Глава 68. Есть ли у Флоры парень?
— В тот день там такой шум поднялся, — сказала Луми, ковыряя ногти, Шан Чжитао. — Старики в переулке перепугались не на шутку. Кто-то даже позвонил моей маме: «Скорее иди сюда! У тебя в доме сейчас кого-то убьют!»
Луми рассказывала о своей квартире, которую она сдавала, то есть о деле Цзан Яо.
— И что потом?
— А потом я повезла маму туда на машине! Этот придурок перепил и ударил Сяньнюйэр. Но Сяньнюйэр тоже не промах, она полоснула его ножом по руке — та ещё штучка. Когда я приехала, этот ублюдок уже обмяк от страха и плакал в углу. А Сяньнюйэр наставила на него нож и крикнула: «А ну заткнись, чёрт возьми!» — Луми изобразила Цзан Яо и подняла большой палец: — Реально крутая. Я впервые видела женщину, которая была бы ещё жёстче, чем я.
Шан Чжитао не особо волновало, насколько жёсткой была Цзан Яо. Её беспокоило, сильно ли та пострадала:
— Это серьёзно? Ну, побои.
— Рука посинела. Видимо, когда этот тип бил её, он решил, что у него рука не поднимется на такое красивое лицо.
— А дальше?
— Она уехала. Потом выяснилось, что семья Сяньнюйэр живёт в Америке, денег у них куры не клюют, а она просто переезжает с места на место каждые несколько дней — познаёт тяготы жизни простых людей.
— Вот как.
Цзан Яо, получившая цветы от Луань Няня, уехала. Неужели Луань Нянь даже не попытался её удержать? Знал ли он, что у неё есть парень? Знал ли он, что парень её бил? У Шан Чжитао было полно вопросов, но задать их было некому. Как вообще можно поднимать руку на человека? Что это за существа такие?
— Мужчины, которые бьют женщин, отвратительны, — сказала Шан Чжитао.
— Кастрировать бы этого ублюдка, — Луми тоже была в ярости, а потом спросила: — Как думаешь, Лу Кэ знает, что её избили?
Шан Чжитао покачала головой.
— Пойдём. Спустимся за кофе, — Луми потащила Шан Чжитао к лифтам. В тот момент, когда двери закрывались, чья-то рука преградила им путь, и мягкий мужской голос произнёс:
— Подождите, пожалуйста. Спасибо.
Шан Чжитао и Луми впервые официально столкнулись с Дони лицом к лицу. Они обе часто бывали в командировках и редко задерживались в компании. Дони слегка улыбнулся:
— Это Луми и Флора?
Луми переглянулась с Шан Чжитао и ответила:
— Привет, Дони.
Больше слов не последовало.
Шан Чжитао стояла прямо, глядя перед собой. Её осанка всегда выделяла её среди остальных. Выходя из лифта, она случайно увидела в зеркале, как взгляд Дони скользнул по ней — всего лишь мимолётное мгновение, но от него стало не по себе. Все трое направлялись в кофейню. Заказывая кофе, Дони обернулся и спросил:
— Что будете пить, дамы? Я угощаю.
— Два латте, спасибо, — ответила за Шан Чжитао Луми.
Дони кивнул, заказал два латте и протянул каждой по стакану.
Луми не хотелось подниматься наверх вместе с Дони, поэтому она сказала Шан Чжитао:
— Составишь мне компанию, я покурю.
— Хорошо.
Они обе улыбнулись Дони, вышли из кофейни и направились в зону для курения на улице. Сейчас там никого не было. Луми закурила женскую сигарету и сказала Шан Чжитао:
— Почему этот Дони кажется таким скользким типом?
— С чего ты взяла? Я утром слышала, как Китти хвалила его: красив, мягок, богат — мечта любой девушки.
— Тьфу! Это у девушек глаз нет. Мечта девушки — это мой упрямый осёл.
Шан Чжитао рассмеялась:
— Если бы Лу Кэ узнал, что ты каждый день о нём грезишь, он бы тебя прибил, не так ли?
Луми хихикнула и указала кончиком сигареты на здание:
— Ты видела, как эти засранцы начали выбирать сторону?
— Какую сторону? — Шан Чжитао была менее проницательна и не замечала таких вещей.
— Говорят, совет директоров прислал Дони, чтобы заменить Лу Кэ. Они недовольны Лу Кэ, потому что им трудно управлять.
Шан Чжитао вспомнила бутылку воды под названием «Единое сердце», которую принёс Луань Нянь, и спросила Луми:
— А ты на чьей стороне?
— Я ничью сторону не принимаю. Я мелкая сошка, моё дело — работать, — она потушила сигарету. — Но я поддерживаю Лу Кэ. Хоть мой голос ничего и не значит, мне кажется, что Лу Кэ приятнее, чем Дони.
— Только потому, что приятнее?
— Да. Я за тех, кто мне по душе.
Шан Чжитао так и покатилась со смеху. В этот момент Луань Нянь, только что закончивший переговоры, проходил мимо них:
— Прогуливаете?
Луми скривила губы, и обе они молча последовали за Луань Нянем в лифт, не смея издать ни звука. За глаза они обсуждали его вовсю, но перед ним притихали, как цыплята.
Луань Нянь посмотрел на наставницу с ученицей в зеркало лифта: одна выглядела как хулиганка, другая — как прилежная студентка. Вместе они смотрелись довольно комично. Хмыкнув, он вышел из лифта.
Луми прижала руку к груди и сказала Шан Чжитао:
— Чёрт возьми, как же страшно.
Шан Чжитао подумала: «И это страшно? Попробовала бы ты, когда гаснет свет».
С этими мыслями она вернулась на рабочее место и продолжила заниматься утверждением бюджетов разных отделов. В бюджете отдела планирования обнаружились две ошибки: фактическая сумма превышала предварительно утверждённую на триста тысяч. Она спросила Китти:
— По этим двум пунктам нужно посмотреть детализацию. И ещё нужно подать заявку на специальное утверждение.
Китти ответила ей:
— Дони уже всё утвердил.
— Специальное утверждение должно проходить через Лу Кэ.
— Что за длинная процедура? — недовольно спросила Китти.
— Ты что, первый раз бюджет утверждаешь? На тренингах не слушала? — вмешалась Луми. — Советую тебе поскорее запустить процесс утверждения, сестрёнка. Если до пятницы не успеешь, заявку просто отклонят.
Луми, осадившая Китти, была в прекрасном настроении. Позже она шепнула Шан Чжитао:
— Впредь будь с ней пожёстче. Она из тех, кто выбирает хурму помягче, чтобы раздавить — думает, что тебя легко прогнуть!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
