На фоне резкого свистка полиция мгновенно взяла место происшествия под контроль.
Шэнь Цяньчжань кружилась голова, в поле зрения мелькали размытые тени — будто двойные изображения, нечёткие и расплывчатые.
Она закрыла глаза, пытаясь справиться с тошнотой и головной болью, вызванными стрессом, затем подняла взгляд на Цзи Цинхэ:
— Как ты оказался здесь?
— Не мог не беспокоиться за вас.
По пути в аэропорт Цзи Цинхэ небрежно поинтересовался у Су Цзаня, как обстоят дела с родственниками старика Чэнь. Как только Су Цзань ответил, что всё прошло гладко, Цзи Цинхэ сразу почувствовал неладное.
Весь день Шэнь Цяньчжань была в тревожном состоянии — боялась, как бы родственники покойного не устроили скандал. По её описанию, дядя Чэнь был человеком грубым и своевольным, привыкшим решать споры силой.
Если бы он действительно хотел вступить в переговоры со съёмочной группой и потребовать компенсацию, то вёл бы себя отнюдь не миролюбиво. Впрочем, нельзя исключать и того, что он нарочно смягчил тон, чтобы снизить бдительность Су Цзаня и Шэнь Цяньчжань, а затем ударить в самый неожиданный момент. Но тогда Цзи Цинхэ почувствовал острую, почти физическую тревогу — он не мог оставить Шэнь Цяньчжань одну перед лицом такой угрозы. Поэтому по дороге он велел водителю развернуть машину и вернуться, а Су Цзаню поручил продолжить путь в аэропорт за прибывающими.
«К счастью, я пришёл». Он произнёс эти слова ровным тоном — настолько ровным, будто капля воды, упавшая в глубокий океан, — но Шэнь Цяньчжань вздрогнула от этого звука, словно прозрела бурю, уже закипающую в самых глубинах моря.
— Помимо затылка, где ещё рана? — Он опустил глаза на затылок Шэнь Цяньчжань, уже покрасневший обширным пятном, и ладонью осторожно провёл вниз по этому алому следу: — Здесь? Или здесь?
Нажим был лёгким; жгучая боль уже притупилась до онемения. Она нащупала его ладонь, взяла за мизинец и мягко положила его кончик на лопатку:
— Достаточно.
Удар Чэнь Яня на полпути перехватили — сила удара ослабла. Шэнь Цяньчжань почувствовала боль, но она оставалась в пределах терпимого.
Цзи Цинхэ бережно придерживал её затылок, осторожно прощупывая и надавливая, пока не определил примерное расположение и площадь раны — лишь тогда он чуть расслабился.
Прибыв на место, он увидел лишь, как Чэнь Янь замахивается палкой, и решил, что Шэнь Цяньчжань попала в затылок. Именно поэтому, когда он перехватывал удар, намеренно применил точный, резкий рычаг, сильно ударив по запястью Чэнь Яня и вывихнув сустав.
Если бы место происшествия не было быстро очищено, а скрытые действия не стали бы невозможны, травма Чэнь Яня ограничилась бы далеко не одним вывихом запястья.
Он бросил ледяной взгляд на Чэнь Яня — тот, обезоруженный полицией, лежал на полу, сжимая запястье в стальных объятиях офицеров, бледный от боли, с искажённым лицом. Взгляд Цзи Цинхэ был столь холоден, что пробирал до мурашек.
Как только полиция взяла ситуацию под контроль, она немедленно установила оцепление и начала разгонять толпу зевак, одновременно направив двух офицеров к границе оцепления для недопущения посторонних и защиты места происшествия от повреждений.
Чэнь Янь, вооружённый палкой и возглавляющий шумную группу, совершил преступление, не требующее доказательств.
После сбора базовых данных о Чэнь Яне и его сообщниках полиция по стандартной процедуре запросила у Шэнь Цяньчжань описание случившегося.
Недавно Шэнь Цяньчжань уже обращалась в полицию с заявлением, и у прибывших тогда офицеров сохранилось о ней впечатление. Увидев её ранения, они сначала с сочувствием осведомились:
— Насколько серьёзны ваши повреждения?
— Ничего страшного.
Скорая помощь прибыла немного позже полицейских машин: медсёстры как раз укладывали на носилки члена съёмочной группы, получившего ранения и кровотечение в ходе потасовки, и вывозили его наружу.
Шэнь Цяньчжань смотрела на это хаотичное, но упорядоченное «место преступления» и, прижав пальцы к переносице, горько усмехнулась.
Она собралась с силами и, в первую очередь, кратко изложила полиции ход событий, после чего добровольно предложила:
— Эта комната была арендована съёмочной группой специально для хранения антикварных часов. Во избежание их повреждения мы установили видеонаблюдение. Записи я могу предоставить вам в качестве доказательств.
После несчастного случая со стариком Чэнь комната, где ранее хранились часы, была отдана отелю на уборку и временно закрыта для посетителей. Эту же комнату Шэнь Цяньчжань арендовала заново у менеджера отеля. К счастью, она не пожалела усилий и переустановила всю систему видеонаблюдения. Иначе сегодняшний инцидент, даже если бы и удалось объяснить, стал бы поводом для бесконечных спекуляций, против которых невозможно было бы защититься.
После составления протокола полиция забрала файлы с видеозаписями, временно задержала Чэнь Яня и его сообщников и порекомендовала Шэнь Цяньчжань пройти медицинское обследование, а затем представить в органы внутренних дел заключения врачей по всем пострадавшим.
Остальные причастные лица — включая нескольких членов съёмочной группы, участвовавших в потасовке, — также были доставлены в отделение для дальнейшего допроса.
Дело зашло слишком далеко — теперь уже никакие усилия не смогут остановить развёртывающийся скандал.
Даже находясь сейчас в этой комнате, она могла представить, какая картина царит за пределами отеля: журналисты с длинными телеобъективами и короткими фразами, сгущающийся воздух, полный напряжения и агрессии.
Задерживать Цзян Мэнсинь под присмотром Цяо Синь больше не имело смысла: без Шэнь Цяньчжань за пределами отеля уже собрались тысячи репортёров, стремящихся к сенсации.
Не пройдёт и получаса, как новость о смерти сотрудника съёмочной группы фильма «Время» и последовавшем за этим скандале с родственниками покойного распространится по всем социальным сетям и станет предметом обсуждения миллионов пользователей.
Изначально она так тщательно всё контролировала, чтобы утихомирить ситуацию и свести возможный ущерб к минимуму. Но, как ни старалась, не предусмотрела простейшего и самого грубого хода — который полностью разрушил все её планы.
Сейчас съёмочная группа попала в тупик. Если кризисная коммуникация не будет оперативно и грамотно организована, фильм «Время» рискует получить тяжёлый удар и навсегда потерять импульс.
Голова раскалывалась от боли; она сильно укусила губу и лихорадочно искала выход.
Сначала она приказала начальнику съёмочной группы как можно скорее отправить два антикварных часа в Пекин. Когда она размышляла, куда именно их доставить, Цзи Цинхэ взял её телефон и назвал адрес «Шицзяньтан»:
— Контактное лицо — Мэн Ванчжоу. Запишите его номер телефона.
Проговорив цифры и убедившись, что адресат записал их, Цзи Цинхэ повесил трубку и вернул телефон:
— Сейчас я отвезу вас в больницу. Остальное обсудим по пути.
Шэнь Цяньчжань ещё должна была посетить участок для дальнейшего участия в следствии — времени было крайне мало:
— Мне нужно связаться с отделом PR компании «Цяньдэн».
Цзи Цинхэ слегка сжал губы, голос звучал сдержанно:
— По дороге тоже можно позвонить.
Увидев, что она снова готова возразить, он одной рукой обхватил её талию, другой — подхватил под колени и, не дав ей опомниться, бережно поднял на руки:
— Пусть Цяо Синь занимается здесь. Су Цзаня я уже предупредил — он скоро прибудет.
Безмолвно игнорируя всех вокруг, он понёс её по коридору сквозь толпу зевак прямо к парковке у заднего входа:
— Отдел PR «Цяньдэна», если позволите сказать, — сплошная неразбериха.
Эта оценка прозвучала с явной долей эмоций — резко и без обиняков.
Шэнь Цяньчжань молчала.
Она долго смотрела на Цзи Цинхэ, потом тихо произнесла:
— На меня покушались. Кто-то замышляет против «Времени».
С того самого момента, как появилась Цзян Мэнсинь, с того мига, как Су Цзань прислал ей её впечатляющее резюме, с того мгновения, как Чэнь Янь нанёс удар, продуманный и организованный до мелочей, — она поняла: её заманили в ловушку.
Кто стоит за этим — она не знала. Но круг подозреваемых невелик.
Именно потому, что догадалась о заговоре, ей стало ледяно, а времени — катастрофически не хватать.
Она не щадила самых мрачных предположений относительно их скрытых замыслов.
Чэнь Янь — всего лишь пешка, которую подстрекнули. Его задача — вытащить на свет трагедию со смертью члена съёмочной группы, тщательно замаскированную Шэнь Цяньчжань. А её стандартные действия по урегулированию последствий будут искусственно превращены в уголовное дело руками тайных заказчиков.
За этим последует волнение общественности, не владеющей всей информацией, — и вслед за ним — нападки и бойкот съёмочной группы.
Такой удар опустит репутацию команды и актёров на самое дно, породит бесконечные негативные последствия и, в крайнем случае, может привести к преждевременному закрытию проекта.
Цзи Цинхэ усадил её на пассажирское сиденье и пристегнул ремнём безопасности.
Его взгляд опустился вниз — он нашёл её руку и крепко сжал в своей.
Рука Шэнь Цяньчжань была ледяной, будто только что вынутая из морозильной камеры. Он крепче сжал её и тихо, но твёрдо произнёс:
— То, что я говорил раньше, остаётся в силе.
Цзи Цинхэ собирался в Пекин и выехал в строгом костюме.
Только теперь, когда он слегка наклонился к ней, Шэнь Цяньчжань заметила: его идеально завязанный галстук каким-то образом ослаб, и теперь он небрежно свисал поверх рубашки.
Его кадык мягко поднялся и опустился; он приглушил голос и медленно сказал:
— Вы согласитесь на мои ухаживания.
— Если вы захотите — все ресурсы «Бучжунсуй» станут вашими.
Узнав по дороге о случившемся, Су Цзань едва не разбил телефон от ярости.
Он мчался обратно в отель, охваченный гневом.
Ещё не доехав до входа, он издали увидел плотное кольцо журналистов, окружившее отель — три слоя, четыре слоя, толпа, как железный барабан.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.