом деле в ее финансовом положении было немало странностей, но директор Сунь и остальные не подвергали их сомнению, подсознательно игнорируя очевидное.
Ся Сяолань со всей серьезностью объяснила:
— Директор, у меня правда есть деньги. Вы забыли, что я училась дома именно потому, что хотела заниматься бизнесом? К счастью, дела идут сносно. Я не только заработала на учебу, но и вполне могу позволить себе угостить вас обедом.
Не терпя возражений, Ся Сяолань повела всех в государственный ресторан.
Впервые она пришла сюда пообедать, чтобы отблагодарить Чжоу Чэна и Кан Вэя. Мастерство повара Чжу врезалось ей в память, и она всё время мечтала снова отведать его фирменного черного амура. Можно было бы устроить прием и в закусочной снохи Хуан, но для «Благодарственного обеда» это было недостаточно официально. Приехав в Аньцин утром, Ся Сяолань сразу попросила Ли Дунляна сходить в ресторан и всё организовать.
Изначально планировался обед, но из-за интервью произошла задержка, и в ресторан они попали почти в два часа дня.
Мастерство повара Чжу было неоспоримым: он отправил рыбу на сковороду только тогда, когда гости прибыли. Несколько крупных черных амуров весом более пятнадцати цзиней каждый были только что доставлены из водохранилища Байси. Кроме рыбы подали большую свиную рульку и тушеную свинину «хуншао» — для бедных учителей с их крошечными зарплатами всё это были по-настоящему роскошные блюда.
Конечно, ученики были еще беднее учителей.
— Ся Сяолань, ты настоящий друг!
— Щедрая, душа на распашку!
Стоило Ся Сяолань поднять бокал за всех и сказать несколько слов благодарности, как учителя и ученики, отбросив церемонии, принялись за еду с огромным аппетитом.
Ся Сяолань выпила немало. Даже застенчивые девушки, никогда не бравшие в рот спиртного, нарушили запрет. К концу обеда некоторые ученицы, рыдая, обнимали Ся Сяолань… Честно говоря, она и сама не знала, что так популярна. Когда парни говорили, что им жаль с ней расставаться, Ся Сяолань могла упомянуть Чжоу Чэна, но когда то же самое говорили девушки, ей оставалось только обещать всем писать письма и не терять связи.
Директор Сунь даже поднял тост за Лю Фэнь, сказав, что она воспитала выдающуюся дочь.
Лю Фэнь сначала растерялась, но, вспомнив о результатах Ся Сяолань, хоть и не считала это своей заслугой, почувствовала такую радость, что решила — сегодня стоит выпить бокал!
…
Провинциальное телевидение сработало оперативнее всех.
Результаты стали известны утром, а к вечеру запись интервью с лучшей выпускницей провинции была уже смонтирована. Внутри телестудии даже возникла небольшая дискуссия: стоит ли выпускать этот сюжет в эфир? Ся Сяолань совсем не походила на прежних отличников — не вызовет ли ее образ негативной реакции?
Точку в споре поставил один из руководителей:
— Кто сказал, что лучший выпускник провинции должен выглядеть замученным и невзрачным? На мой взгляд, нынешняя победительница очень юная и яркая. Учеба не должна быть мучением, нам нужно продвигать именно такие позитивные образы: учиться можно весело, активно и с оптимизмом!
Так что сюжет пустили в эфир.
Интервью с Ся Сяолань началось сразу после программы «Синьвэнь Ляньбо».
Просмотр «Синьвэнь Ляньбо» позволял быть в курсе событий по всей стране, поэтому государственные кадры обязательно смотрели новости, включая Шао Лиминя, дядю Шао Гаоруня.
Если работа позволяла, он всегда смотрел новости вовремя. Сегодня, когда программа закончилась, он не успел выключить телевизор, как началось интервью с «чжуанъюанем» провинции. Когда в кадре появилось яркое и прекрасное лицо Ся Сяолань, Шао Лиминь даже замер от неожиданности.
Победительницу, конечно же, представили: уезд Аньцин города Фэнсянь, первая средняя школа… Имя и фамилия совпадают — неужели это и есть та самая девушка Чжоу Чэна?
Разве девушка Чжоу Чэна не была индивидуальным предпринимателем? Как она вдруг стала лучшей выпускницей провинции по результатам экзаменов!
Но если предположить, что это просто тезка, Шао Лиминю это казалось маловероятным.
В одном уезде вряд ли найдутся две девушки примерно одного возраста с одинаковыми именами и фамилиями, к тому же обладающие столь выдающейся внешностью. Неудивительно, что она так очаровала Чжоу Чэна. Нет, дело не только во внешности — стать лучшим в провинции не так-то просто, ее ум явно не уступает красоте. Если бы такая девушка встречалась с Шао Гаорунем, Шао Лиминь поддержал бы это обеими руками и ногами!
Вот только интересно, что об этом думают в семье Чжоу?
Семья Чжо.
Чжо На подогревала молоко на кухне, когда услышала, как мать в гостиной удивляется тому, насколько красива нынешняя победительница провинции. Чжо На из любопытства заглянула в комнату и в ту же секунду выплюнула молоко прямо на журнальный столик.
— Это… она… она…
Это же Ся Сяолань!
Лучшая выпускница провинции в этом году с общим баллом 616?!
Чжо На почувствовала легкую обиду. Обманщица! Говорила, что рассчитывает на 584 балла! Обманщица, твердила, что она просто торговка!
…
Пекин, восемь часов вечера. В доме семьи Чжоу зазвонил телефон.
Чжоу Гобинь поднял трубку и услышал голос сына. Сказав «папа», Чжоу Чэн просто начал глупо смеяться.
Чжоу Гобинь мог поклясться, что с тех пор, как Чжоу Чэну исполнилось восемь лет, он никогда не слышал от него такого смеха. Чжоу Чэн бывал дерзким, бывал не по годам серьезным, перед разными людьми он представал в разных обличьях, но никогда прежде он так глупо не хихикал.
— Чжоу Чэн!
— Пап, прости, я просто слишком счастлив.
Чжоу Гобинь долго ждал продолжения, но так и не понял, чему именно Чжоу Чэн так радуется. Положив трубку, он всерьез задумался, не стоит ли подыскать сыну психолога. Позже Гуань Хуэйэ пробормотала:
— Сегодня ведь объявляют результаты Гаокао?
Та девчонка из провинции Юнань, что выращивает ямс, тоже ведь сдавала экзамены в этом году? Скорее всего, провалилась, иначе Чжоу Чэн уже давно примчался бы хвастаться.
Чжоу Гобинь всё понял: так вот в чем дело. Впрочем, характер его жены оставался неизменным год за годом: раз уж сказала, что не одобряет отношения сына с девушкой из Юнани, то зачем интересоваться ее результатами? Конечно, вслух Чжоу Гобинь этого не произнес.
Ну что ж, тогда ловите еще одну главу, я решил и завтра поступить так же — выкладывать всё днем и вечером…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
