— Ся Сяолань!
Ся Хунся бросилась к воротам первой школы, махая Ся Сяолань рукой.
Ся Сяолань шла быстро и не услышала голоса Ся Хунся; через несколько шагов она завернула и вошла в учебный корпус. Ся Хунся топнула ногой и, крайне недовольная, прикрикнула на школьного охранника:
— Почему вы её пропустили?
Охранник взглянул на Ся Хунся, и его взгляд был весьма многозначительным.
Взрослой девушке негоже постоянно тереться возле парней из первой школы. Ученикам скоро сдавать выпускные экзамены, и неважно, кого из них Ся Хунся могла бы прибрать к рукам — это всё равно бы их отвлекало. Разве мог охранник пропустить такую особу в школу, чтобы она мутила воду?
Ся Хунся от этого многозначительного взгляда стало и стыдно, и досадно.
Однако унаследованная от семьи толстокожесть не позволила ей так просто отступиться; напротив, она прикинулась глубоко обиженной:
— Да вы просто презираете меня за то, что я из деревни! Какая предвзятость! Вы что, из-за её красоты к ней благоволите? Я вам вот что скажу…
Голос Ся Хунся был громким, и прохожие с недоумением поглядывали на охранника.
Охраннику было уже за пятьдесят, и он не мог позволить вешать на себя подобные ярлыки. Глядя на Ся Хунся, он чувствовал лишь крайнюю неприязнь.
— Она ученица первой школы, а вы — нет.
Ученица первой школы?
Да хоть убейте, Ся Хунся в это не верила!
Ся Сяолань была не из того теста, у неё на уме один ветер, ей не сравниться с сестрой Цзыюй.
Ся Хунся была твердо убеждена, что Ся Сяолань нашла в первой школе нового кавалера. Маленькая потаскуха, до чего же распутная — даже охранник школы ради неё лжёт.
Больше всего Ся Хунся ненавидела именно Ся Сяолань и считала своим долгом разоблачить её истинное лицо:
— Вас всех она обманула, она — гнилая потаскуха! О том, какая у неё скверная репутация, знают во всей округе! Если таким, как она, можно в школу, то и мне можно…
Пока Ся Хунся кричала, мимо как раз проходил один из руководителей школы.
— В чём дело? Что за шум у ворот, нарушаете школьный порядок.
Руководитель не стал отчитывать Ся Хунся — он и знать не знал, что она за птица. Эти слова предназначались охраннику.
Охранник оказался в затруднительном положении и попытался оправдаться:
— Директор Юй, эта юная особа целыми днями крутится возле школы. Она хочет войти, но у неё нет веской причины, и я не решаюсь её пустить, чтобы она не беспокоила учеников.
Директор Юй с отвращением взглянул на Ся Хунся:
— Лао Чжао, вы должны ответственно подходить к работе. В первую школу могут входить только ученики и учителя.
Первая школа уезда Аньцин не была каким-то секретным объектом, но железные ворота отделяли школу от внешнего мира. Внутри находились будущие студенты вузов, сосредоточенные на учебе. Разве можно позволять кому попало заходить и выходить, будто это овощной рынок? Хочешь входить с гордо поднятой головой? Пожалуйста — поступай в первую школу.
Хотя директор Юй прямо не ругал Ся Хунся, та почувствовала себя так, будто с неё сорвали кожу и бросили на землю топтать.
Ну и остры же на язык эти грамотеи.
Ся Хунся со злостью подумала: ну и что, что в старших классах учится, не все же такие, как её сестра Цзыюй!
Подавив гнев, Ся Хунся с раскрасневшимся лицом не желала отступаться, пока не раскроет истинное лицо Ся Сяолань. Неважно, была ли Ся Сяолань ученицей первой школы или нашла там себе парня, она сделает так, чтобы та не смогла там оставаться:
— Девушка, которая только что вошла, её зовут Ся Сяолань, у неё аморальный образ жизни, там, в деревне…
Директор Юй, нахмурившись, прервал её:
— Чем вы докажете правдивость своих слов?
В глазах Ся Хунся вспыхнуло торжество:
— Она моя двоюродная сестра, неужели я не знаю её дел?
Директор Юй не скрывал отвращения, охранник Лао Чжао тоже рассердился.
Что это за человек такой? Даже если у Ся Сяолань действительно были какие-то прегрешения, разве подобает двоюродной сестре приходить и выставлять их на всеобщее обозрение?
Разве это родственница? Да это злейший враг!
Словам врага веры нет. Директор Юй не хотел тратить время на эту ненормальную; бросив взгляд на Лао Чжао, он пошёл дальше.
Лао Чжао больше не церемонился с Ся Хунся и прямо выгнал её.
— Ты работаешь на подхвате в закусочной семьи Чжан впереди? Если снова будешь скандалить, я пойду к твоему хозяину и доложу о ситуации!
Ся Хунся не могла в это поверить.
В чём она ошиблась? Ведь всё было правдой, а люди из первой школы, наоборот, обошлись с ней грубо. Просто чертовщина какая-то — неужели Ся Сяолань их чем-то опоила?
Ся Хунся была в негодовании; она сильно топнула ногой и побежала обратно в закусочную «Чжан цзи».
Сначала она в ярости хотела нажаловаться Чжан Цуй, но, повращав глазами, придумала иной план и временно не стала упоминать, что видела Ся Сяолань.
Лицо Чжан Цуй тоже было не из приятных.
Цзян Ляньсян только что снова подлила масла в огонь, сказав, что у Ся Хунся руки не из того места растут: хотя покупателей в лавке только что было немного, самое время было помыть столы, полы и посуду, а Ся Хунся хороша — бросила тряпку и убежала к воротам первой школы.
— Работать не умеет, зато хитростей в голове полно, только глупая она очень, все мысли на лице написаны.
Нет ничего плохого в том, что взрослая девушка хочет найти себе хорошего жениха, но прежде чем зариться на лебедя, нужно посмотреть, не жаба ли ты сама.
Ся Хунся выглядит посредственно, талантов нет, прописка деревенская, образование низкое — чем она собирается очаровывать будущих студентов? Даже если хочешь выбрать цель, сначала нужно разузнать, у кого действительно есть шансы поступить в университет. А она на каждого парня из первой школы, зашедшего в закусочную, смотрит горящими глазами… Некоторые застенчивые ребята уже боятся в дверь заходить, так их Ся Хунся напугала.
Чжан Цуй очень хотелось выгнать Ся Хунся и покончить с этим.
Даром ест хлеб, только мешается, а если проведет в магазине долго и впутается в какую-нибудь неприглядную историю с парнем, и его родители придут разбираться — как тогда вести дела «Чжан цзи»?
— Хунся, нечего тебе по поводу и без повода крутиться у школьных ворот. Девушке подобает вести себя скромно, не бери пример с Сяолань.
Чжан Цуй говорила со всей душой.
Ся Хунся рассеянно кивнула, думая про себя, что на репутацию Ся Сяолань это, похоже, никак не повлияло, раз та умудрилась пробраться в первую школу.
Ся Хунся ждала и ждала, занимаясь делами вполоборота и следя за тем, что происходит у ворот первой школы.
Спустя почти три часа она наконец увидела фигуру Ся Сяолань… Высокий худощавый парень со смуглой кожей проводил Ся Сяолань до ворот. Ся Сяолань помахала ему рукой, и парень нехотя вернулся в школу.
Огонь в сердце Ся Хунся разгорался всё сильнее. Всё оказалось именно так, как она и думала: Ся Сяолань нашла себе в первой школе нового кавалера. Кто этот парень? Неужели у него влиятельная семья, раз директор Юй и охранник только что заступались за Ся Сяолань?
Ся Хунся решила во всём разобраться.
Она снова бросила тряпку и выскочила наружу, чтобы проследить за Ся Сяолань.
Чжан Цуй от гнева сдавило грудь, а Цзян Ляньсян с трудом сдержала смех. Зять, Ся Чанчжэн, — человек мелочный, хотел приставить кого-то из семьи Ся в лавке, чтобы приглядывать за ней и Чжан Фуманем, но эта племянница, Ся Хунся, слишком бестолковая и постоянно позорит Ся Чанчжэна.
Ся Хунся скользнула прочь, как вьюн, и след её простыл. Чжан Цуй подумала, что больше терпеть нельзя и нужно обязательно отправить её обратно в деревню Дахэ.
…
Ся Сяолань намеренно шла медленно.
Ей нравилось использовать социальные приемы из будущего: вежливости много не бывает, и охранник первой школы Лао Чжао тоже принимал от неё сигареты.
Лао Чжао только что сказал ей, что у ворот школы скандалила какая-то девица, называвшая себя её двоюродной сестрой, и велел быть осторожнее. А еще упомянул, что эта сестра работает на подхвате в закусочной «Чжан цзи» неподалеку.
Закусочная «Чжан цзи»?
Ся Сяолань заприметила её ещё в свой первый приезд в уезд.
Место для лавки выбрано удачно, поэтому и дела, разумеется, шли очень хорошо. Ся Сяолань тогда испытала досаду: ведь она сама подумывала открыть подобное заведение, специализирующееся на закусках, и отдать его под управление Лю Фэнь. Готовить еду, конечно, тяжело, зато не нужно мокнуть под дождем и мерзнуть на ветру, да и работа это более спокойная, чем перепродажа жмыха. Если бы Лю Фэнь открыла закусочную, Ся Сяолань пришлось бы оставить торговлю жмыхом, и она планировала передать этот бизнес семье Чэнь, чтобы отплатить за их доброту… К сожалению, лучшее место у ворот первой школы уже было занято.
Ся Сяолань временно отбросила эту мысль. В уезде Аньцин не вышло — позже она откроет лавку для Лю Фэнь в городе Шанду или Фэнсянь.
Необязательно торговать закусками, и заработок был на втором месте — главное, чтобы у Лю Фэнь было дело, в которое она могла бы вкладывать силы.
Кто-то схватил её сзади.
— …Ся Сяолань, попалась!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
