Видимо, она не ожидала, что Фу Шицзэ будет так охотно подыгрывать, поэтому Юнь Ли была очень рада и с улыбкой продолжила смотреть матч.
Если поначалу казалось, будто рядом с ней высится ледяная глыба, то теперь Юнь Ли чувствовала, что атмосфера вокруг потеплела. Фу Шицзэ откинулся на спинку кресла, время от времени взмахивая трещоткой.
Пока Юнь Ли украдкой поглядывала на Фу Шицзэ, обстановка на стадионе снова накалилась. Она поспешила за остальными фанатами из белой зоны, яростно размахивая трещоткой. Голос комментатора в динамиках становился всё громче:
— Матч переходит в решающую фазу! Им достаточно забить ещё один мяч, всего один гол — и победа практически в кармане! Мы видим, как нападающий белых прорывает оборону, это…
Скорость речи комментатора росла, а затем трибуны взорвались криками восторга. Юнь Ли не разбиралась в футболе, но понимала значение счёта «2:0» на табло.
Оператор крупным планом показывал игроков. На больших экранах стадиона и ЖК-мониторах в секторах сменяли друг друга кадры обнимающихся футболистов, а затем камера переместилась на фанатов в белом, которые буквально сходили с ума. Те, кто попадал в кадр, возбуждённо махали в объектив.
Комментатор продолжал свой страстный репортаж. Юнь Ли посмотрела на Фу Шицзэ: тот со скучающим видом прислонился к спинке и лениво пару раз качнул трещоткой.
Пока объектив не остановился на них двоих.
Оказавшись на виду у нескольких тысяч зрителей, Юнь Ли внезапно перестала размахивать трещоткой. Улыбка мгновенно исчезла с её лица, и она, смутившись, опустила руки. Фу Шицзэ рядом тоже шевельнулся: он скрестил руки на груди и уставился прямо в камеру с вызывающим и холодным видом.
Камера будто заклинила, не собираясь переключаться.
В этот момент комментатор как раз пояснял картинку:
— Просто невероятно, фанаты настолько потрясены голом, что остолбенели, словно истуканы…
«…»
К счастью, эта неловкая ситуация длилась недолго. Когда камера ушла, Юнь Ли почувствовала, что снова может дышать.
Вспомнив своё поведение перед объективом, она осознала: её талант королевы неловких пауз вышел на новый уровень.
Следующие несколько минут Юнь Ли просто сидела в прострации.
Заметив внезапную тишину рядом с собой, Фу Шицзэ взглянул на неё. Юнь Ли, широко раскрыв глаза, уставилась на трещотку в своих руках, приуныв, точно завядший баклажан.
Фу Шицзэ перевёл взгляд на поле. Он шевельнулся, опёрся локтями о колени и наклонился вперёд, сжимая в руках трещотку. Спустя мгновение, будто преодолев некое препятствие и приняв твёрдое решение, он вдруг несколько раз яростно ею взмахнул.
Услышав шум сбоку, Юнь Ли удивлённо обернулась.
Фу Шицзэ покосился на неё:
— Разве не гол забили?
Юнь Ли поразилась — она и не заметила, когда влетел очередной мяч. Она тоже начала неистово хлопать и сказала:
— Эта команда такая сильная.
Затем она взглянула на трибуны болельщиков в чёрном и с улыбкой отправила сообщение Фу Чжэнчу.
— Фу Чжэнчу, тебе стоит начать болеть за другую команду.
Приют праздного вина:
— Чёрт, у-у-у, как же я злюсь.
Юнь Ли вернулась в своё первоначальное состояние и, словно ребёнок, беззаботно махала руками вместе с фанатами в белом.
Видя это, Фу Шицзэ потёр сонные глаза и снова откинулся на спинку кресла.
…
Через десять минут матч закончился. Белые победили со счётом 3:1. Почти все болельщики вокруг Юнь Ли в едином порыве бросились обнимать друг друга, празднуя первую за последние годы победу в чемпионате.
От такой атмосферы в уголках глаз Юнь Ли закипали слёзы. Пожалуй, именно это чувствуешь, когда дело, которое ты искренне любишь, добивается триумфа — безграничную гордость.
Пока её взгляд снова не встретился со взглядом Фу Шицзэ.
Он выглядел так, будто уже начал засыпать.
Юнь Ли тут же пришла в себя и пару раз кашлянула, скрывая свою недавнюю забывчивость.
Фу Шицзэ сидел с края, поэтому встал первым и начал медленно продвигаться к выходу вместе с толпой. С того места, где стояла Юнь Ли, он казался стройным и прямым, как стержень ручки. Он засунул руки в карманы брюк, так что видны были только его запястья с чётко очерченными косточками.
С самого детства Юнь Ли считалась довольно белокожей среди сверстников.
Но по сравнению с ней его кожа была болезненно-белой и притягательной. В этой просторной белой куртке казалось, что его тело можно сбить с ног одним прикосновением.
Стоп.
О чём она думает? Повалить его?
Прогнав нелепые мысли, Юнь Ли, чувствуя себя пойманной на месте преступления, держалась от Фу Шицзэ на расстоянии двух шагов.
Однако люди сзади не давали такой возможности. Как только матч закончился, все ломанулись к выходу, будто опаздывали на собственные похороны. Юнь Ли случайно пошатнулась и ударилась лбом о его лопатку.
Из-за его худобы кости под кожей ощущались как твёрдый панцирь, и удар отозвался в голове Юнь Ли острой, пронзительной болью.
От боли у неё даже выступили слёзы.
Заметив, что Фу Шицзэ обернулся, Юнь Ли, решив, что помешала ему столкновением, извинилась, превозмогая боль.
Прижимая ладонь к голове, Юнь Ли чувствовала, как люди сзади напирают изо всех сил. Фу Шицзэ, не выказывая особых эмоций, бесцеремонно оттолкнул тех, кто лез впереди всех.
— Отойдите назад.
— Ты что творишь! — инстинктивно выкрикнул мужчина, которого оттолкнули.
Но, встретившись взглядом с Фу Шицзэ, он мгновенно примолк.
Хотя человек перед ним был высоким, но вовсе не мускулистым, а его тон речи был далёк от свирепого, мужчину почему-то пробрала дрожь. Напиравший сзади человек поджал губы и, сдаваясь, осмелился лишь отступить на шаг.
Фу Шицзэ опустил глаза и повернулся боком, жестом приглашая Юнь Ли пройти вперёд него.
Пока они сидели на своих местах, Юнь Ли, как бы ни увлекалась матчем, не забывала сохранять дистанцию, чтобы избежать любого физического контакта.
Проход был узким. Когда она шла впереди, прижимаясь к нему, то, несмотря на то что старательно отклонялась в сторону, касания всё равно были неизбежны.
Трение одежды ощущалось как удар кремня о кремень.
Юнь Ли шла, опустив голову и делая вид, что ничего не замечает.
Когда Юнь Ли оказалась впереди, Фу Шицзэ держался от неё на расстоянии шага. На фоне послематчевого шума Фу Шицзэ был настолько тихим, будто его и вовсе не существовало.
С самого детства Юнь Ли не любила, когда незнакомые люди прикасались к ней.
И в начальной, и в средней, и в старшей школе, и даже в университете хватало парней, которые вели себя бесцеремонно: они могли подойти слишком близко, снять с неё наушники, в порыве возбуждения хлопнуть по плечу или ухватить за одежду, когда звали её.
Все эти жесты так или иначе пугали её.
Но с тех пор как она познакомилась с Фу Шицзэ, он всегда вёл себя вежливо и достойно, сознательно избегая телесного контакта с окружающими.
По этим мелким деталям Юнь Ли видела, что он человек с прекрасным воспитанием. Он никогда не впадал в гнев и не переступал границ дозволенного.
Разве что не любил разговаривать.
И не любил улыбаться.
Возле спорткомплекса их уже ждал Фу Чжэнчу. Он уже снял чёрную верхнюю одежду, оставшись в футболке с эмблемой академии.
Фу Шицзэ спросил:
— Где одежда?
Фу Чжэнчу недовольно проворчал что-то себе под нос:
— Выбросил. — Он издал пару страдальческих стонов: — Больше никогда не буду за них болеть.
Его дурное настроение продлилось всего пару минут и бесследно исчезло. Когда они уже собирались уходить, у входа в спорткомплекс с ним поздоровались несколько парней среднего роста.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
