На следующий день едва рассвело, как в усадьбе в переулке Янлю началось оживление.
Госпожа Лю и Лувэй хозяйничали на кухне: пекли лепешки и парили маньтоу, готовя завтрак и сухой паек в дорогу. Как-никак год выдался неурожайным, и неизвестно, удастся ли купить еду за пределами Сианьской управы.
Господин Лю руководил Саньфу и Шичжу, выносившими заранее подготовленные сундуки. Все со смехом и разговорами сновали между главным залом и флигелями, кто с узлами, кто с постельными принадлежностями, кто с утварью, собирая вещи в дорогу.
С улицы вошел пожилой слуга и доложил:
— Пришел торговец лошадьми!
У них еще не было права получить подорожную грамоту — канхэ1 — в управлении главного военного округа, а значит, они не могли останавливаться на почтовых станциях и пользоваться казенными лошадьми и повозками. Добираться до Чжанъе им приходилось своими силами. Поэтому еще вчера утром Цзинь Юаньбао попросил возницу Ма Второго помочь выбрать нескольких лошадей и купить большую повозку.
Услышав известие, Цзинь Юаньбао отложил дела и позвал разбирающегося в лошадях Саньфу:
— Идем со мной, глянем. Главное, чтобы нам не подсунули заморышей под видом добрых коней, а не то придется плестись до Чжанъе пешком.
— Да разве такое возможно? — рассмеялся Саньфу, выходя вслед за Цзинь Юаньбао. — За остальное не ручаюсь, а науку разбираться в скотине мне передал сам Девятый господин. Если уж я ошибусь, то и жалеть о таком убытке не придется!
Ян Юйчэн громко расхохотался. Но едва издал пару звуков, как схватился за голову, тяжело опустился в кресло тайши и закричал А-Сэню:
— Сходи на кухню за уксусом! — после чего пробормотал: — Вот черт, а вино-то вчера и впрямь было крепким!
А-Сэнь откликнулся и убежал.
Господин Лю добродушно усмехнулся.
Ян Юйчэн чувствовал себя скверно, оттого и раздражался. Глядя на заваленный вещами зал, он недовольно буркнул:
— И где носит этого Чжэна Третьего? Мы уезжаем во второй половине дня, мог бы хоть показаться и помочь!
Господину Лю это тоже показалось странным, но, желая сгладить неловкость, он ответил:
— Возможно, его задерживают какие-то дела.
Пока они разговаривали, вышел Чжао Лин. На нем была аккуратная сиреневая пао — халат чжидо2, перехваченный поясом. Он бодро распорядился:
— Ян Юйчэн, отправляйся прямо сейчас в серебряную лавку «Баоцин» и обменяй две тысячи лянов серебра. Они срочно нужны госпоже Фу.
— Что? — Ян Юйчэн изумленно раскрыл рот и, оглядев заваленную вещами комнату, озадаченно спросил: — Прямо сейчас?
Чжао Лин кивнул:
— Именно сейчас. — Затем он повернулся к господину Лю: — Чуть позже пойдешь вместе с госпожой Фу. Посмотри, какие у нее будут поручения и что именно она станет покупать… — Он ненадолго задумался. — Если покупки обойдутся в несколько десятков лянов, пусть берет что душе угодно. Но если счет пойдет на сотни или тысячи, помоги проверить подлинность и качество товара. И еще… если она направится в храм, сразу же пришли человека с известием ко мне!
Вчера вечером Фу Тинъюнь ушла в прекрасном расположении духа, а он потом полночи ворочался без сна. Размышляя об этом, он больше всего опасался, что настоятель монастыря Дасиншань убедил ее пожертвовать все деньги на молебне первого числа девятого месяца.
Господин Лю нешуточно испугался:
— Произошло что-то серьезное?
Чжао Лин, щадя самолюбие Фу Тинъюнь, ответил туманно и неопределенно.
Услышав, что и господин Лю спозаранку уходит вместе с госпожой Фу, Ян Юйчэн указал на вещи в зале и замялся:
— А с этим как быть?
— Вернетесь — и дособираете, — возразил Чжао Лин. — Сначала уладьте дела госпожи Фу. Выедем мы часом раньше или часом позже — никакой роли не играет.
Ян Юйчэн позвал Шичжу и, уныло повесив голову, вышел со двора.
Лишь после этого Чжао Лин отвел господина Лю в сторону и дал ему подробные наставления.
Господин Лю непрестанно кивал:
— Господин, не извольте беспокоиться, я все понял.
В итоге он отправился вслед за Фу Тинъюнь. К его удивлению, она вместе с Чжэн Саньнян покупала лишь теплую одежду и меховые шубы, не взяв ни единого украшения. Проведя на рынке меньше часа, она потратила менее двухсот лянов.
— Вы больше ничего не планируете покупать? — недоуменно спросил господин Лю.
— Покупать больше нечего, — с улыбкой ответила Фу Тинъюнь и поднялась в экипаж. — Поехали быстрее назад! — При этом она не упомянула ни о каких других местах.
Господин Лю сгорал от недоумения. У самого въезда в переулок Янлю они встретили Чжэна Третьего, который отсутствовал с самого утра.
Тот правил крытой повозкой, покрытой черным лаком.
— Это… — господин Лю недоуменно указал на повозку.
— Госпожа Фу велела купить, — с улыбкой пояснил Чжэн Третий.
Этот разговор привлек внимание Чжао Лина, который в сопровождении Цзинь Юаньбао осматривал у ворот подготовленные экипажи. Он быстро подошел и издали громко спросил:
— Что случилось?
Чжэн Третий почтительно ответил:
— Госпожа Фу сказала, что мы тоже едем в Чжанъе. Она с самого утра поручила мне купить повозку.
Известие оказалось столь неожиданным, что Чжао Лин замер как вкопанный и долго не мог вымолвить ни слова.
Цзинь Юаньбао и господин Лю переглянулись, вовсе не зная, как реагировать.
В переулке Янлю установилась тишина, нарушаемая лишь громким фырканьем коней да звонким цоканьем копыт по каменной мостовой.
Сидящая в повозке Фу Тинъюнь сквозь занавеску наблюдала за ошеломленным лицом Чжао Лина. По неизвестной причине ее охватило чувство торжества, и ей захотелось изумить его еще больше.
Опираясь на руку Чжэн Саньнян, она не спеша сошла на землю.
- Канхэ / Подорожная грамота (勘合 / kānhé) — официальный документ или специальный жетон в эпохи Мин и Цин, выдаваемый чиновникам и военным для подтверждения права на использование почтовых станций, казенного транспорта и бесплатного ночлега.
↩︎ - Чжидо (直裰 / zhíduō) — традиционный мужской халат свободного кроя с широкими рукавами, запахом направо и длинными полами, популярная повседневная одежда образованных людей и военных вне службы.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
