Линь Дунлин, услышав это, округлила глаза и выпалила:
— О каком вздоре говорит а-нян! Если кому и помирать, так этой блуднице!
Ван-ши поспешно прикрыла ей рот рукой. Она знала, что Линь Дунлин с малых лет росла балованной, отличалась вспыльчивым нравом и совершала поступки, не задумываясь о последствиях и не зная меры. Опасаясь беды, Ван-ши торопливо прошептала:
— Вини меня, вини меня, не следовало мне этого говорить. Сейчас Мэй-инян носит дитя, и если, не дай Небо, что-то случится, подозрение падет на нас, и тогда беды не миновать. Я сама со всем разберусь, а ты просто сиди смирно в храме. — Немного помолчав, она добавила: — Мы с твоей старшей тётей уже присмотрели несколько семей. Как выберем подходящую, так сразу выдадим тебя замуж. Только тогда мое сердце успокоится, а ты ни в коем случае не должна затевать ссору.
Линь Дунлин оттолкнула руку Ван-ши и холодно усмехнулась:
— Нас уже втаптывают в грязь, и мне даже слова сказать нельзя? Ну и что с того, что она беременна? В худшем случае я просто ударю её ногой в живот. Посмотрим, как она будет гордиться, когда лишится ребенка!
В этот момент вошла молодая служанка и доложила:
— Пришли вторая гунайнай и Сянлань-гунян, хотят навестить тайтай и справиться о её здоровье.
Ван-ши велела Линь Дунлин спрятаться за ширмой и только после этого пригласила гостей. Сянлань и Линь Дунци осведомились о самочувствии, спросили о симптомах болезни и, сказав несколько утешительных слов, оставили принесенные сладости, кашу и лекарства, собираясь откланяться. В это время снова вошла служанка и сообщила, что Мэй-инян пришла просить прощения. Из-за присутствия гостей Ван-ши не могла отказать и, как бы ей ни было неприятно, позволила Су Мэйжу войти.
Сянлань и Линь Дунци переглянулись, проглотили слова прощания и снова сели.
Лицо Су Мэйжу казалось желтоватым. Сегодня она то плакала, то устраивала сцены, так что румяна давно размазались, и она, умывшись чистой водой, не стала снова накладывать грим. Увидев Ван-ши, она тут же залилась слезами:
— Это моя вина, из-за меня тайтай разболелась. Прошу тайтай наказать меня. — С этими словами она собралась опуститься на колени.
— Довольно, — сказала Ван-ши. — Ты в положении, не нужно кланяться.
— Тайтай так великодушна, — промолвила Су Мэйжу. — В будущем мой ребенок станет и вашим ребенком. Один даос гадал и сказал, что я ношу во чреве Звезду литературы1. Лаое был вне себя от радости и пожаловал мне щедрое вознаграждение. Ах, разве я достойна такой судьбы? Буду довольна, если у этого дитя будет хотя бы половина способностей третьего ланцзюня. А если родится гунян… Я слышала, у тайтай тоже была дочь, да только умерла совсем юной. Лаое запрещает об этом упоминать, боясь, что это ранит сердце. Если у меня родится гунян, она как раз заполнит пустоту для лаое и тайтай, и утишит вашу боль.
Сердце Сянлань екнуло, и она подумала: «Эта Су Мэйжу воистину мастер убивать мягким ножом2. Каждое её слово кажется заботливым, но на деле каждое разит прямо в сердце, да так, что и на горести не пожалуешься. Неужели она хочет до смерти загнать Ван-ши гневом, чтобы Линь Чанминь сделал её законной женой?»
Лицо Ван-ши побагровело, она начала мучительно кашлять, и слезы покатились из её глаз.
Линь Дунлин за ширмой дрожала от ярости. Гнев, подогретый выпитым вином, ударил ей в голову. Все старые обиды и сегодняшнее унижение требовали выхода. Она увидела, как Линь Дунци подошла к Ван-ши, чтобы растереть ей грудь, а Су Мэйжу с притворным испугом собралась подойти ближе. Сянлань преградила ей путь, и в этот самый миг Линь Дунлин, не говоря ни слова, выскочила из-за ширмы и с силой пнула Су Мэйжу в живот, выкрикнув:
— Проклятая блудница! Сегодня ты узнаешь, каково мне!
Су Мэйжу, не ожидавшая нападения, вскрикнула и отшатнулась. Линь Дунлин вцепилась ей в волосы и еще дважды ударила ногой в живот, выкрикивая ругательства:
— Дрянь, забывшая, кто в доме хозяин, ничтожное отродье! Сегодня я, твоя гунайнай, проучу тебя как следует!
Сянлань сначала остолбенела, но, придя в себя, бросилась оттаскивать Линь Дунлин:
— Прекрати немедленно! Сейчас важнее позаботиться о тайтай!
Линь Дунлин не унималась. Цянь-мама, Хупо и Инло услышали шум и поспешили войти, чтобы унять ссору.
В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и вошел Линь Чанминь. Увидев происходящее, он побагровел от ярости, схватил Линь Дунлин и принялся её бить, выкрикивая:
— Неблагодарная, никчемная тварь! Ведешь себя как последняя девка, как ты посмела поднять руку на человека!
Увидев Линь Чанминя, Линь Дунлин струсила, опустила руки и зарыдала:
— А-де, как же ты несправедлив! Даже не спросил, как эта блудница расстроила маму, а сразу принялся меня бить!
Су Мэйжу со стоном повалилась на пол. Схватившись за живот, она непрестанно стонала. Её лицо стало мертвенно-бледным, на лбу выступил холодный пот. Сянлань опустила взгляд и в ужасе увидела под Су Мэйжу лужу крови. Она поспешно велела перенести Су Мэйжу на кровать и немедленно послать за врачом.
Линь Чанминь при виде крови пришел в еще большее неистовство. Он выхватил из сапога кинжал и прорычал:
— Хорошо же! Сегодня ты калечишь наложницу своего отца, а завтра, глядишь, и родителей убьешь! Уж лучше я прикончу тебя прямо сейчас, и дело с концом!
Он бросился на неё. Перепуганная Ван-ши вскочила, не удержалась и скатилась с кровати. Кое-как доползла она до Линь Чанминя и вцепилась ему в руку, рыдая:
— Лаое! Лаое, открой глаза и посмотри! Она ведь плоть и кровь твоя! Нельзя любить только того, кто еще не родился, и убивать ту, кого растил больше десяти лет!
Линь Чанминь взмахнул рукой и рявкнул:
— Прочь!
Он оттолкнул Ван-ши к стене, и Цянь-мама с другими служанками с причитаниями бросились её поднимать. В комнате воцарился полный хаос.
Линь Дунлин, почуяв неладное, воспользовалась суматохой и выбежала вон. Линь Чанминь бросился за ней в погоню.
Линь Дунлин бежала не разбирая дороги по переходу, увидела, что боковая калитка, выходящая на улицу, открыта, и выскочила наружу. Линь Чанминь последовал за ней, но увидел лишь, как Линь Дунлин скрылась за поворотом переулка. Выругавшись, он повернул обратно.
- Звезда литературы (文曲星, wénqǔxīng) — божество в китайской мифологии, покровительствующее просвещению, наукам и государственным экзаменам. ↩︎
- Мягкий нож (软刀子, ruǎn dāozi) — китайская идиома, означающая причинение вреда скрытыми, внешне вежливыми методами. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
