Под яростным взглядом Юй Цяня У Динъюань вскочил на коня и величаво удалился.
Юй Цянь оторопел, но ему ничего не оставалось, как взобраться на спину осла и быстро поспешить следом, даже не обратив внимания на то, что грубое одеяло соскользнуло на землю. Спина осла была острой, и сидеть без подкладки было крайне неудобно. Всю дорогу Юй Цянь чувствовал себя так, словно сидит на ковре из иголок1, и нервно поправлял шапку цзиньсяньгуань, боясь, что она съедет набок.
Улица Чэнсянь находилась к северо-западу от моста Фучэн, почти у самого окончания внутреннего русла Циньхуай, недалеко от озера Хоуху за северной городской стеной. В этом районе жили в основном военные чины, евнухи и ученики Тай сюэ, весьма ценившие изящное убранство. На перекрестках и по углам улиц росли янчжоуские персики и деревья шулань, чьи цветы походили на изумрудные персики, а пышная листва источала аромат, наполняя всю округу густым, благоухающим запахом.
Место, где жила Су Цзинси, находилось в переулке Дашамао, в средней части улицы Чэнсянь. Здесь обитали по большей части богатые семьи, чьи дома выделялись просторными фасадами и глубокими внутренними дворами. В самом переулке стены с темными карнизами по обеим сторонам поросли вьюнком, жасмином и азалиями, пробивавшимися сквозь них изумрудной зеленью и багрянцем. Если человек был достаточно высок, он мог увидеть во дворах деревья гинкго и японскую софору.
Вскоре они нашли дом-вкладыш, зажатый между двумя усадьбами. Такие постройки использовали капитальные стены соседей в качестве собственных; это был отдельный дом с собственным двориком, не слишком просторный, но зато очень тихий, что привлекало приезжих ученых мужей, прибывших в Нанкин для учебы.
У Динъюань спешился и постучал в дверь. Спустя мгновение изнутри послышался женский голос:
— Кто там?
Они переглянулись: оказалось, в доме был кто-то еще, неизвестно, жена это была или служанка.
Юй Цянь заговорил:
— Я, инспектор Юй Цянь из Чжаньшифу, пришел по делу о болезни родственника и прошу встречи с Су Цзинси-сяньшэном.
Голос его звучал громко, так что во дворе всё было отчетливо слышно. Женский голос ответил:
— Сяньшэн в последнее время не ведет прием на дому, уходите.
— Речь идет о жизни и смерти. Если бы Су-сяньшэн мог хотя бы выслушать описание симптомов и дать совет, то это уже было бы великим благом.
В голосе Юй Цяня прозвучала тревога, и это не было притворством. Только если они смогут заставить ее открыть эту дверь, найдется решение для сегодняшней великой беды в Нанкине.
Внутри наступило долгое молчание, прежде чем голос раздался снова:
— Запишите симптомы больного на бумаге и просуньте под дверь. Когда у сяньшэна будет время, он обязательно посмотрит.
Юй Цянь продолжал настаивать на личной встрече, но ответа больше не последовало.
Стоявший рядом У Динъюань внезапно изменился в лице:
— Что-то не так.
Юй Цянь спросил его, в чем дело. Тот понизил голос:
— Если этот лекарь как-то связан с взрывом на баочуани, то он должен знать, что все чиновники Восточного дворца уже превратились в пепел. Ты только что назвался инспектором Юй из Чжаньшифу — как он мог не заподозрить неладное?
Юй Цянь словно очнулся от сна. Он только что перевелся из Синжэньсы в Чжаньшифу и допустил оплошность в такой мелочи.
У Динъюань с силой ударил ладонью по двери и обнаружил, что она заперта на засов, так что снаружи ее не открыть. Он тут же вскочил на коня и, используя высоту седла, запрыгнул на стену, спрыгнул во двор, а затем поднял засов и впустил Юй Цяня.
Этот дворик был всего в десяток шагов окружностью. Земля была чисто выметена, ни пылинки, ни опавшего листа. В центре стоял одиночный домик, в углу которого росли орхидеи и лихнис, а под окном стоял горшок с амарантом. Чаны с водой, глиняные печи, железные котлы, жернова и прочие вещи стояли во дворе в строгом порядке. В воздухе витал легкий горьковатый аромат лекарственных трав — это действительно была обитель лекаря.
Дверь в домик скрипнула, и наружу выглянула женщина. Волосы ее были растрепаны, одежда в беспорядке, как будто она занималась чем-то, не предназначенным для чужих глаз. У Динъюань шагнул вперед, схватился за край двери и яростно крикнул, чтобы она отошла. Женщина вскрикнула и бессильно опустилась на землю.
У Динъюань, не обращая на нее внимания, стремительно ворвался в комнату, но обнаружил, что внутри никого нет. На бамбуковой кушетке лежало одеяние еса из синей ткани, рядом на крюке висел длинный черный пояс еся, а аптекарский ящик «Пуцзи» стоял в углу возле шкафа. Эти вещи доказывали, что таинственным лекарем, которого видел старый гунши, действительно была Су Цзинси.
- Словно сидеть на ковре из иголок (坐如针毡, zuò rú zhēn zhǎn) — китайский фразеологизм, означающий состояние крайнего беспокойства, когда человек не находит себе места от волнения или дискомфорта. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.