— Я отвечаю за питание. Только что заметила, что поданные блюда не соответствуют меню от поставщика, и в экстренном порядке связалась с отелем и подрядчиками. За самовольную смену меню мы отказываемся платить.
— Хорошо, спасибо за труд.
Проверяя этап за этапом, все обнаружили множество проблем. К счастью, Луань Нянь был рядом; обладая богатым опытом, он решал вопросы один за другим. К тому же сегодня он был на редкость покладист. Работать с ним, если не считать его чрезмерно высоких требований к подчинённым, во всём остальном было удовольствием, а уж когда он в хорошем настроении — и вовсе словно весенним ветерком обдало. Он подбодрил команду:
— Насчёт ситуации с поставщиками — не стоит искать виноватых. Пройдя через такую процедуру спецсогласования один раз и обнаружив ненадёжность поставщика, в будущем мы этого не допустим. Сейчас давайте сосредоточимся на текущих задачах. Спасибо всем за труд.
Луми сказала Шан Чжитао:
— И как он только не устаёт?
Шан Чжитао взглянула на него и покачала головой:
— Я тоже не знаю.
Разве мог он не уставать? У него был синдром сухого глаза, да и с желудком не всё ладно. Шан Чжитао порой задумывалась: у него ведь, казалось бы, всё есть, так ради чего он так надрывается? Шан Чжитао пошла проверить подачу блюд для банкета и заметила Луань Няня: он сидел на стуле у тёмной тропинки и закапывал капли в глаза.
Когда они оставались наедине, она всегда помогала ему с каплями. Он запрокидывал голову, она вставала между его колен и, закапав лекарство, легонько целовала его, обхватив лицо ладонями.
— Флора.
Шан Чжитао услышала, что её зовут, обернулась и увидела Дони. Луань Нянь открыл глаза и увидел Дони и Шан Чжитао, стоявших на тропинке.
Шан Чжитао отступила на шаг:
— У вас какое-то дело, Дони?
— Вы сегодня славно потрудились.
— Это моя работа, — Шан Чжитао сунула руки в карманы и отступила ещё на шаг. — Мне нужно проследить за подачей блюд.
— Послезавтра, когда доберёмся до места, пообедаем вместе?
— Послезавтра у нас ещё много завершающих дел.
— Хорошо. Просто я вижу, как вы трудитесь, и хотел пригласить вас на обед.
— Спасибо, Дони.
— У меня есть время, — Луань Нянь вышел из тени и улыбнулся Дони. — Благодарю вас, Дони, за заботу о сотрудниках отдела, который я временно возглавляю. Я знаю один неплохой ресторан, давайте сходим туда послезавтра вместе.
— С удовольствием.
Дони с самого начала не сказал ничего предосудительного, но взрослые люди прекрасно понимали, что всё это значит. Игроки высокого класса умело балансируют на грани правил: они небрежно тянутся за цветком — сорвут, так сорвут, а нет — и расстраиваться не станут, ведь им даже нечего предъявить. Как выразилась бы Луми: и траву косит, и зайцев ловит — одно другому не мешает.
Луань Нянь видел Дони насквозь: за его обманчиво открытой и благородной внешностью скрывалась гнилая душа, в которой копошились могильные черви, — это вызывало большее отвращение, чем сточная канава. Само присутствие такого человека в поле зрения Шан Чжитао было для него невыносимым.
Он повернулся к Шан Чжитао:
— Флора, разве тебе не нужно следить за подачей блюд?
— Да.
— Иди.
— Лу Кэ, как вы обычно развлекаетесь по вечерам? Я знаю в Пекине пару отличных мест.
— Я тоже знаю несколько мест для отдыха, — ответил Луань Нянь. — Сами понимаете, главное преимущество работы в «Линмэй» — это быть на острие моды. Как-нибудь развлечёмся вместе.
Луань Нянь обменялся с ним любезностями, они вместе дошли до банкетного зала, где он принялся беседовать с клиентами, ничем не выдавая своего состояния. Цзян Лань, знавшая Луань Няня больше трёх лет и будучи женщиной проницательной, подошла к нему и тихо шепнула на ухо:
— Лу Кэ, ты злишься.
Луань Нянь посмотрел на неё и промолчал. Цзян Лань была умна: если бы он сейчас сказал, что не злится, она бы решила, что её держат за дуру.
Цзян Лань прищурилась:
— Этот Дони занятный тип.
— И в чём же его «занятность»?
— Сказал, что любит фитнес и единоборства, — Цзян Лань подмигнула Лу Кэ. — Причём заговорил об этом без всякого повода, когда зашёл ко мне с визитом наедине.
Намёк был прозрачнее некуда, но Цзян Лань такое не нравилось. Ей нравились такие, как Луань Нянь — те, кто не заискивает, держится на расстоянии, но при этом вызывает непреодолимое желание их зацепить.
— Поздравляю, директор Цзян. Это полностью в вашем вкусе, — равнодушно отозвался Луань Нянь.
— Неужели? Мой вкус выглядит иначе.
Цзян Лань тихо рассмеялась и ушла. Шан Чжитао, закончив проверку, вернулась в зал. Увидев, что всё уже готово, она нашла место, чтобы присесть. Ноги казались налитыми свинцом, они ныли и гудели, и каждый шаг давался ей с огромным трудом.
— Ты в порядке? — Луми плюхнулась на соседний стул, разглядывая расслабленных с виду влиятельных заказчиков и особенно Цзян Лань, которая всё так же грациозно покачивала бёдрами при ходьбе, не теряя своего очарования. — Ну и лисы!
Шан Чжитао взяла Луми за руку и отвела в укромное место:
— Луми.
— А?
— Дони звал меня на обед, — призналась ей Шан Чжитао.
— И что ты ответила?
— Сказала, что у меня нет времени. Но он позовёт снова, я знаю, — Шан Чжитао помедлила и добавила: — Думаю, он приглашает меня вовсе не из желания завязать роман. Просто я кажусь ему робкой и тихой, и он рассчитал, что меня легко обидеть.
Луми заглянула в зал: на таком ярком празднике нашлось место всякой нечисти.
— Что собираешься делать?
— Пока не знаю. Но чувствую, что мне может понадобиться твоя помощь.
— Помочь тебе раздавить этого червя? С огромным удовольствием!
— Спасибо тебе.
— Да брось ты, глупенькая.
Луань Нянь постоянно называл Шан Чжитао глупышкой, но она вовсе не была дурой. Занимаясь делами вне зала, она получила сообщение от Луань Няня, в котором он спрашивал: «Дони к тебе приставал?»
— Нет.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
