Цзи Син прекрасно поняла подтекст и тут же достала планшет, чтобы показать ему видео:
— Это продукция, созданная нами при помощи компьютерного моделирования и печати, взгляните.
На видео с разных ракурсов демонстрировались зубы, кости и другие хирургические имплантаты.
Цзи Син сказала:
— «Синчэнь» занимается только одним — проектирует по индивидуальным медицинским данным зубы, кости, кардиостимуляторы, артериальные шунты и прочее с использованием самых точных технологических процедур и информационного моделирования. Затем эти данные передаются на принтер, и из лучших материалов печатается изделие, становясь персональным медицинским оборудованием для каждого клиента. Такой подход весьма оригинален, и в будущем рынок будет огромен.
Инвестор по фамилии У неспешно произнёс:
— Насколько мне известно, есть ещё одна новая компания, которая занимается тем же самым, кажется, называется «Ханьхай».
— Да, — Цзи Син облизнула губы и продолжила: — «Ханьхай» — выдающаяся компания, но и «Синчэнь» ничуть не хуже. В этой отрасли всё в конечном счёте сводится к дизайну и технологиям, и в этом я уверена. К тому же я слышала, что «Ханьхай» не принимает внешних инвестиций.
Инвестор по фамилии У загадочно улыбнулся и сказал:
— Ваш проект меня очень заинтересовал, но условия, которые вы предлагаете, признаться честно, — это какой-то львиный аппетит.
Цзи Син немного смутилась, но вежливо улыбнулась:
— Тогда какие условия можете предложить вы?
— Семь миллионов, пятнадцать процентов.
Цзи Син оторопела. Перед приходом у неё были большие надежды, а после встречи с инвестором по фамилии У она почувствовала расположение к нему, интуиция подсказывала, что переговоры пройдут успешно. Поэтому от этих слов у неё на сердце похолодело.
— Это слишком… я не могу на это согласиться, — сказала она, прикидывая в уме, не является ли это переговорной уловкой, чтобы сначала сбить цену, а потом медленно договориться. Она поразмыслила: если бы его окончательной ценой были двенадцать миллионов, она, возможно, с трудом бы согласилась.
— Слишком мало. Есть ли место для торга?
— Цзи-гунян, вы же знаете, я давно в этой отрасли, у меня много ресурсов в плане закупок и сбыта.
— Вы занимаетесь лекарствами. И сырьё, и сбыт там — это совсем другое дело, нежели оборудование.
— Но, по крайней мере, база не нулевая, — сказал он. — Я очень хочу с вами сотрудничать, но озвученное предложение — это предел моих условий. В конце концов, деньги инвесторов тоже не ветром надуло. Хорошенько подумайте и дайте мне ответ. Не стоит отказывать так быстро.
Эти слова прозвучали так, будто он был уверен, что позже она сама к нему придёт. Только теперь Цзи Син поняла, что он готов дать лишь семь миллионов, а она-то ещё раздумывала, соглашаться ли на двенадцать.
Когда она вышла из отеля, подул ветер, пробирая её до костей. Не успела она отойти далеко, как зазвонил телефон из банка: ей сообщили, что она не соответствует кредитной политике и банк не может предоставить заём.
Цзи Син поспешно спросила:
— Может быть, вы не видели дополнительные материалы, которые я подала? Я отправила их сегодня утром, посмотрите, пожалуйста, вдруг вы их пропустили?
— Видели. Банк считает, что ваша компания несёт слишком большие риски, и согласно уставу кредит выдать невозможно.
— А нельзя ли ещё… — Просьба ещё не сорвалась с её губ, а на том конце уже повесили трубку.
Гудки, гудки, гудки…
Сердце внезапно сжалось, но не от поражения, а от чувства унижения.
Пройдя несколько шагов, она присела на край придорожной клумбы.
Середина марта. На кончиках ветвей виднелась едва заметная нежная зелень, но сами ветки всё ещё были сухими. Весенний ветер оставался колючим и холодным.
Она опустила голову и принялась теребить пальцы. Спустя мгновение на руку упала чистая слезинка. Она плотно сжала губы, не проронив ни звука, и продолжала теребить пальцы, а слёзы падали одна за другой.
В этом месяце она виделась с бесчисленным множеством инвесторов. Каждая неудача была словно содранный слой кожи с её чувства собственного достоинства. Она не знала, что делать. Если не удастся привлечь инвестиции, только что созданная «Синчэнь» рухнет. Она действительно не знала, что делать.
…
В это же время чувство паники и растерянности испытывали руководители высшего звена «Дунъян Медикал».
С тех пор как в конце прошлого года Хань Тин возглавил «Дунъян Медикал», никаких движений не предпринималось. Говорили, что при вступлении в должность новый начальник должен зажечь три костра, но за три месяца его правления не то что огня — даже дымка не показалось. Некоторые руководители, которые поначалу притихли из-за смены босса, расслабились.
Кто же знал, что на прошлой неделе он внезапно уволит двоих из четырёх вице-президентов. Меньше чем через два дня на их места заступили двое новых, и оба — его прежние проверенные помощники.
После этого среди руководства поднялся переполох, и каждый шорох пугал их.
На утреннем совещании в тот день все трепетали от страха.
Хань Тин в чёрном костюме восседал на главном месте. Лицо его было подобно глади воды, слова звучали неторопливо:
— За последние три месяца в ходе расследования я обнаружил, что среди присутствующих здесь руководителей некоторые совершили дисциплинарные проступки, нарушающие устав компании.
Как только прозвучали эти слова, все в конференц-зале напряглись.
Хань Тин оглянулся на Тан Суна, сидевшего рядом на вспомогательном месте. Тот слегка подтолкнул толстую папку с документами на стол для совещаний.
Все уставились на эту папку, словно на злейшего врага.
Хань Тин даже не взглянул на документы, их содержание он уже знал назубок:
— Начальник отдела закупок Ван Чун. 3 февраля 201X года закупил 40 тонн титанового сплава у цзянсуской компании «Фэйжань Металл» по цене 300 юаней за килограмм, что на 25 процентов выше рыночной цены на тот момент.
Хань Тин спокойно посмотрел на Ван Чуна. Тот, не зная, куда деться от страха, выпалил:
— Сплавы «Фэйжань» по качеству лучше, чем у других на рынке.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
