— Конечно, нужно позвать эту мерзкую девку и расспросить её!
Посмотрим, на что она рассчитывает, раз осмелилась так бесчинствовать!
Госпожа Фань холодно усмехнулась.
Между законной женой и наложницей существовала огромная разница. Наложница Фэй нарушила правила, и если госпожа Фань сама накажет её, что сможет сделать госпожа Юй, узнав об этом?
Если каждая наложница станет считать, что, угождая Юй Цзинсю, можно делать всё, что захочется, разве в доме не воцарится полный хаос?
Эта мысль промелькнула в её голове, и лицо госпожи Фань стало ещё холоднее.
Мэнчжуань всё поняла. Не дожидаясь приказа госпожи Фань, она отправилась за наложницей Фэй.
Госпожа Фань смотрела на её обычное лицо. Из-за спокойного выражения наложница казалась выдержанной и достойной, и это почему-то вызывало у госпожи Фань ещё большее раздражение.
— Вчера, после того как ты забрала в лавке Юньсю несколько новых носовых платков, куда ты отправилась? — ледяным взглядом спросила госпожа Фань.
Наложница Фэй улыбнулась:
— К девице Мин, в переулок Чжэньцзян.
Госпожа Фань застыла.
Она ожидала, что наложница Фэй начнёт суетиться, станет запинаться и придумывать оправдания. Тогда госпожа Фань могла бы рассказать, что ей удалось выяснить, а затем воспользоваться растерянностью наложницы и как следует отругать её.
Но наложница Фэй совершенно спокойно призналась во всём.
Что она имела в виду?
Неужели не боялась выговора?
Наверное, просто полагалась на поддержку госпожи Юй.
Унижение, которое госпожа Юй причинила ей, отправив мужу наложницу, и покровительство, которое наложница Фэй оказывала Юй Цзинсю за её спиной, — старые обиды и новая злость — разом вспыхнули в сердце госпожи Фань. Её словно обдало огнём.
— Кто разрешил тебе туда идти? — очнувшись, госпожа Фань попыталась говорить так же, как госпожа Юй, когда та выходила из себя. Она со всей силы хлопнула ладонью по столу на кане. — Ты кем себя возомнила? Передо мной сказала, что идёшь покупать платки, а сама тайком отправилась в гости. Одно говоришь при людях, другое делаешь за их спиной. У тебя совсем нет правил? Неужели госпожа Юй так тебя воспитывала?
До тех пор пока госпожа Фань не упомянула госпожу Юй, наложница Фэй стояла, опустив глаза, и молча слушала выговор. Но при этих словах она резко подняла голову. В её взгляде мелькнула острота, и она перебила госпожу Фань:
— Молодая госпожа, прошу вас успокоиться. В тот день я действительно собиралась отправиться в лавку Юньсю за носовыми платками. Но у выхода случайно встретила господина. Он сказал, что скоро Праздник фонарей, и неизвестно, всё ли приготовлено у девицы Мин к празднику.
— Прошлой зимой двор вступил в войну, поэтому даже за серебро было трудно купить хороший уголь. Девица Мин ещё в начале зимы приобрела пять повозок угля, но в этом году весна выдалась холодной, и ей, скорее всего, не хватит запасов. Нужно было заранее купить больше.
— Господин велел мне навестить её и заодно передать пятьсот лянов серебром.
— Сначала я хотела сообщить об этом молодой госпоже, но едва господин ушёл, как мне встретилась старшая госпожа.
— Она тут же отчитала меня за то, что ещё не закончился первый месяц года, а я уже хожу неизвестно где, и велела без необходимости не выходить из дома. Затем она спросила, знает ли молодая госпожа о моём выходе.
— Я испугалась, что госпожа обвинит меня в нарушении правил, и поспешно ответила: если бы молодая госпожа не разрешила мне выйти, я не осмелилась бы сделать и шага за внутренние ворота.
— Госпожа ничего не сказала. Увидев у меня серебро, она спросила, по какому делу я отправляюсь.
— Я не посмела скрывать правду и подробно рассказала, что господин велел мне отнести деньги девице Мин.
— Госпожа ничего не ответила и ушла, опираясь на руку мамушки Шу.
— По её виду мне показалось, что она не собирается мне препятствовать. Я помнила поручение господина, поэтому сначала отправилась в переулок Чжэньцзян, а уже потом в лавку Юньсю за платками.
— Что ты сказала? — госпожа Фань словно получила удар молнией. Её лицо в одно мгновение стало белым как бумага. — Ты хочешь сказать, что госпожа знала, что ты несёшь деньги девице Мин?
Наложница Фэй, не понимая причины её потрясения, кивнула:
— Конечно, знала. В прошлый раз, когда я относила девице Мин бобы лаба, мамушка Шу как раз по поручению госпожи пришла на кухню забрать такие бобы. Она сказала, что госпожа Цзи из переулка Бэньсы любит их есть, а госпожа собирается через несколько дней навестить семью Цзи и хочет взять немного бобов, чтобы угостить госпожу Цзи. Узнав, что я понесу бобы девице Мин, мамушка Шу ещё рассказала мне, какие из них лучше, а какие хуже…
— Ты… ты…
Госпожа Фань дрожала от ярости. Ей хотелось указать на наложницу Фэй и обрушить на неё поток ругательств, но с детства она никогда никого не бранила и не знала, как подступиться к таким словам. Однако если не выплеснуть всё, что накопилось в груди, ей казалось, что внутри вспыхнет огонь.
Она долго указывала на наложницу Фэй пальцем, а затем с трудом выдавила:
— Ты говоришь сладкие слова, а в сердце носишь зло… Какая же ты подлая и бесстыдная…
Наложница Фэй испуганно подошла к ней и опустилась на колени:
— Молодая госпожа, я говорю только правду. Если вы мне не верите, попросите служанку Мэнчжуань расспросить кухарку Бай. Она тоже всё видела и именно она помогала нам с мамушкой Шу укладывать бобы лаба…
У госпожи Фань закружилась голова. Она пошатнулась, а затем обмякла и повалилась на большой кан у окна.
— Молодая госпожа! Молодая госпожа!
Мэнчжуань никогда не сталкивалась с подобным и от страха едва держалась на ногах. Она обхватила госпожу Фань и расплакалась.
Наложница Фэй тут же поднялась с пола.
— Что случилось? Что с госпожой?
Она бросилась к кану.
Если бы не эта наложница Фэй, госпожа Фань не потеряла бы сознание от ярости.
В сердце Мэнчжуань вспыхнула ненависть. Она резко ударила наложницу локтем в грудь:
— Отойди! Быстрее позови кого-нибудь!
Наложница Фэй не ожидала удара. Она скривилась от боли и шумно втянула воздух. На её лице на мгновение промелькнула тень, но тут же исчезла.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
