Молчание, конечно, тоже было частью переходного возраста, но в значительной степени оно также означало отступление.
— Откуда в его голове возьмутся такие мысли?
— Бесполезно его спрашивать!
Цинь Ао, заметив это, тут же начал насмехаться.
— То, что напридумывали в кино — всего лишь развлечение. Пусть человечество сначала высадится на Марс, а потом уже обсудим, есть ли в этом смысл? — Вэнь Чэнъе не выдержал и съязвил в ответ.
— Что значит «напридумывали»? Это научная фантастика!
— Без воображения не было бы и научного прогресса!
— Если сейчас не высадились, значит ли это, что в будущем высадка на Марс невозможна? У него с головой не в порядке, вот он так и рассуждает.
Мальчишки тут же принялись рассуждать со знанием дела, хором критикуя Вэнь Чэнъе.
Остальные нападали весьма агрессивно, и Вэнь Чэнъе нахмурился — похоже, он не ожидал, что они окажутся такими красноречивыми, а сам в этот момент не мог подобрать аргументов для возражения.
Линь Ваньсин посмотрела на Вэнь Чэнъе, посчитав его мысли интересными:
— Действительно, фильмы не обязательно должны быть наполнены глубоким смыслом. Ты имеешь право на своё мнение.
Плечи Вэнь Чэнъе на мгновение расслабились, но он тут же скрестил руки на груди, словно не желая с ней общаться.
Опираясь на вчерашний фильм, Линь Ваньсин подготовила видеоматериалы об исследовании Марса.
Основной упор в видео делался на изложении нескольких главных трудностей, с которыми столкнётся человечество при высадке на Красную планету.
Только сейчас ученики осознали, что, хотя ещё в 1971 году советский спускаемый аппарат «Марс-3» достиг планеты, это был лишь крошечный шаг в долгом пути человечества к Марсу.
Разные страны начали свои многолетние программы, а Китай планирует запустить первую пилотируемую экспедицию к 2033 году.
Вэнь Чэнъе от начала до конца не проронил ни слова, но на самом деле слушал тихо. В какой-то момент Линь Ваньсин заметила, как он, слегка приподняв голову, серьёзно наблюдает за кадрами исследований Марса, сменяющимися на экране проектора.
После краткого вступления Линь Ваньсин раздала ученикам материалы для чтения на сегодня — они также касались «Марсианской программы».
Материалы состояли из двух текстов на китайском и двух на английском языках.
Линь Ваньсин вместе с учениками погрузилась в чтение в тишине.
Научно-популярные статьи на китайском позволяли ребятам немного разобраться в теме, а после каждого текста шли наводящие вопросы. Некоторые из них требовали кратко изложить содержание или структурировать статью, другие представляли собой довольно сложные тесты с выбором ответа.
Что касается английских материалов, то их Линь Ваньсин нашла на зарубежных образовательных сайтах, и они в целом соответствовали сегодняшней теме, вызвавшей интерес у ребят.
Благодаря подготовке в виде текстов на китайском, ученики в той или иной степени могли понять содержание английских статей.
Раньше Линь Ваньсин уже обучала их некоторым приёмам чтения коротких текстов на английском: например, что делать с незнакомыми словами или как воспринимать длинные и сложные предложения; грамматика при этом была делом второстепенным.
Однако чтение на английском, по сравнению с родным языком, требовало бóльших волевых усилий — иными словами, ученикам нужно было предельно сосредоточиться на работе.
Поэтому поначалу ежедневное чтение на английском вызывало у них сильное раздражение.
Во-первых, английский не был их родным языком, и чтение давалось с трудом; во-вторых, им часто попадались непонятные слова и длинные фразы, из-за чего не хватало терпения внимательно дочитать статью до конца.
В такие моменты Линь Ваньсин понимала, что ей нужно немного снизить сложность материалов и добавить процессу увлекательности.
Время, отведённое на чтение, зачастую длилось дольше стандартного сорокаминутного урока. Темы тоже часто менялись в зависимости от того, на чём был сосредоточен интерес учеников.
Иногда, если какой-то вопрос особенно занимал ребят, они могли долго и увлечённо обсуждать его сразу после просмотра видео, не чувствуя усталости от бесконечных разговоров.
Линь Ваньсин никогда не пыталась насильно сократить этот процесс.
Другие игроки давно привыкли к такому порядку, но Вэнь Чэнъе участвовал в этом впервые.
С самого начала и до конца он вёл себя подчёркнуто отчуждённо.
Он отказывался отвечать на вопросы и обсуждать что-либо, не желал смотреть материалы, оставаясь, по сути, настоящим аутсайдером.
Линь Ваньсин не принуждала его к обязательному участию.
Лишь когда остальные ученики бурно переговаривались, она время от времени подходила к ученику Сяо Вэню и перекидывалась с ним парой фраз, чтобы он не чувствовал себя окончательно исключённым из коллектива.
В конце урока чтения Линь Ваньсин вместе со всеми делала обзор изученного за день и продолжала знакомить их с книгами и фильмами, расширяющими знания о «Марсианской программе» и исследовании космоса.
Большинство этих книг можно было найти в библиотечных запасах её бабушек и дедушек. Ученики могли сами решить, стоит ли им почитать что-то из этого во время отдыха после утренних занятий.
Всё это и составляло их утренний курс чтения.
Было начало девятого утра.
Линь Ваньсин объявила об окончании урока.
Мальчишки по привычке потянулись, готовясь переодеться в футбольную форму и приступить к следующему занятию — тренировке.
Ребята собирали вещи и, разбившись на группки и по-дружески обнимая друг друга за плечи, выходили из класса. У Вэнь Чэнъе не было ни опыта, ни друзей, поэтому он остался один в самом конце.
Линь Ваньсин достала заранее подготовленную папку со скоросшивателем, вложила в неё домашнее задание, которое Вэнь Чэнъе сдал утром, и вернула ему лично.
— Это твоё домашнее задание на сегодня, отдельное, — сказала она Вэнь Чэнъе.
Вэнь Чэнъе резко вскинул голову. Вероятно, за этот час с лишним непрерывного чтения в среде, в которую он совершенно не мог вписаться, он окончательно вышел из себя:
— Тебе не надоело? Ты и вправду считаешь себя такой уж выдающейся? Какой толк от всей этой чепухи, о которой ты твердишь?
Линь Ваньсин не ожидала от Вэнь Чэнъе такой бурной реакции.
Вэнь Чэнъе действительно злился, но гнев всё же лучше, чем молчание.
Линь Ваньсин немного подумала и ответила:
— Если говорить конкретно, то в наших уроках чтения, кажется, и впрямь нет особой пользы, потому что у них нет чёткой цели…
— Скукотища, — усмехнулся Вэнь Чэнъе.
— Но знаешь, на самом деле мне очень нравится этот урок. Потому что мне нужен повод, чтобы сохранять любопытство к миру. Каждый день я изучаю материалы, и это побуждает меня узнавать об этом интересном мире чуть больше.
Линь Ваньсин замолчала на этой фразе, оставив Вэнь Чэнъе наедине с нарисованным на чистом листе бумаги кругом.
— А как насчёт тебя, Вэнь Чэнъе? Есть ли что-то, что тебя интересует? Если есть, впиши это в круг и отдай мне.
Так сказала Линь Ваньсин.
Она не была уверена, когда Вэнь Чэнъе сможет заполнить свой круг…
Возможно, это случится завтра, а возможно, он не заполнит его никогда.
Уроки общеобразовательного цикла — если их можно было так назвать — ещё позволяли Вэнь Чэнъе сохранять подобие мира с остальными учениками и сидеть в одном классе.
Но на официальной тренировке по футболу обстановка уже не была столь гармоничной и дружелюбной.
Так как Вэнь Чэнъе никто не сопровождал, Линь Ваньсин пришлось самой вести его на поле. В школе в первые два часа занятий не было физкультуры, поэтому Линь Ваньсин на всякий случай без проблем отпросилась у руководства на два часа.
На поле остальные десять игроков и тренер уже были в полной готовности.
А она вместе с Вэнь Чэнъе подошла с опозданием.
У каждого ученика из футбольной команды была своя карточка учёта тренировок.
Карточки крепились к планшетам с зажимами, и в них записывались упражнения на каждый день и результаты каждого игрока, чтобы все могли наглядно видеть прогресс от ежедневных занятий.
Вэнь Чэнъе, разумеется, тоже получил такой планшет, но на его планшете пока был лишь один тонкий листок бумаги.
Хотя наступила глубокая осень, солнце в полдень всё ещё припекало довольно нещадно.
Вэнь Чэнъе в одиночестве стоял на траве, а остальные игроки выстроились в ряд на газоне, явно намереваясь поглазеть на него.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
