На месте массового захоронения один из надгробных камней вдруг слегка шевельнулся, а затем медленно отодвинулся в сторону, открывая тёмный проход. Двое стражников осторожно подняли из него станковый арбалет.
Они просидели здесь всю ночь. Хотя туннель, вырытый Мо Хуайчжуном, который называл себя прямым потомком легендарного землероя Ту Синсуня, был сделан весьма искусно и хорошо проветривался, в лишённом солнечного света подземелье всё равно было душно. Поэтому, выбравшись наружу, они не смогли удержаться от глубокого вздоха.
Вдали виднелись противостоящие друг другу Яньская и Южная армии: развевались знамёна, доносились голоса людей и ржание лошадей. Вот-вот должна была начаться великая битва.
Двое стражников с нескрываемым восхищением посмотрели на Мэн Цзянцина, появившегося из туннеля следом за ними.
Способность Мо Хуайчжуна вырыть такой туннель прямо под носом у патрулей Яньской армии и без того была впечатляющей, но умение Мэн Цзянцина настолько точно выбрать место для рытья и время, когда следовало скрыться, казалось ещё более удивительным.
Мэн Цзянцин лёг неподалёку на живот и поднял подзорную трубу, отыскивая цель.
Авангардом Яньской армии командовал Хань Сяотянь.
Этот талантливый молодой человек с язвительным характером первым окончил Цзянуский зал, после чего был призван на службу к Яньскому князю. Самостоятельно ведя войска в бой, он получил прозвище «Бии» — «Сокрушительный».
В каждом сражении он возглавлял авангард, и никто не мог выдержать его натиска.
Если удастся убить его, Яньский князь наверняка будет безутешен.
Двое стражников присели на землю и принялись корректировать положение арбалета.
Обычно для управления этим мощным арбалетом требовалось пять человек, но благодаря спусковому механизму, добавленному Вэй Хуаном во время модернизации, теперь с ним могли справиться двое стражников.
Мэн Цзянцин зарядил пятьдесят стрел. Их недавно отравленные наконечники зловеще блестели тёмно-синим на осеннем солнце.
В Яньской армии забили барабаны, и Хань Сяотянь со своим войском Бии начал атаку.
Мэн Цзянцин оценил расстояние и тихо отдал приказ.
Пятьдесят отравленных стрел полетели точно по прямой, нацеленные в Хань Сяотяня.
Кто-то в Яньской армии заметил стрелы, рассекавшие воздух, и крикнул, предупреждая остальных.
Хань Сяотянь тоже увидел их, но во время стремительной атаки не успевал ни осадить мчавшегося коня, ни ускориться настолько, чтобы выйти из зоны поражения.
Несколько личных телохранителей, ехавших рядом, одновременно выпрыгнули из сёдел и бросились вперёд, пытаясь прикрыть своего командира телами.
Но было уже слишком поздно.
Хань Сяотянь взмахнул длинным копьём и отбил больше десяти арбалетных болтов, однако три всё же попали в него.
Он покачнулся и наконец отчаянно свалился с коня.
Глубокое осеннее небо было лазурным и чистым, прозрачным до самой глубины, словно безупречный, лишённый пыли мир в его сердце.
Хань Сяотянь почувствовал, как всё его тело внезапно стало лёгким.
Он поднимался вверх, к сияющему небосводу, растворяясь в поле белого света, а сердце его наполнялось мирной радостью.
Хань Сяотянь медленно закрыл глаза.
Нежелание и отчаяние на его лице постепенно исчезли, сменившись умиротворением человека, крепко уснувшего.
Подзорная труба всё это время следила за ним издалека. Лишь теперь, убедившись в его смерти, Мэн Цзянцин опустил её.
Он тайком выдохнул, и сердце его внезапно наполнилось безымянным чувством — даже лёгкой печалью.
Более двадцати других людей, также поражённых стрелами, один за другим падали с коней. Вперёд продолжали мчаться лишь лошади без всадников.
Командующий Южной армии немедленно воспользовался случаем, приказал бить в барабаны и повёл войска вперёд.
В хаосе сражения между двумя армиями даже тот, кто захотел бы оторваться от боя и преследовать источник смертоносных стрел, скорее всего, не смог бы этого сделать.
Это был идеальный момент для отступления.
Однако Мэн Цзянцин внезапно поднял голову к небу.
Над голубым небом кружил и танцевал серый ястреб, сильный и грациозный в каждом движении.
Следуя за его полётом, отряд Яньской армии быстро вклинился в пустое пространство между местом массового захоронения и Южной армией, отрезав самый удобный путь отступления к южным войскам.
С другой стороны их также обходил ещё один отряд Яньской армии.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
