Он говорил медленно, словно желая, чтобы она расслышала каждое слово. В этот миг в её голове промелькнула искра озарения — будто после долгого блуждания в густом тумане она вдруг услышала зов и смутно нащупала направление. Но детали оставались неясными, и мгновенно найти решение не получалось.
Хань Тин не торопил её и всю дорогу больше не беспокоил, давая ей возможность самой во всём разобраться.
Во время обеденного перерыва Хань Тин отвёл Цзи Син в свой кабинет, расположенный на верхнем этаже административного здания.
Окна с трёх сторон позволяли обозревать весь парк с высоты.
Цзи Син сидела у окна, любуясь пейзажем: аллеи с клёнами и платанами, цеха с синей черепицей и белыми стенами, утопающий в зелени научно-исследовательский центр.
Только сейчас, находясь на высоком этаже, она заметила, что крыша исследовательского центра представляет собой огромный зелёный сад. Шёл обеденный перерыв, и многие сотрудники либо лежали на траве, нежась на солнце и устраивая пикники, либо читали книги в кафе, либо катались на велосипедах по дорожкам.
— Работать здесь просто потрясающе, — сказала Цзи Син и, обернувшись, увидела протянутый ей стакан воды.
Она взяла его и поблагодарила.
Пока она делала первый глоток, краем глаза заметила, как Хань Тин расстегнул пуговицы чёрного пиджака и сел рядом с ней.
Диван просел, и её сердце ёкнуло.
Диван был очень низким, почти как если бы они сидели на полу. Хань Тин держал стакан, положив руку на согнутое колено. Из-под манжеты рубашки виднелись часы с циферблатом глубокого тёмно-синего цвета. Его длинные ноги были согнуты, на ткани брюк проступили узкие фактурные складки, подчёркивая линии мужских ног.
Солнечный свет падал на них сквозь панорамное окно. Цзи Син почувствовала, что её щёки горят, а в горле пересохло — должно быть, это солнце так палило.
Сжимая стакан, она отвела взгляд и молча уставилась в окно, потягивая воду.
Посидев так в тишине, она почувствовала неловкость от молчания и спросила: — Господин Хань, ты не устал?
Хань Тин пил воду и, повернув голову, пристально посмотрел на неё: — С чего вдруг?
Из-за такой близости Цзи Син не выдержала его прямого взгляда. Не зная, куда деть глаза, она быстро заморгала и произнесла: — Просто ты всё утро водил меня по экскурсиям, вот я и подумала, что ты мог устать.
Хань Тин медленно улыбнулся: — Разве я похож на человека со слабой выносливостью?
— Вовсе нет. Господин Хань, ты выглядишь очень выносливым… — Сказав это, Цзи Син внезапно замолчала и, отвернувшись, поспешно отхлебнула воды.
Хань Тин молчал, постукивая пальцами по стакану. Ему тоже показалось, что солнце печёт слишком сильно. Спустя пару секунд он сменил тему: — Днём я отведу тебя в филиал исследовательского центра Доктор Клауд.
— Хорошо.
Цзи Син была удивлена и заинтригована. Насколько она знала, исследования в этом центре были сосредоточены на диагностике и лечении рака груди, а также на создании информационной сети историй болезней.
Сейчас в сфере медицинского искусственного интеллекта, помимо крупных корпораций, рядовые инвесторы не участвовали. Причина заключалась в том, что это были долгосрочные инвестиции в будущее: в краткосрочной перспективе требовались колоссальные вложения без какой-либо прибыли. Отдачи можно было не ждать очень долго.
Цзи Син спросила: — Как Дунъян пришла к решению развивать медицину на базе искусственного интеллекта?
Хань Тин понял, что она имеет в виду, и небрежно бросил: — Кто-то только что говорил о социальной ответственности предпринимателя.
Цзи Син опешила.
В этот момент у Хань Тина зазвонил телефон. Он поставил стакан на пол и взял мобильный. Цзи Син увидела на экране имя «Цзэн Ди».
Хань Тин встал, отошёл на пару шагов и ответил: — Алло?
— Пришла сегодня к тебе и только тогда узнала, что ты укатил в Германию, — раздался на том конце тихий упрёк Цзэн Ди. — Я же совсем недавно говорила, что хочу съездить в Германию развлечься. Почему ты даже не сказал мне, что собираешься туда?
— Я по работе, — ответил Хань Тин. Он невольно обернулся и увидел, как Цзи Син, встав, чтобы поставить стакан на кофейный столик, вскинула брови и скривила губы. Думая, что её никто не видит, она не сдерживала эмоций. Встретившись взглядом с Хань Тином, она мгновенно приняла невозмутимый вид.
Он не стал долго разговаривать и, повесив трубку, с полуулыбкой посмотрел на Цзи Син: — Ты к ней явно неравнодушна?
Пойманная с поличным, Цзи Син не стала отпираться и ответила прямо: — Она мне с самого начала не нравилась.
— И чем же она тебя задела?
— Ничем. Просто не нравится. Интуиция.
Хань Тин кивнул: — Она красивее тебя.
Внешность — это вопрос достоинства, и Цзи Син не могла этого стерпеть: — Она красивая, но и я слегка миловидна.
Хань Тин положил телефон на диван и сказал: — Твоё «слегка» — очень точное определение.
Он посмотрел на неё так, что не будь он её начальником, она бы бросилась на него и расцарапала лицо.
Сдерживая смешок, он произнёс: — И зачем ты вечно с ней соперничаешь? Ты её не жалуешь, но, если честно, мало кто из женщин обладает её хваткой.
Цзи Син промолчала — Цзэн Ди её ни капли не интересовала. Через мгновение, хитро сверкнув глазами, она вдруг спросила: — Господин Хань, если бы ты жил в древности, кем бы ты, по-твоему, был?
Хань Тин сразу понял, к чему ведут эти окольные пути: она явно проявила любопытство и пыталась через такие вопросы разузнать о его личной жизни. Однако он не обиделся, а с интересом спросил в ответ: — А ты как думаешь?
Цзи Син подозревала, что он — Вэй Сяобао, но, помня о субординации, проявила деликатность и сказала: — Чу Люсян.
Хань Тин усмехнулся с явным пренебрежением: — У меня нет к этому никакого интереса, слишком утомительно.
Цзи Син развеселилась и спросила: — Тогда кто же ты?
В этот момент Хань Тин стоял у панорамного окна, залитого солнечным светом. Он смотрел на огромный индустриальный парк у своих ног и, помолчав мгновение, серьёзно произнёс: — Если бы я жил в древности, я бы точно стал императором.
Глаза Цзи Син расширились: — И гарем из трёх тысяч красавиц?
— Скучно, — покачал он головой. — Уж лучше…
— Уж лучше что?
— …покорять земли на десять тысяч ли.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
