Прекрасный, как Кайласа в снегах,
Пред ним предстал сияющий дворец.
Хрустальный пол, украшенный камнями,
Ступени из кораллов, колоннада
И блеск венчающих небеса башен,
Чье ослепительное величие пленило его взор.
Там, бледная, в небрежном одеянии,
Под стражей демонов и великанш,
С лицом, исхудавшим от вечных слез,
От долгих постов и от скорби;
Бледная, как серп молодого месяца,
Когда первый слабый свет возвращается к людям;
Тусклая, как пламя, что в облаках дыма
Скрывает и душит свое сияние;
Словно Рохини, царица звезд,
Томимая красной планетой Марс;
Оторванная от близких друзей и мужа,
Среди жестоких демонов, покинутая всеми,
Под надзором их свирепых глаз,
Сидела и плакала нежная женщина.
Ее рыдания, вздохи, скорбный лик
И дивные очи выдавали в ней царицу.
— Это она, это она, —
воскликнул Ванар, —
прекрасная, как луна, лотосоокая.
Я видел, как великан Равана нес ее
Пленницей сквозь небесные выси.
Такова была красота этой госпожи:
Тот же стан, те же губы, те же глаза.
Эта несравненная царица, которую я зрю, —
Супруга Рамы, со златыми членами.
Он — лучший из сынов человеческих,
И она достойна своего господина.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
