По воле случая на первом семинаре по созданию современной китайской архитектуры, где собрались все видные деятели архитектурного мира современного Китая, Ся Сяолань — простая студентка архитектурного факультета и новичок, доселе никому в отрасли не известный, — удостоилась чести выступать первой.
Зная, что это была провокация со стороны Нье Вэйго, многие всё равно находили ситуацию абсурдной.
Заставить группу почтенных мэтров с многолетним стажем смирно сидеть на стульях и слушать лекцию какой-то студентки?
Мао Каншань уже позвал Ся Сяолань на сцену. Старик поставил перед ней микрофон:
— Есть какие-то мысли — поделись со всеми.
Ся Сяолань с улыбкой кивнула:
— Спасибо вам, я всё понимаю. Каждый из присутствующих здесь может быть моим учителем. Я изложу свои идеи и буду рада, если вы, учителя, укажете на ошибки!
Её непринуждённая и достойная манера поведения выставила Нье Вэйго мелочным и завистливым.
У Нье Вэйго нос перекосило от злости. В столовой она вела себя так вызывающе, что он принял её за вспыльчивую девчонку. Он специально поставил её выступление в самый конец, но Ся Сяолань не стала скандалить на месте.
Теперь же, когда её вынудили выступать немедленно, она с радостным видом заявила, будто Нье Вэйго заботится о ней и даёт ей шанс.
Как на свете могут существовать столь бесстыжие люди?
Нье Вэйго повидал немало молодых людей, которые пускали слезу после его нападок, но такую толстокожую, как Ся Сяолань, он встречал впервые!
А в дополнение к этой самоуверенности небеса наградили Ся Сяолань прекрасной внешностью.
Голос у неё тоже был приятный, а путунхуа — безупречным, без всякого местного акцента. Речь её была настолько четкой и ясной, что стоило ей заговорить, как людям захотелось прислушаться.
Разве могла госпожа директор Ся спасовать перед аудиторией?
Ха-ха, даже если её знания тянули на пять баллов, подавала она их на все восемь, а то и десять!
— Сегодня я принесла с собой одну из своих последних работ, в которой выступала ведущим дизайнером. Это проект внутренней отделки отеля.
Как только Ся Сяолань это произнесла, Гун Ян, сидевший в задних рядах, поспешно раздал заранее подготовленные материалы всем присутствующим.
Материалов было в избытке. У Ся Сяолань в портфолио был пока только этот проект, зато копий она напечатала целый ящик. Сейчас трудно найти копировальный салон на улице, но если нужна большая партия печатной продукции, всегда можно обратиться в типографию. Все эти раздаточные материалы Ся Сяолань поручила Гун Яну подготовить ещё в Янчэне, прежде чем везти в Цзянчэн.
Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Нье Вэйго сжал бумаги, и лицо его изменилось.
В документах черным по белому значилось: отель «Наньхай», Пэнчэн.
Даже в их проектном институте знали об этом объекте. Однако руководство отеля пригласило самого Нин Яньфаня, и ни один институт не смог заполучить этот заказ.
Видя, как Мао Каншань и остальные сосредоточенно изучают документы, Нье Вэйго визгливо выкрикнул:
— Насколько я помню, отель «Наньхай» — это работа учителя Нин Яньфаня. Многие коллеги здесь присутствующие наверняка об этом знают, не так ли?
«Нин Яньфань, ах ты Нин Яньфань, — думал он. — Неужели ты настолько готов покровительствовать молодёжи, что отдаёшь свой проект, чтобы поддержать репутацию этой девчонки!»
В зале послышались перешёптывания, но никто не решался задать вопрос самому Нин Яньфаню.
Мао Каншань по статусу был равен Нин Яньфаню, и даже Синь Лисинь с мольбой во взгляде посмотрел на Мао-лао.
Нин Яньфань заговорил сам, и в его голосе не чувствовалось ни капли раздражения:
— Информация младшего Нье несколько устарела. Отель «Наньхай» действительно проектировал я, но это касалось только основного здания. Предложенный мной план внутренней отделки был отклонен инвесторами. Позже за дизайн взялась Ся Сяолань. Я рекомендовал её для участия в семинаре именно потому, что в этом её проекте заложена весьма блестящая идея.
Шёпот в зале не утих, а, напротив, стал громче!
Нин Яньфань признал, что его проект отделки был отклонён, а вариант Ся Сяолань — утверждён.
Неужели он не боится пересудов?
Что о нём скажут — мол, он уступает какой-то девчонке…
Нин Сюэ закусила губу. Тогда она так яростно возражала именно потому, что боялась подобной ситуации!
Сюй Юэцзинь готов был прямо сейчас вбить Нье Вэйго в землю.
И только Гун Ян с восхищением смотрел на Нин Яньфаня, явно покоренный широтой души великого мастера.
Прекратил шум всё тот же Мао Каншань.
— Старина Нин, под «блестящей идеей» ты имеешь в виду тот инфинити-бассейн?
Нин Яньфань кивнул:
— О конкретных деталях идеи вы можете расспросить саму Ся Сяолань.
Что касается технических сложностей, то такому мэтру, как Мао Каншань, достаточно было пары взглядов, чтобы всё понять. Хотя в материалах и не было подробных расчётов, для него не составило бы труда воспроизвести этот инфинити-бассейн вместе со своей командой.
Раз он мог это воспроизвести, значит, проект был технически осуществим.
Кто не умеет рисовать фантастические чертежи?
Дом можно построить квадратным, круглым, да хоть в форме воронки!
Стоит архитектору дать волю воображению, он и щупальца нарисует… Но нужно учитывать возможность реализации. Многие «полетные» работы так и остаются всего лишь концепт-артами.
Визуализация отеля «Наньхай» явно была реализуема. Мао Каншань спросил Ся Сяолань, как ей пришла в голову идея инфинити-бассейна.
Вдохновение в дизайне всегда имеет свои истоки.
Мао Каншань не стал спрашивать о цифрах, он спросил о концепции, фактически предоставив Ся Сяолань возможность выступить в её любимой стихии. Она откашлялась:
— Уважаемые учителя, вы все знаете, что с тех пор, как в 79-м году Государственное управление по туризму провело серию совещаний по развитию отрасли, проектирование туристических гостиниц и отелей для иностранцев стало важнейшим вопросом для отечественной архитектуры. В 1982 году был достроен отель «Сяншань». Этот проект — от чертежей до завершения строительства — вызвал широкие дискуссии. В центре споров стояла дороговизна строительства, однако с момента ввода в эксплуатацию он получил единодушное одобрение как восточных, так и западных туристов. С углублением политики реформ и открытости в нашей стране неизбежно будет строиться всё больше туристических и внешнеторговых отелей. Моя идея заключалась в том, что при проектировании отеля, помимо практичности, следует уделять внимание и эстетике, чтобы дарить гостям лучшие впечатления… Таков был мой изначальный посыл при работе над проектом отделки «Наньхая». Пэнчэн — это окно реформ и открытости во внешний мир. Чтобы «Наньхай» выделился среди множества других гостиниц и запомнился иностранным гостям и соотечественникам из Гонконга и Макао, ему нужна была «изюминка». Инфинити-бассейн делает его уникальным.
Рендер инфинити-бассейна выглядел великолепно.
В противном случае три гонконгских инвестора, включая Тан Юаньюэ, не сдались бы без боя во время тендера.
Компания «Тяньчэнь Чжуанши», принадлежащая Ду Чжаохуэю, также признала поражение.
«Дунфэн Кунгу» без единого выстрела получила право на отделку отеля, а затем и на управление им!
Нье Вэйго впился взглядом в эскизы.
Отель «Наньхай» — это масштабный проект.
Любой архитектор в этой среде, руководивший проектом отделки стоимостью 30 миллионов юаней, безусловно имел право участвовать в семинаре.
Даже сам Нье Вэйго никогда единолично не вел проект отделки с бюджетом в 30 миллионов.
— Эскизы и реальное строительство — это разные вещи. Нужно ещё посмотреть на итоговый результат… Ся Сяолань, этот твой дизайн — всего лишь план на бумаге, его ведь не приняли к реализации?
Ся Сяолань застенчиво улыбнулась:
— Старший сокурсник Нье действительно проявляет такую трогательную заботу о моих делах. В отеле «Наньхай» уже полным ходом идут отделочные работы. Сейчас июль 85-го года, самое позднее в следующем году отель официально откроется. Если у старшего сокурсника Нье возникнут сомнения, почему бы вам тогда лично не пожить в «Наньхае» несколько дней? Я посмотрю, смогу ли договориться для вас о скидке.
— Простите, что разочаровала вас, но проект не только приняли, работа уже закипела. Идея успешно воплощается в жизнь, и это вовсе не плод пустых фантазий Ся Сяолань!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
